Габриэлла Сааб – Последний ход (страница 74)

● В одной из сцен, где Мария работает на кухне, есть маленькая деталь, – капо бросает в неё кусок гнилой картошки, чтобы привлечь внимание. Этот эпизод был навеян свидетельством выжившего. Он описал случай, когда капо бросил в него камень, чтобы привлечь внимание, и сказал, что это было даже более унизительно, чем побои или проклятия, потому что человек обычно бросает камень, чтобы привлечь внимание животного, а не другого человека.

● Читатель узнаёт, что Пилецкий дал охраннику взятку, которая спасла жизнь Ирене, когда её отправили в Аушвиц на казнь. Зачастую охранников легко было подкупить, и особенности побега Ирены были навеяны реальными событиями. Ей выдали гражданскую одежду и вывезли из лагеря; реальный заключённый по имени Казимеж Пеховский вместе с несколькими сокамерниками украл форму СС и автомобиль и выехал из лагеря мимо охранников на вышках и тех, кто открыл им ворота.

● Когда Ирена возвращается в лагерь под видом охранницы и говорит Марии, что собирается помочь ей сбежать, их разговор заканчивается объятием, которое застаёт Марию врасплох и заставляет задуматься о том, что этот жест значит для неё. Эта сцена была вдохновлена словами Евы Мозес Кор, одной из близнецов Менгеле, которая умерла 4 июля 2019 года: «Мы были так одиноки, что объятия значили больше, чем можно было себе представить, потому что они заменили человеческое тепло, которого мы жаждали. Мы изголодались не только по еде, но и по человеческой доброте».

● Ирена упоминает, что её мать и дочь покинули Варшаву, потому что Армия Крайова планировала восстание. Множества свидетельств выживших после Варшавского восстания описывают то, что произошло в районе Мокотув, где жили семьи Ирены и Марии. Когда в Варшавском гетто произошло восстание, Гиммлер приказал уничтожить весь город и его население. Хотя район Мокотув и улица Балуцкого уцелели с минимальными повреждениями, это был ключевой район для Армии Крайовой и он пал во время подавления восстания; затем нацисты совершили серию изнасилований, в том числе групповых, а также грабежей и убийств в домах и больницах. Ирена испытывает облегчение от того, что ее мать и дочь укрылись в безопасном месте, и говорит, что знает, что произошло бы, если бы они остались, то есть обе были бы изнасилованы и убиты.

● Предполагалось, что евреи и неевреи должны были жить в отдельных блоках, но охранники часто пренебрегали этим правилом. Вот так Мария и Ханья оказались соседками по койке в Биркенау.

● В какой-то момент Мария узнаёт, что больничный корпус был «зачищен» и что там находился член Сопротивления, который умер. Когда госпиталь переполнялся, охранники приказывали казнить всех в газовых камерах или с помощью инъекций фенола. Заключённые часто боялись переводов, потому что не знали, будет ли новый лагерь лучше или хуже нынешнего. Чтобы избежать перевода, они подкупали других заключённых, чтобы те вычеркнули их имена из списка, или давали взятку сотрудникам госпиталя, чтобы те их приняли. Госпитализация была риском, потому что, если бы приказали освободить госпиталь, участник Сопротивления был бы убит вместе с больными, что происходило и в реальности, согласно свидетельствам выживших.

● Когда Мария и Ханья переправляют контрабандой пороховые капсулы для восстания, упоминается передача капсул «женщине из портновской коммандо». Это отсылка к Розе Роботе, которая работала в портновской мастерской рядом с одним из крематориев. Еврейские женщины контрабандой вывозили порох с оружейной фабрики, куда Мария ненадолго устраивается на работу, чтобы оказывать поддержку этим женщинам; позже именно по этой причине её допрашивает лагерное гестапо. Робота и другие передали порох работникам зондеркоманды. 7 октября 1944 года до работников зондеркоманды в крематории IV (недалеко от того места, где работает мой персонаж Исаак) дошёл слух, что их собираются ликвидировать. Они запаниковали и заложили взрывчатку в крематорий IV. В результате погибло и было ранено несколько охранников, но восстание было подавлено, и, как следствие, сотни работников зондеркоманды были убиты. Следы пороховых капсул среди разрушенного крематория привели к оружейной фабрике, поэтому Роза Робота, Ала Гертнер, Эстусия Вайцблум и Регина Сафирштайн были схвачены и допрошены, но они не выдали никого из причастных. Как узнала Мария после допроса в лагерном гестапо, женщины были приговорены к повешению и казнены 6 января 1945 года в присутствии всего женского лагеря, всего за несколько недель до освобождения.

● Эпизод во время «Марша смерти», когда Мария становится свидетельницей попытки побега женщины, основан на нескольких свидетельствах выживших. В одном из них говорилось о мужчине со сломанной ногой, которого оставили умирать, а в другом – о женщине, которая выбежала в поле и застряла в сугробе. Солдат схватил пистолет, чтобы застрелить её, но когда она поняла, что попала в ловушку, она сама стала умолять его сделать это. Когда он услышал её мольбы, то убрал пистолет, и никто из других охранников не достал свой; вместо этого они оставили её умирать в сугробе.

● Франц и его семья подписали «Дойче Фольклисте» по совету церкви и лидеров Сопротивления. Многие антинацисты немецкого происхождения делали это, чтобы защитить себя и обеспечить себе преимущественные права, что помогало им свободно путешествовать и иметь доступ к лучшим товарам. Они часто использовали свой высокий статус для поддержки Сопротивления.

● После освобождения Ханья упоминает, что её брат Исаак отправился охотиться на нацистских военных преступников. Позже читатель узнаёт, что Исаак выследил Протца, чтобы отомстить за всё, чему из-за него подверглась Ханья. Миссия Исаака была вдохновлена такими группами, как «Накам» (на иврите означает «Месть»), группой выживших во время Холокоста. В 1945 году они планировали убить шесть миллионов немцев в отместку за шесть миллионов евреев, убитых во время Холокоста. Многие группировки, подобные этой, охотились за нацистскими преступниками и делали это в течение многих лет после войны, потому что многим нацистам удалось скрыться, избежав последствий.

● Многие ментальные проблемы в те дни не были хорошо изучены и решены, и посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) тогда ещё не диагностировали. Выжившие испытывали трудности с адаптацией к нормальной жизни, и близкие либо не знали, как им помочь, либо не понимали, что те нуждаются в помощи. Симптомы Марии после освобождения (воспоминания, головные боли, бессонница, ночные кошмары, перепады настроения и т. д.) теперь классифицируются как тип ПТСР, характерный для переживших Холокост. После войны Мария не понимает, почему у неё появились такие проблемы, она боится их, и это только ухудшает ситуацию в момент её финальной встречи с Фричем. Мария полна решимости сдерживать симптомы и сохранять контроль над собой, однако окружающая обстановка и сам Фрич легко провоцируют её. После того как он умирает, симптомы всё равно не уходят, и Мария чувствует, что она единственная, кого преследуют тяжёлые воспоминания, пока Ханья не признаётся, что её тоже мучают образы прошлого. Мария учится справляться с симптомами, но даже в эпилоге мы узнаём, что окончательно они так и не покинули её. Многие пережившие Холокост страдали от посттравматического стрессового расстройства всю оставшуюся жизнь, даже те, кто в конце концов получил необходимую помощь.

● Многие выжившие не рассказывали о том, что им пришлось пережить. Это, в сочетании с отсутствием терапии и других ресурсов в области психического здоровья, затрудняло их примирение с тем, что они пережили. Некоторые поняли, что рассказ о случившемся помогает восстановиться, но большинство хранили молчание годами или даже всю свою жизнь и не хотели ни при каких обстоятельствах возвращаться в Аушвиц. Когда же они это сделали, то обнаружили, что разговоры о пережитом опыте и возвращение в Аушвиц действительно принесли им умиротворение. Марии было трудно рассказывать о своём пребывании в лагере, она далеко не сразу начала делиться своей историей, но отпустила она её только после возвращения в Аушвиц много лет спустя.