Галина Гончарова – Граф и его графиня (страница 66)
- Как скажете, графиня, как скажете...
- простите, ваше величество. Но грязь...
- Основа для развития болезни. Я помню. Кстати - действительно, после горячей ванны, кости болят меньше.
Лиля довольно улыбнулась.
- ваша похвала - высокая честь, ваше величество.
- Так что с детьми?
- плачут. Писают. Спят. Едят.
А чего еще ждать от младенцев, которым месяца нет? Уж точно не логарифмов.
- Здоровы ли?
- Даст Альдонай...
Лиля сотворила знак...
- с альдоном вы виделись?
- Да, ваше величество. Согласовали списки... ваше величество, разумно ли все книгопечатание отдавать в руки пастеров и патеров? Может быть имеет смысл...
- Пусть начнется хотя бы один 'печатный дом'. Если все пойдет хорошо - откроем еще несколько...
- Да, ваше величество...
- и там уже будут работать не только слуги Альдоная...
***
Посольство Уэльстера впечатление произвело.
Собственно, самого посольства Лиля и не видела. Обычно послы жили в большом городском доме неподалеку от королевского дворца. Снимали, конечно. А тут - король приехал. Да с принцессой.
Соответственно, Эдоард выделил им место. Один из своих летних дворцов в пригороде.
Замок Тирейн.
Красивое белокаменное строение с тонкими шпилями, которые сейчас были увенчаны флагами. Куча народа. Роскошный сад.
И неизменный запах...
А куда деваться?
Не пострадает достоинство высокородного графа или герцога от того, что нагадил он под кустом. И точка.
Роскошной свиты у Лилиан не было. Вообще были четверо вирман и один Тахир. Зато карман приятно утяжеляло письмо от короля. И королевский секретарь сказал по секрету, что ее визит уже высочайше согласован.
Да, дипломатический протокол бывает строг. Но если два короля сразу хотят на него... наступить - кто станет спорить?
Камикадзе - это в Японии. Здесь же всем хотелось жить.
Так что Лилиан спешилась у парадного входа - и тут же была встречена присвистом нескольких мужчин.
Бросила поводья подбежавшему слуге - и высокомерно объявила:
- Любезнейший, доложите. Ее сиятельство графиня Лилиан Иртон с докторусом дин Дашшаром по повелению его величества Гардвейга.
Этого хватило.
Больной там, здоровый, но свою вольницу король выдрессировал. Кто-то из мужчин тут же сорвался с места, а остальные стали смотреть намного почтительнее.
А спустя десять минут (между прочим - почти рекорд) появился весьма раззолоченный тип.
- Ваше сиятельство?
Лилиан чуть кивнула. Сверкнули изумруды.
- Да.
- Мое имя - Томас Райтон. Лэйр Райтон. Я состою при его величестве. Позвольте вас проводить?
- Буду благодарна, лэйр, - Лиля расцвела улыбкой. И лэйр улыбнулся в ответ. Чего уж там - не самый высокий титул. Сам, своим горбом пробивался. Только вот графы и герцоги всегда на тебя будут смотреть свысока. Но Лиля даже и не подумала чваниться. Оперлась на услужливо согнутую руку - и они поплыли по дворцу.
Как оказалось - она была весьма кстати.
У его величества сегодня с утра разболелась нога, ему уже пустили кровь и посадили пиявок - и теперь король пребывал в весьма плохом настроении.
***
- Уйди отсюда, бестолочь! - рявкнул Гардвейг на дочь.
Анелия послушно бросила тряпки и вылетела из покоев, заливаясь крокодиловыми слезами. Возиться с отцовской ногой ей было противно до тошноты. Но и выбора не было. А раз отослали... ее обидели. Пошла плакать.
А еще...
Сразу после бала ей не удалось переговорить с человеком графа Лорта. А вот вчера вечером... и этот разговор она до сих пор не могла вспоминать без дрожи.
- Он жив...
- Кто?
- Лонс Авельс. Мой...
- Знаю. Он здесь?
- Он подошел ко мне на балу... что же делать, что делать...
- Эдоард знает?
- Нет. Он сам по себе, как-то спасся... Альдонай!
- Помолчи! Услышат - себя погубишь!
Выть Анелия престала, но в кружевной платочек (производства Мариэль) зубами вцепилась. Да так, что спустя минуту принялась от ниток отплевываться. А мужчина думал.
- О чем вы договорились?
- встретиться в церкви и бежать.
- Умница. Значит так. В церкви передашь ему записку. Я завтра приду к тебе, продиктую, напишешь. А потом - не твоя забота.
Анелия побледнела. Но выбора у нее не было. Да и выбирать не хотелось. Между королевой - и селом? Смеяться изволите?
- Почему не сейчас?
- Потому что мы не дома. Некоторые вещи готовить надо. Занимайся своими делами - и молчи.
Анелия повиновалась. А сейчас бежала в свои покои и думала, пришел ли тот человек...
Лилиан же со всеми реверансами и объявлениями входила в покои его величества Гардвейга.
Присела в реверансе.
- Ваше величество...