Галина Гончарова – Графиня Суровая (страница 2)
– Варь, ну правда, ну сходи с нами!
– Ага, а потом зимой да по темноте плюхать! Еще и скользко сейчас! Светка, отвали! Мне еще навернуться не хватало!
– Я тебе лично такси оплачу!
– Слово? – сощурилась Варя.
– Слово… идешь с нами, часа два посиди – и сваливай, мы за это время отлично определимся, кто и с кем. А ты домой поедешь… можешь на моем ноуте посмотреть свой сериал!
– Спасибо, – вздохнула Варя.
Ноут был и у нее, но старый, почти совсем убитый, с маленькой оперативкой и медленный, как древняя черепаха. И за такой-то спасибо! Двоюродный брат отдал, все равно ноут на антресолях пылился, а ей и этого не купить сейчас.
Но «Ворд» и «Эксель» он тянет, статьи копировать и сохранять можно, с курсовыми работать, даже почитать что-то, ну и чего больше?
Фильм она и на телефоне посмотрит… но на Светкином компьютере, конечно, лучше. У Вари денег на интернет не хватает, а у Светки безлимит…
– А раз спасибо, давай вставай! Тебе еще накраситься надо!
Варя посмотрелась в зеркало.
– Не надо.
Внешность у нее очень удачная. Волосы непонятно-темные, зато длинные, коса толстая, ниже попы. Глаза темно-карие, брови и ресницы свои, черные. Подкрашивать ничего не надо. Тоже экономия, с дешевой косметикой выглядишь чучелом, а на дорогую деньги надо – Варя столько не зарабатывает!
– Хоть губы подкрась, чучело!
– Светка, отвяжись! Тебе же лучше, ты на моем фоне будешь смотреться!
Света только головой покачала.
Дура эта Варька! Как есть – дура, ей реальный шанс предлагают парня найти, в городе зацепиться, а она не бежит сломя голову?
Дура!
Квартирка оказалась вполне приличной трехкомнатной «панелькой», комнаты небольшие, но раздельные, а вот мебель старая. Ремонта тут и вовсе лет двадцать не было.
Алексей, симпатичный парень лет двадцати двух, приветливо кивнул девушкам:
– Девчонки, хорошо, что пришли. На стол накрыть поможете?
Варя сказала бы, но… с другой стороны, ей ли церемониться? Хоть поест спокойно, пока будут резать – ставить – относить. Денег не так уж много, питаться приходится то картошкой, то макаронами, а хочется и чего-то вкусненького. Но когда выбираешь между банкой тушенки и новыми колготками, когда на ботинки по полгода копишь…
Спорить Варя не стала. Еще и решила, если найдет консервы, утащить себе пару баночек. Компенсация называется.
За бездарно потраченное время.
В комнате тем временем кто-то разговаривал.
Варя аккуратно мазала бутерброды, резала овощи, помогала все красиво раскладывать, поломала несколько куриц гриль и невольно прислушивалась. Телевизора на кухне не было, так что… очень быстро стало ясно, что столкнулись два мировоззрения. Те, кто считал, что уважающий себя мужчина должен служить, – и те, кто считал необходимым косить. И уступать не собирался никто. До драки еще не доходило, но огрызались с обеих сторон вполне агрессивно.
– У России два союзника – армия и флот! Служить вообще должен любой нормальный мужчина!
– Ага, любой, кто откосить не сумеет!
– Наполеон говорил, кто не уважает свою армию, будет кормить чужую[2].
– Уважать! Да я там чувствовал, что тупею!
– Еще сильнее? Ты сходи проверься, – посоветовал все тот же голос. Это что еще там за любитель кирзовых сапог нашелся?
Варя слизнула с пальца капельку соуса. Почему-то накатило раздражение.
– Сам проверяйся. Что за идиотское желание – помереть на войне? Самоубийца, что ли?
– А кто тебя, фефективного менеджера, защищать будет? Ты вот что умеешь? Правильно, по клаве тапать и в телефончике зависать, на порносайтах. Ремонт в квартире делать – мастера вызовешь, морду на улице бить начнут – удерешь с визгом. Ты хоть раз задумывался, что армию нам не просто так об… рали со всех сторон? Врагам выгодно, чтобы мы на своих защитников свысока смотрели, чтобы им денег толком не платили, в девяностые все разваливали, до чего могли дотянуться!
– У нас тогда половина генералитета – враги.
– А что удивляться? У нас в девяностые столько гнили вылезло! Чудом страна уцелела, главнокомандующему спасибо!
– Нигде еще не сказано, что уцелела! И уцелеет! Ты ж видишь, вся Европа…
Варя подхватила блюдо и понесла в комнату. Интересно же. То Светка носилась с тарелками, а она резала-раскладывала, а это вот, сама решила. Кто тут такой интересный?
– Европы той – муху по карте размазать! Дрянь на дряни, не петух, так крыса, не понимаю, почему мы все время их щадили? Еще при Петре надо было бить, не жалея…
– Париж загнивает. Но при этом пахнет Шанелью, – произнесла Светка.
Дурой-то она не была, и разговор поддержать умела. Вставить броскую фразу, заинтриговать, обратить на себя внимание. А там уж – дело техники.
Парень… скорее, молодой мужчина, обернулся и посмотрел на нее с насмешкой. Симпатичный?
Да, пожалуй, невысокий, светлые волосы с забавным хохолком на макушке, большие голубые глаза, этакий «вечный мальчик», Варе такие никогда не нравились.
– Чем сейчас пахнет Сена – можете любой биотуалет обнюхать. Разницы не заметите. И раньше она так же пахла, на весь Версаль ни одного туалета не было.
– Именно поэтому русская аристократия нанимала учителей-французов. Если Толстого почитать, там через слово французская вставка, глаза сломаешь! Не иначе, от бескультурья.
Чем-то этот человек Варю раздражал. Бесил…
– Дурной пример заразителен. Нашли с кого собезьянничать, с революционеров, вот потом Россия и полыхнула.
– Декабристами? – сощурилась Варя.
– Разве нет? Нахватались, идиоты, а сами вообще не знали, как страной управлять.
Варя про декабристов думала и того хуже, но дух противоречия толкал на подвиги.
– Простите, граф, не узнала. Или князь? Вы-то уж точно знаете, КАК Россию обустраивать, не знаю только, кем работаете. Таксистом или парикмахером?[3]
– А вы, девушка, в какой роли подвизаетесь? – не уступил парень. – В актрисы метите или в топ-модели?
– Варька? – Лешка выступил, как всегда, некстати. – Санёк, она у нас швея-мотористка. Как и Светик!
И заржал, как конь.
Обычно на такие выступления Варя отвечала, что пусть Лешенька сначала трусы снимет. Сшитые такими же, как она. И крестик наденет… Помогало. Но сейчас Лешка уже принял на грудь, да и компания поглядывала снисходительно… как тут отступить?
– Ах, швея, – протянул тот же светленький. – Значит, будущий модельер, не иначе? Великий?
Варя пожалела, что поставила блюдо с курицей. Смотрелся бы ты, гад, с грудкой на ушах… хотя – нет! Курицу жалко. За нее деньги плачены.
– Всю жизнь мечтала, – пропела она. – Сделать новый проект формы для армии. Мне кажется, вам бы голубой цвет пошел… или розовенький, со стразами.
Мужчина ехидно улыбнулся.
– Что еще от бабы и ожидать. Главное ж, чтобы гламурно было!
– Конечно, – согласилась Варя. – И элегантно.
Мужчина явно понял, что над ним издеваются, но тут Светка вмешалась, грохнула на стол несколько бутылок…
Спор, подогретый спиртным, разгорелся чуть позднее, и с еще большей силой.
– Да если бы не армия!
– Вы бы хуже воевали, мы бы лучше жили! Давно б Европой были!