Галина Чередий – Ведьма. Открытия (страница 20)

– А я не понимаю, Волхов. Не потому, что не хочу или мне не жаль его дочь. Потому что это нельзя понять в принципе.

– У тебя нет детей, Люда, поэтому ты пока и не понимаешь.

– А у тебя есть, раз ты такой понимающий? Зато у меня есть сестра, мама и бабуля, которым он угрож… – Едва отступивший приступ жжения и удушья накатил с новой силой, так что у меня была минута на продышаться и осознать бессмысленность этого спора. – Отвали от меня, Волхов. Не мне нужно было это понимание, а тебе признание перед самим собой. В том, что для человека, даже самого конченного, ты это самое “почему” готов искать, а вот подлунного осудил бы сразу, однозначно, не принимая никаких смягчающих обстоятельств, насколько бы вескими и заслуживающими сочувствия они ни были. Чего ты хочешь для себя этим добиться, Егор? Признания, что людям свойственны и простительны любые проступки и слабости?

Волхов задрал подбородок, смотрел с полминуты в небо, избегая визуального контакта. Потом опустил голову, но в глаза мне так и не взглянул.

– Пожалуй, так и есть. Пойдем в машину. Отвезу тебя обратно.

– Погоди.

Я торопливо пошла обратно и вернулась в палату. На подходе уже услышала, как сиделка говорит с пациенткой на повышенных тонах, а когда вошла, она шарахнулась от девушки, глянув на меня испуганно и явно виновато.

– Что вы хо…

– Выйдите вон! – оборвала я ее.

– Но…

– Выполняйте! – поддержал мой приказ догнавший Волхов.

Не дожидаясь, пока закроется дверь, я шагнула к раковине и включила воду, подставила ладони, сразу начав нашептывать.

– Водица текучая, могучая, помоги исцелить, с души горе-печаль смыть, разум просветлить, от тела немочь отлучить.

Ответ был таким слабым, что мне его едва уловить удалось. Такое ощущение, что моя сила целенаправленно отказывалась отзываться. Голодная или обиженная? Если обижена, то на меня за отказ в позволении отхватить кусок от Волхова или за попытку помочь дочери врага? Я собралась, концентрируя сознание на контакте, а не на накрывшей слабости и головокружении, и потребовала подчинения уже в полный голос. Ощутив, что обе ладони стали такими холодными, будто в лед вмерзли, рванула к Ире и обтерла ее лицо, шею и волосы мокрыми руками, не обращая внимания на то, что она кричала глухо и мотала головой. Не знаю, что из этого выйдет, может и ничего. Нужно будет еще потом приехать и попробовать то же самое, но с сытой силой и в темное время суток. Не зря же мы подлунными зовемся.

– Вот теперь все, – обернулась я к майору и, пошатываясь, пошла к двери.

Глава 14

Егор попытался отвести меня к машине, но я снова отмахнулась. Уселась на лавочку в парке и стала набирать сообщение Даниле с просьбой забрать меня поскорее, игнорируя стоящего рядом майора.

– Еще один неверный выбор, Люда, что однажды сделает-таки нас врагами, – прокомментировал он мои действия, не сумев на этот раз скрыть раздражения.

– Ты же сам все время говорил, что любой подлунный рано или поздно становится плохим, – устало огрызнулась я. – Или нет, для тебя мы все плохие уже самим фактом своего происхождения, так что какая, к черту, разница, по твоей логике мы ими станем неизбежно. Смысл мне с этим пытаться бороться или упускать другие возможности в жизни? Нам с тобой нечего друг другу предложить ведь, Волхов, даже опуская факт того, что я наношу вред тебе при каждой близости. Ты не можешь и не хочешь дать мне нормальных отношений, только разные формы использования. И я тебя понимаю, ведь если я хоть как однажды стану тебе врагом, то о каких нормальных отношениях может идти речь? Но и я не желаю притворяться, что готова удовлетвориться имитацией близости и быть твоим инструментом. Ради чего, Егор?

– А как же просто удовольствие, Люда?

– А нет удовольствия, – усмехнулась я, ощущая волну непривычного цинизма и вспомнив слова ведьмака, – Это всего лишь подзарядка для меня и отбирающая твои силы и наверняка дни, а то и годы жизни зависимость для тебя.

– А я заявлял, что желаю жить долго-долго и умереть дряхлой развалиной? – рявкнул зло майор, привлекая взгляды прохожих, и я тоже решила не сдерживаться.

– Пофиг! – уставилась в его лихорадочно поблескивающие глаза я прямо. Похоже, есть прямая связь между тем, насколько я истощаю голодом свою силу и степенью его вожделения. Закономерно, однако, так что нам и рядом находиться дальше не стоит. – Я знаю, что ты не то, чего я хочу в жизни, Егор. Спасибо, что спас, спасибо, что был, но на этом все.

– Как же быстро ты стала настоящей ведьмой, Люда, – процедил он сквозь зубы почти с ненавистью и развернулся уйти.

– По твоему же утверждению это неизбежная закономерность, – отбила я ему в спину. Мелочно, Люда, просто пусть уходит.

Однако Егор прошел всего несколько шагов и вернулся к лавочке, на которой я сидела. Схватил меня за руку и, задрав рукав, посмотрел на запястье.

– Почему ты не надела тот чертов оберег, Люда?

– Я… – чуть не спросила, о чем он, но тут же вспомнила кожаный заскорузлый ремешок с узелками и бусинами, что так и оставила лежать в боковом кармане сумки. Вот это, оказывается, что. – Забыла.

– Дура, – выдал бывший любовник мне характеристику и, обойдя лавку, стал за спинкой.

Несколько минут мы провели в молчании.

– Что насчет этого мага? – спросила и поежилась, ожидая чего-нибудь язвительного в обычном стиле Волхова.

– Я не знаю никого из подлунных с таким именем.

– Обманул? Но разве подлунные…

– Он мог его сменить за время долгой жизни неоднократно, так что по факту не обман, – сухо и едко оборвал меня Егор. – Буду искать его по твоему весьма подробному описанию.

Угу, тому самому, что я так и не дала. Потому что “Люда, твои эмоции все еще не под контролем” конечно же, а не потому что кто-то резко сменил тему с деловой на личную прошлым вечером.

– Высокий, здоровенный, рыжий с проседью на висках, черты лица благородно-аристократические, но неприятные. Мой домовой сказал, что от него вампирами пахло, что бы это ни значило. Глаза бледно-зеленые, аура, ну, или как там это зовется, похожа на серый дым.

– Серый дым? Тогда, возможно, он приходил к тебе под мороком.

– Меня удивляет, что он вообще осмелился припереться ко мне так внаглую. Ведь если он сотрудничал с теми, кого мне нельзя теперь упоминать, то должен знать и о том, что мы… что я с тобой… – Блин, Люда, не мямли!

– Возможно, он рассчитывал на то, что ты работаешь со мной на условиях взаимовыгоды, как и он с… Надеялся просто перекупить тебя сходу, – Волхов осекся, – Либо никакой он не маг Карелин и приходил кого-то подставить. Тех же вампов, допустим. Но даже если и нет, то это же выяснить еще надо, на какой клан конкретно он работает. Я разберусь, Люда.

– А мне что делать?

Черный внедорожник Данилы с визгом затормозил за оградой и подмигнул мне фарами.

– О, я внезапно снова тот мужчина, что имеет право указывать тебе, что делать? – прорвалось-таки из Егора.

– Ясно, – кивнула я, поднимаясь на ноги, не слишком уверенно державшие меня, и поплелась к воротам. – Пока.

– Люда! – окликнул меня Егор. – Осторожнее будь. А этому скажи… я найду, за что его на тот свет спровадить, если по его вине с тобой что-то случится.

– Я и сам не глухой, – отозвался с недоброй ухмылкой ведьмак из окна своей тачки. – Готов выслушать ваши угрозы лично, гражданин начальник.

– Много чести, – бросил через плечо Волхов, уже уходя к своей машине.

Я реально чуть ли не волочила ноги, обходя черную громадину на колесах. Ощущение лихорадки и болящей, как при температуре, кожи вернулось, и даже испарина на лбу и висках выступила, в голове будто облака ваты медленно ворочались. Чуть не вскрикнула, обнаружив, что Данила, оказывается, выскочил из салона и распахнул для меня дверь. Но влезть на сиденье не дал, обхватил лицо ладонями, заставив запрокинуть голову, и уставился в глаза, по которым внезапно больно резануло светом даже такого как сейчас пасмурного дня.

– Да ну мать же его растак! – прорычал он. – Люська, я тебя прибью! А этого Волхова прокляну к хренам! Какого он тебя делать вот такую выжатую заставил? Ты же сказала, что не должна ему больше!

– Я и не должна. И он не заставлял. Я сама.

– Идиотка!

– Как вы единодушны, – криво усмехнулась я, освобождаясь из его захвата, – Он дурой назвал, ты идиоткой.

– Да я сдохну скорее, чем хоть в чем-то буду с этим одного мнения, но ты все равно идиотка, – проворчал ведьмак, помогая мне наконец усесться и торопливо пристегнув. – Будем исправлять.

– Это как же?

– Как положено. – Внедорожник сорвался с места с визгом тормозов, так что меня слегка вжало в сиденье. – Не повезу же я тебя вот такую под ясные очи твоей родни. Еще меня тогда проклянут, не разобравшись, а оно мне надо?

– Я им скажу, что ты ни при чем, – пообещала я, но Лукин меня уже, похоже, не слушал.

– Так, где тут у нас ближайшее… – пробормотал он, повертев головой на перекрестке. – Ага!

Мы свернули вправо, но проехали едва ли квартал, когда он резко затормозил перед трехэтажным зданием, над которым красовалась вывеска отель “Арго”.

– Ты чего? – насторожилась я, но Данила молча выпрыгнул из тачки, обошел и распахнул дверь. Отстегнул ремень и протянул руку.

– Давай, василек! – велел он. – За часик управимся и стартуем.

– Ты совсем что ли? – опешила я. – Думаешь, я вот так просто стану с тобой в каком-то занюханном отеле…