Гала Григ – Подкидыш из прошлого (страница 27)
— Ты представляешь, до чего додумалась стерва Аришка?!
— Постараюсь представить, если узнаю, в чем дело.
Его спокойствие взбесило меня. Еще другом называется! А самому абсолютно безразличны мои проблемы. В ответ решил «порадовать» и его бредом, который несла Арина.
— Так вот, спешу тебя поздравить с новым партнером по бизнесу!
Илья с мгновение молча смотрел на меня. Не вытерпев, спросил:
— Ты о чем? Каким еще партнером? О ком вообще речь — об Арине или о партнере. Говори толком.
Злорадно усмехнувшись, я выплеснул очередную порцию яда:
— А это я про два в одном! — мой сарказм не произвел должного впечатления. Кадышев с недоумением смотрел на меня. Видимо прикидывал, все ли у меня в порядке с головой.
Не в силах больше замалчивать коварные замыслы драгоценной супруги, я выпалил:
— Так ведь преподобная Арина Данилова изъявила желание оттяпать у меня бизнес. Следовательно, она и станет твоим партнером по бизнесу! Ахаха! — мой смех прозвучал угрожающе. — Как тебе такой расклад?
— Я что-то не понимаю, у кого из вас крышу снесло. Или у обоих сразу? Арина и бизнес — несовместимые понятия. Ну а ты что? Совсем дурак, или как? С какой такой дури ты собираешься удовлетворять ее ненормальные заявки?
Я тяжело вздохнул. Решил, что хватит ломать комедию перед другом.
— Понимаешь, открылось, что я не отец ребенка…
— Нормально! Чего тогда она от тебя хочет?! Какие еще могут быть вопросы? Ты ничего ей не должен.
Я вкратце пересказал Илье суть происходящего.
— Все правильно, — подытожил он, — развод, и девичья фамилия!
— Но суды? Оно мне надо? Если она упрется рогом, придется месяцами доказывать свою правоту. У меня нет ни малейшего желания участвовать в этом. Да и для бизнеса судебное разбирательство — не лучшая реклама. Ты не знаешь эту тварь. Она раздует такую шумиху, что мало не покажется.
— Ну вот что, в чем-то ты прав. Но сдаваться вот так просто. Да это за гранью! Не кипишуй, мы что-нибудь придумаем. Остынь, и будем решать, что делать с твоей пока еще женой!
Помолчав, Кадышев добавил:
— Вот же ж стерва! И угораздило тебя связаться с этой аферисткой! Ниче-ниче… Дай подумать. Теперь это и моя забота. Не хватало еще, чтобы ты сдулся и пошел у нее на поводу. А я — получил бы рак мозгов от сотрудничества с таким компаньоном…
Илья поднялся и, задумавшись, подошел к окну. Я молча наблюдал за ним. Мои извилины категорически отказывались думать и что-то решать. В голове стоял гул, в ушах звенело, внутри что-то возмущенно вибрировало. Такой тандем ощущений не позволял сосредоточиться.
Я с тоской смотрел на начатую бутылку с коньяком. Рука уже потянулась к ней. Моя воля была сломлена, и я поддался непреодолимому желанию напиться и забыть все, как страшный сон.
Кадышев решительным движением предупредил мое желание. Коньяк исчез в баре. Я приподнялся с кресла, чтобы опротестовать грубое вмешательство Ильи. Но он остановил меня:
— Не стоит. Надеюсь, не забыл, к чему приводит переизбыток алкоголя. Лучше послушай: у меня возникла одна идея. Только не знаю, понравится ли она тебе. А что касается Арины, то вряд ли она сможет устоять перед таким заманчивым предложением.
Тупо смотрю на Кадышева. И с трудом, но улавливаю смысл его слов.
— Каким еще предложением? Руку без сердца я ей уже доверил. Сам видишь, чем это закончилось.
— Хватит ныть. Раскинь мозгами, о чем может мечтать такая вертихвостка, как Арина.
Мои мозги молчат.
— О красивой жизни! Понимаешь? — помогает Кадышев.
— Ну да. Поэтому и хочет владеть половиной бизнеса.
— Дурья твоя голова! Хорошая жизнь в понимании таких женщин — это не участие в зарабатывании денег, пусть даже чужими руками. А только их использование при полном бездействии. И одно из условий такой легкой жизни — райский уголок где-нибудь за границей. Понимаешь, о чем я?
«Дядюшкин особняк!» — молнией пронеслось в моих с трудом просыпающихся извилинах.
— Дом в Америке?! — выдохнул я, с надеждой глядя на Илью.
— Вот и славно, заработали мозги. А то я уж было подумал, что капец тебе. Значит так, взамен владения половиной, ты предложишь ей все. А именно — полновластное владение роскошным особняком. И где? В самой Америке! Перед таким предложением она вряд ли устоит. Так что действуй! И не забудь озвучить этой хапуге стоимость недвижимости там и реальную прибыль от бизнеса здесь.
— Ну да. Это может сработать. К тому же, такой оборот избавит меня от необходимости встречаться с ней. Даже изредка. — Задумавшись, я добавил: — А Ромка как же? Ведь она заберет его с собой…
— Ну да. Только, насколько мне помнится, ты сказал, что это не твой ребенок!
— Но я обещал заботиться о нем…
— Да сколько угодно и в каком хочешь денежном эквиваленте. Главное — ты избавишься от притязаний Арины. А что касается особняка, то сам говорил, что не знаешь, что с ним делать. Короче, я все сказал. А ты уж решай, как знаешь.
Глава 35
Взвешивая предложение Кадышева, я задумался. А почему бы и нет? Особняк со всей его роскошной обстановкой мне как-то сразу не то, чтобы не понравился. Просто я изначально воспринимал такой шикарный подарок от дядюшки, как милостыню нищенствующему родственнику. Было что-то унизительное в этом щедром жесте.
Во мне тогда, видимо, взыграло оскорбленное самолюбие. Я считал себя самодостаточным человеком, не нуждающимся ни в чьих подачках. Мой бизнес, конечно, требовал определенных вложений. Именно поэтому наследственный капитал в денежных купюрах не оскорблял меня. Скорее, наоборот, пришелся весьма кстати.
А дом в Америке мне совсем ни к чему. Вот пусть она и радуется его великолепию. Я же умываю руки и отпускаю ее на все четыре стороны. Но…
— Илья, ты все хорошо придумал. Только скажи мне, пожалуйста, на что она там жить будет, да еще с ребенком? А? Что ты на это скажешь?
— Скажу, что вопрос существенный. Ответ: будешь содержать их обоих! — Кадышев загоготал, чем вызвал мое вполне оправданное возмущение. Тоже мне дружеский совет! Но Илья как ни в чем ни бывало продолжал: — Как ни крути, учитывая твою гребаную порядочность, так оно и будет. Лично я на твоем месте, плюнул бы на все и сам умотал в штаты. Как тебе такой вариант?
Я тер виски, словно надеялся наскрести там мудрый совет. Но в такой серьезный момент ничего кроме анекдота про то, как совокупляются ежики, не приходило в голову. Я рассмеялся. Кадышев удивленно посмотрел на меня.
— И так колется, и так колется, — загадкой ответил я на его немой вопрос. Но он меня раскусил.
— Ну да, именно так у тебя и получается. Как ни крути, все для тебя плохо.
— А знаешь, Илья, я, пожалуй, соглашусь на судебное разбирательство. Надоело сидеть на поводке у наглой лживой девчонки. Ничего она от меня не получит! Обойдется. Хочет, пусть бегает по судам. А мне достаточно будет получить результат теста на руки. Дальше пусть сама разбирается. И развод мне, по сути, не нужен. Я жениться второй раз не собираюсь.
— Развод следует оформить по всем правилам, — возразил Илья. — Иначе Арина так и будет тебя терроризировать. В остальном же ты принял верное решение. Наконец-то заработала твоя думалка. Рад за тебя. А то уж переживать начал, как бы ты не того…
Приняв твердое решение, я вздохнул с облегчением. Оставалось только поставить ее в известность, что я подаю на развод. А суды. Ну что суды? Не я один оказываюсь в таком положении.
Разговор с Ариной предстоял сложный. Но я был полон решимости и не собирался ни в чем уступать ей. Ни в чем, кроме обещанной финансовой помощи. Да и то в строго ограниченных рамках.
Переждав несколько дней, созвонился с Ариной и предупредил о своем визите. В ее голосе чувствовалось едва сдерживаемая досада. Волновалась. Бесилась, что я затягиваю с ответом.
Именно этого я и добивался. Давал ей время осмыслить безосновательность запросов.
При встрече она старалась не показывать своего нетерпения. Я же, понимая, что после объявления моего решения, разразится скандал, спросил, могу ли я пройти к Ромке.
— Ой, ты еще спрашиваешь. Иди, любуйся на крикуна. Мама там с ним возится.
Меня ее слова ничуть не удивили: «Конечно же, мама. Тебя ведь он раздражает!»
Я приоткрыл дверь в детскую. Не улыбнуться было невозможно. Елена Васильевна ласково что-то нашептывала внуку, а он внимательно слушал ее и улыбался, будто все понимал.
— Здравствуйте, Елена Васильевна, как Ромчик? Можно и мне поболтать с ним?
— Попробуйте. Он очень любит, когда с ним разговаривают. Смышленый такой. Все понимает.
Когда я наклонился над малышом, он перестал улыбаться и смотрел внимательно, словно с осуждением. Мне стало неловко. Раньше он так не смотрел на меня. Осуждает?
Я уже пожалел, что зашел. Не надо было бередить себе душу. Жалко мальца. Но что поделаешь? Не будь Арина такой стервой, я бы, наверное, остался ради этого крохотного человечка.
Эти мысли были совсем некстати перед решительным разговором с его матерью. Поэтому я погладил кроху по щечке и, получив в ответ обворожительную улыбку, поспешил выйти из комнаты.
Арина встретила меня в гостиной с хитрецой в глазах:
— Ну, как тебе Ромка. Изменился за время твоего отсутствия? — она явно готовилась к торгу.