И что плакал не зря он, сердечным волненьем горя.
Ты согласна, душа моя? Ты на моей стороне?
Я ведь прав, если даже погибнуть назначено мне.
Надежды деревенской женщины, баюкающей ребёнка
Баю-баю, скоро ты
В Бухару прибудешь ты,
А потом домой вернёшься
И муллою будешь ты.
В дорогом чапане ты
И в чалме белейшей ты
К баю явишься и в жёны
Дочь его попросишь ты.
Дочь, конечно, отдадут,
Сватьи старые придут,
Скажут: «Ты, мулла, прекрасен,
И тебя давно здесь ждут».
Ты в Собрание пойдёшь,
Дело там себе найдёшь,
Станешь ты у нас хазретом,
В указные попадёшь.
Счастлив будешь ты во всём,
Будешь зван ты в каждый дом,
Угостят тебя, мой мальчик,
В каждом доме беляшом.
Как указ получишь ты,
Синий дом построишь ты,
Обращать молитвы к Богу,
Как умру я, станешь ты.
Кто дороже мне, чем ты?
Плоть от плоти моей ты,
Жизнь моя, покой и радость –
Ты, сынок, один лишь ты.
Спи, сынок мой, засыпай,
Глазки, свет мой, закрывай,
Коль не выспишься, назавтра
Плакать будешь, так и знай.
Пусть тебя обнимет сон,
Пусть спокойным будет он.
Погляди-ка, месяц ясный
Шлёт с небес тебе поклон.
Родной земле
Хоть юнцом с тобой расстался, преданный иной судьбе,
Заказанье, видишь, снова возвратился я к тебе.
Эти земли луговые, чувства издали маня,
Память мучая, вернули на родной простор меня.
Пусть несчастным сиротою вырос в этом я краю,
Пусть томили униженья юность горькую мою, –
Времена те миновали, птицей улетели прочь,
Дни былые вспоминаю, как с дурными снами ночь.
Хоть твои хлестали волны, чёлн мой не пошёл на дно,
Хоть твоё палило пламя, не сожгло меня оно.
И поэтому я понял, край мой, истину одну,
Что душа равно приемлет и огонь твой, и волну.
Я постиг, что всё священно: и овин твой, и ручей,
И гумно твоё, и степи, и дороги средь полей,
И весна твоя, и осень, лето знойное, зима,
Белые чулки да лапти, да онучи, да сума,
И собаки, и бараны – вся родная сторона;
Любо мне и то, что плохо, даже то, чем ты бедна.
На нас напраслину возводят
У нас как будто правды нет… Зато обману нет преград!
Медали с выставки ханжей у многих на груди блестят.
Что чистоты мы не блюдём – бессовестная клевета:
По одному на каждый дом кумганы у татар стоят.
Твердят: у нас учёных нет. Но есть немало мудрецов, 
