Галина Гончарова – Граф и его графиня (страница 21)
- И как это проявляется?
- Что ты имеешь в виду, Лилиан?
Лиля вздохнула. Как тут объяснить...
Это просто как пелена счастья в воздухе.
Когда отец возвращается домой, а мать обязательно встречает его в коридоре и целует, и у него такие глаза...
А потом они поворачиваются к дочери, которая тоже выбежала в прихожую - и улыбаются. И в воздухе словно разливаются теплые солнечные лучи.
И когда в доме вдыхаешь этот запах - и понимаешь, что здесь все счастливы. Можно облить квартиру Шанелью, но нельзя подделать это...
Счастье словно светлячки, плывущие в воздухе. И проявляется повсюду.
В жестах, улыбках, взглядах, прикосновениях... и вот у Ивельенов Лиля этого не видела.
Ингрид и Лейф - да! Три тысячи раз - да!
А вот с Питером и Амалией по мнению Лили было по-другому. Он - поклонялся. Она - принимала это. Но не более того.
Почему этого никто не замечал?
Ну, на людях все могло выглядеть и по-другому. Но Лиля-то попала в такой момент, когда все полезло наружу. А всерьез ее - можно хоть сто раз повторить это - никто не принимал. Хоть на что-то муженек сгодится.
- Я не видела у них счастья. Крепкий дом, любовь со стороны Питера, спокойствие - внешнее.... Алисия, почему могло так получиться?
- Ты про Эдмона и Амалию?
- Да.
- Не знаю. Но вот то, что они держали свои отношения в тайне - спокойно. Эдмон ненавидел всех Иртонов. И наверное когда полюбил Амалию, сам себе не поверил.
- и что? пришли бы к родителям, поговорили...
- к отцу, которого он терпеть не мог?
- Пришел бы к Джайсу...
Алисия задумалась.
- Лилиан, может быть, ты просто не понимаешь. Эдмон ненавидел Иртонов. Обратиться ко мне или к Джайсу для него тоже было нереально...
- А Амалия?
- А ты бы пришла к отцу с заявлением, что любишь мужчину, ждешь от него ребенка и хочешь за него замуж?
Вообще-то Аля Скороленок с таким заявлением и к президенту бы явилась. А вот Лилиан...
- Вряд ли...
- он бы просто тебя убил.
- Надеюсь, что нет. Но...
- А мы бы вообще... выход только один - вытравить плод - и отправить Амалию в монастырь.
- Шикарно. Ладно, Алисия, мы сейчас можем гадать сколько угодно, но ответ знает только Амалия.
Алисия закатила глаза.
- Лилиан, а ты понимаешь, какой опасности ты себя подвергаешь?
- Какой опасности? - Лиля смотрела наивно.
- ты теперь знаешь...
- О заговоре? Знаю. И что?
- то есть...
- Алисия, я собираюсь молчать. Ты - тоже. Лэйр Ганц никогда не признается, что рассказал нам. Больше никто ничего не узнает. А те, кто посмеют обсуждать короля... что, палачи в стране закончились?
Алисия рассмеялась.
- В чем-то ты права. Вот что делать с Ивельенами....
- Устроить им несчастный случай, - буркнула Лиля. - Есть варианты?
- А дети?
Лиля почесала нос. Вот это она не продумала. Дети...
- Не знаю. Определенно безопасна младшая девочка. Она не даст здорового потомства, вообще слишком долго не проживет.
- а старшие? Джес? Сэсси?
- Зависит от того, сколько им сказали родители...
Лиля вздохнула.
- Не знаю. Не хотела бы я быть на месте короля.
Никто не хотел бы... Эдоард и сам бы сейчас с кем-нибудь поменялся. Противно ныло в груди, болели виски, боль захватывала то плечо, то правую руку...
Не первый раз. Но... он сильный, он справится.
Эдоард лежал на кровати и смотрел в стену.
Очень хотелось ударить тревогу, поднять на ноги дворцовую стражу, перевести дворец на осадное положение...
А вот нельзя. Никак нельзя. Если сейчас начнется тревога - заговорщики либо удерут, либо ударят первыми. Нет, тут никак нельзя бить во все колокола. Лучший способ - это по-тихому взять Ивельенов, допросить в Стоунбаге - и решить по результатам допросов.
Лишившись основных претендентов, заговорщики невольно сцепятся. Никого достаточно знатного, чтобы претендовать на престол - там нет. То есть хотя бы дней десять времени они выиграют. А впремя сейчас самое главное.
А еще Ганц предлагал создать еще службу королевских ассасинов. И пожалуй, надо будет так поступить.
Есть вот человек. Казнить его нельзя. В живых оставлять опасно. Что же делать?
Либо несчастный случай, либо дуэль, либо... да что угодно! Но кто это может устроить?
Вот и завести специальных людей. Вырастить из части его мальчишек и девчонок... почему нет?
Подловато?
А вы подумайте, что иначе эти мальчики-девочки сдохли бы на улице. А так их ожидает работа на благо государства, хорошая зарплата и пенсион. А может - и титулы. Вот Ганцу точно надо барона дать за его работу. Заслужил.
Скажете - работа бесчеловечная? Убивать людей?
Тебя убьют - а ты не злоумышляй против государства. Есть ведь люди, которых надо убить, без всякой оглядки на Альдоная. Просто - надо. Ибо если они живы останутся - крови прольется...
Есть такие...
Дочка, за что?!
***
Ночевать Лиля осталась у Алисии. Улеглась на вежливо предложенную жесткую кровать, укрылась плащом (одеяло было грязноватым), Нанук (не хотела, но пришлось взять собаку с собой) всей тушкой упал на ноги, отлично их согревая.