Галина Герасимова – Механика невезения (страница 8)

– Нужна помощь? – сухо поинтересовалась Тайрин, никак не прокомментировав своеволие следователя.

Мужчина положил девочку на диван и теперь сосредоточенно колдовал над ней.

– Вызовите целителя, – не оборачиваясь, попросил он.

Тайрин поспешила обратно на улицу. Стоило выйти, и дышать сразу стало легче. Запах Лэртиса угнетал. Когда все закончится, она окурит комнату благовониями, чтобы выгнать воспоминание об этом визите! Но сначала надо спасти Ани.

На противоположной стороне Птичьего сквера за угол завернул мальчишка-посыльный, и она махнула ему, чтобы подошел.

– Приведи тьенну Гретхем из академии. – Она бросила ему полкровента. – Это срочно. Справишься за полчаса, получишь еще столько же.

Мальчишка кивнул и умчался, а женщина вернулась в дом. Лэртис уже закончил колдовать над дрожащей девочкой и поднялся с колен, укрыв ее собственным пальто. Преодолев отвращение, Тайрин подошла к нему.

– Что скажете?

– Убил бы того, кто сотворил такое. У нее побои по всему телу. Она жива только благодаря магии.

Ани застонала, и Лэртис наклонился и произнес что-то успокаивающее, положив руку ей на лоб. Девочка стихла.

– Она не хотела возвращаться с Пустоши, – добавил он.

Тайрин вздрогнула. Это как надо было довести ребенка, чтобы смерть показалась выходом?!

– Она вам что-нибудь говорила? Может, ее преследовали? – продолжил расспросы Лэртис.

«Он убьет вас», – эхом отозвалось в голове предупреждение девочки.

Произойди встреча в любое другое время, Тайрин, наверное, не придала бы ей значения. Но после вчерашнего пожара нервы сдавали. Девчонка упоминала о смерти в постели, и женщине стало не по себе оставаться в холодном пустом доме. Кто знает, не затаился ли убийца в спальне? А может, ночью он подкрадется к ней, чтобы накинуть на шею веревку?

Как бы то ни было, но делиться догадками с Лэртисом она не собиралась, поэтому солгала:

– Ничего. Она просто поздоровалась.

Тайрин вдруг вспомнила, что оставила двигатель на улице. Тут же помчалась за тележкой, пока ушлые прохожие не присвоили его себе.

– Чтоб тебя! А ведь все только стало налаживаться! – сквозь зубы прошипела женщина, разворачивая тележку к мастерской.

Резкая боль скрутила спину, аж в глазах потемнело. А ведь все неприятности начались после вчерашней встречи с Лэртисом! Вот его пусть и преследует невезение, а от нее отстанет!

Тьенна Гретхем была сухонькой, но бодрой дамой семидесяти лет. Она преподавала в академии целебное дело и умудрялась справляться даже со старшекурсниками. Студенты у нее ходили как шелковые. Признаться, Тайрин и сама ее побаивалась, больно дотошной была тьенна, любой обман могла вывести на чистую воду. Но свое дело знала. Сколько раз вытаскивала студентов с того света – не сосчитать!

– Дорогая, я думала, что это тебе стало дурно после всех треволнений. В нашем ли возрасте в таких передрягах участвовать? Прыгать со скалы, придумала тоже! – прокряхтела-проворчала старушка, потрепав Тайрин за плечо, затем присела на стул рядом с Ани. – А тут, выходит, пациентка помоложе.

Лэртис благоразумно отошел в сторону. Он не вмешивался, но не уходил: видимо, чтобы в случае необходимости рассказать о произведенном вмешательстве.

Гретхем деловито расстегнула на девочке верхнюю одежду и приложила ладонь к блестящей от пота коже. Тотчас из ее сумки вылетели блокнот и перо, и женщина заговорила, надиктовывая скрипящему по бумаге перу заметку, попутно диагностируя состояние Ани.

От равнодушного перечисления повреждений: сломанных ребер и других костей, смещенных позвонков и общего истощения – по спине у Тайрин пробежал холодок. Конечно, Лэртис сказал, что все плохо, но услышать это от человека, которому доверяешь, оказалось еще страшнее.

– Девочка уходила в Пустошь? – спросила Гретхем следователя, когда закончила обследование и снова укутала пациентку в пальто. – Ты ее вытащил?

– Она недалеко ушла, – не стал Лэртис приукрашивать свои заслуги, и целительница кивнула.

– Надо за ней понаблюдать какое-то время. Пустошь не любит отпускать тех, кто вступил на ее земли. Сейчас девочке нужен уход, сон и правильное питание.

– А что делать с ее рукой? – вспомнила Тайрин замечание Гретхем о старом переломе: мол, кости срослись неправильно, и девочке трудно координировать действия.

– Пока ничего. Жила она с этим раньше, и сейчас поживет, – отмахнулась старушка. – В первую очередь надо восстановить силы. Где ты ее встретила?

Тайрин рассказала, как неподалеку от дома девочка выбежала навстречу. О странном пророчестве решила умолчать, зато добавила:

– До этого я видела Ани в больнице. Она там подрабатывает.

– Надо связаться с ее родителями, – нахмурилась Гретхем.

– Она сирота.

Целительница недовольно крякнула, поворачиваясь в кресле.

– Дела… – протянула она, но тут же подобралась и, блеснув глазами, деловито уточнила: – Оставишь девочку у себя?

Тайрин прикусила губу. Выбора-то все равно не было. Это не котенка с улицы подобрать! Да и того, если обогрел, уже не выгонишь.

– Ну, с приютом в любом случае договориться надо. Лэртис, ты бы сходил, обсудил вопрос с директором, что ли. Не идти ведь пожилой даме в такую непогоду. – Гретхем махнула рукой в сторону окна, по которому лениво ползли первые капли дождя со снегом. Погодка на редкость отвратительная.

– Я? – удивился следователь.

– А что, разве ты не принял активное участие в жизни этой девочки? Признаться, я приятно удивлена твоим поступком. Не ожидала.

От такой прямоты Лэртис даже потерял дар речи. Пока прикидывал, как ответить, целительница уже повернулась к Тайрин:

– Дорогая, не перебраться бы тебе на время в академию? За девочкой хороший присмотр нужен, а вы, механики, только винтики да болтики крутить умеете. Не в обиду сказано. Комната преподавателям в академии выделена, а тахту для девчонки принести недолго. Что скажешь?

Тайрин привычно хотела отказаться, а затем призадумалась. В самом деле, в свете последних событий предложение выглядело неплохо. Если где-то она и может почувствовать себя в безопасности, так это за магическими стенами академии.

– Пожалуй, так и сделаю.

На сбор вещей для переезда потребовалось не более получаса. Кален советовал держать все самое необходимое под рукой. Он мог сорваться с места неожиданно, заинтересовавшись научной выставкой в другом городе или получив приглашение на конференцию, а Тайрин всегда следовала за ним.

В потрепанный кожаный саквояж в первую очередь перекочевали магические накопители, затем инструменты, книги, банные принадлежности. Места едва хватило на сменное платье и нижнее белье. Брать с собой слишком многое Тайрин не видела смысла: она в любое время может вернуться домой, а мастерскую, в которой работает, все равно не перетащить.

– Вот что значит опыт. Зеленая молодежь на сборы целый день потратит, а нам много ли надо? – подмигнула ей Гретхем, когда Тайрин появилась в гостиной с саквояжем.

К неудовольствию хозяйки дома, следователь отложил визит в приют, хоть и пообещал, что позже разберется со всеми формальностями.

У дома их ждал наемный паромобиль. Лэртис снова подхватил Ани на руки и донес до салона.

– Спасибо, дальше мы сами, – скрепя сердце выдавила Тайрин благодарность, но следователь, вместо того чтобы уйти, уселся на переднее сиденье рядом с водителем.

– Я поеду с вами, – сказал он таким непреклонным тоном, что пришлось проглотить возражения.

Всю дорогу в мобиле пахло терпким сигаретным дымом, и когда паромобиль остановился, Тайрин торопливо выскочила наружу. Несколько раз глубоко вдохнула свежий морозный воздух, пытаясь забыть въедливый запах. Интересно, это она так сильно не переносит табачную вонь или же самого Лэртиса? Скорее, второе, ведь раньше она за собой не замечала такой неприязни к сигаретам.

Впрочем, нельзя было не признать, что помощь следователя все-таки пригодилась, чтобы перенести Ани в лазарет. Женщинам с ношей на руках слишком тяжко было бы подниматься по лестнице, хоть и небольшой, а местный сторож, как назло, куда-то запропастился.

Тайрин оставила сироту на попечение Гретхем и целителей и, старательно игнорируя следователя (а то опять с ней заговорит), направилась к ректору. Рабочий день подходил к концу, и надо было предупредить, что она поживет здесь какое-то время. А еще попросить разрешения оставить с ней Ани.

– Хочешь занять свою комнату? – удивился ректор.

В последний раз Тайрин ночевала здесь прошлой зимой: на дрова уходило больше, чем она зарабатывала, и отапливать огромный дом стало непозволительной роскошью. Да и Алеко настоял на ее переезде: в ту зиму к одиноким пожилым людям повадились залезать домушники. Друг поставил ультиматум: или в академию, или к нему – с Пайком под боком никто не страшен. С этим женщина поспорить не могла – огромный белоснежный алабай с острыми клыками мог запугать любого преступника! Но обременять друга Тайрин не стала. Комнатушка в академии с собственным небольшим камином оказалась достаточно удобной, чтобы перекантоваться в трудный зимний период.

– С этим какие-то проблемы? – осторожно уточнила Тайрин у ректора: вдруг из-за того, что она редко пользовалась выделенными апартаментами, комнату превратили в склад? Не хотелось бы на ночь глядя браться за уборку.

– С комнатой все в порядке. – Аствар замялся, словно раздумывая, стоит говорить или нет, потом махнул рукой. – А впрочем, въезжай! Не маленькие, сами разберетесь, – последнее предложение он буркнул себе под нос и кивнул на дверь, показывая, что разговор окончен.