Фёдор Конюхов – Мои путешествия. Следующие 10 лет (страница 43)
Федор радостно встретил меня на пороге и воскликнул:
– Я написал твой портрет.
Песчаный бархан, на нем верблюд, освещенный золотым солнцем, и женщина, стоящая на верблюде. Белое платье и шелковый шарф, укрывающий ее лицо, чуть развеваются на ветру. Глаза и женщины, и верблюда устремлялись в безграничное небо.
– Эта женщина – я?
– Да, ты. Разве нет?
– А возможно ли это в жизни?
Шел лишь второй день нашего путешествия на верблюдах.
Главный погонщик Сарсынбай подъехал к нам и сказал:
– Вот и сбылась моя мечта. Я собрал караван, и он идет по этой земле. Но есть у меня еще два желания. Хочу, чтобы после этой экспедиции наш караван поднялся на мой бархан. Он самый высокий в Калмыкии, и его хорошо видно в солнечный день с моей фермы. На этом бархане, Федор, пусть Ирина встанет на Атамана. Пусть будет так, как на твоей картине (Федор подарил репродукцию ему и его жене Даше).
Верблюдов, всех по очереди, подняли на вершину. Сарсынбай принял решение:
– Встанешь на Атамана, Яшка на вершине спокойно стоять не будет, он боится.
Я села на вожака. Он при этом привычно издал недовольный звук, но тут же смирился. Главный погонщик подъехал сбоку на Яше, подал мне руку, и я стала медленно вставать на седло. Все! Я стою!!!
Главное – идти. Дорога не кончается никогда
Зазвонил будильник. Мы встречали утро в Москве, в художественной мастерской моего мужа. Федор нажал на кнопку будильника. Тишину теперь нарушал лишь шум машин за окном.
– Ирочка, – обратился ко мне Федор, – нужно поискать в библиотеке побольше материалов о Монголии, Китае и Тибете. Пора начинать готовиться к следующему этапу экспедиции на верблюдах.
В планах каравана теперь значились Монголия, Китай, а затем – Тибет и святыня буддистов – Лхаса.
Глава 6
Дело гребца. Ла-Гомера – Барбадос
Еще одну осень проживу в Мировом океане – на весельной лодке «УралАЗ». Жизнь тем и интересна, что сны могут стать явью. Риск для путешественника – привычное дело. Риск придает смысл моей жизни.
Первое в истории России пересечение Атлантического океана на гребной лодке «УралАЗ». Установлен мировой рекорд в категории «одиночный переход» – 46 суток 4 часа. Федор побил предыдущий рекорд на 11 дней.
Маршрут: Канарские острова (о. Ла Гомера) – о. Барбадос.
Расстояние – 3 000 миль.
Старт – 16 октября 2002 года.
Финиш – 1 декабря 2002 года.
Сегодня лодка «Уралаз» находится в экспозиции музея на территории комплекса «Золотой пляж» на озере Тургояк Челябинской области.
Накануне плавания
На закате солнца в городе Сан-Себастьян на острове Ла-Гомера пишу это письмо. Мой милый Федор, ты сейчас укрепляешь горшочек с геранью внутри лодки, рядом с выходом, а я смотрю на тебя. Я сижу в твоей лодке на том самом месте, на котором ты будешь грести веслами, и пишу тебе письмо.
Город погружается в тишину. С завтрашнего дня каждое утро, завершив свою утреннюю молитву, мы будем просить у океана милости. Ты – там, а я – на земле.
Мы назвали твою лодку «Ласточка». Она такая маленькая: семь метров длиной и меньше двух метров шириной. Ее высота всего один метр. Трудно представить, что именно на ней ты будешь переплывать Атлантический океан. Эта лодка стала нашей обителью и колыбелью в маленьком порту Сан-Себастьяна.
Счастливого плавания тебе на нашей «Ласточке»!
Старт
11:00. Раздался прощальный гонг. Яхты и рыбачьи лодки на пристани загудели все разом. Старт. Но мыслями я отплыл на рассвете.
12:00. 28°03’ с. ш., 17°06’ з. д. За час прохожу две мили. Лодка довольно быстро выбралась из гавани Сан-Себастьян острова Ла-Гомера. Я держу курс на юго-запад.
19:30. Ночь. Луна чуть затянута тучами – белыми хвостами. Ветра нет, зыбь, лодка стоит на месте. Звезды дрожат и пляшут в небе, как всегда перед штормом.
Новый день
Солнце взошло в 08:03. За это время прошел 32 мили. Нахожусь между островами Ла-Гомера и Эль-Иерро[122]. Ветер плохой, стоит толчея, большие волны идут с востока, а маленькие, крутые – с юга. Грести вообще нельзя. Весла ломает и вырывает из рук.
09:10. Раздался долгожданный звонок из океана. Ты прошел уже 34 мили. Вчера у тебя был попутный ветер. А под утро задул встречный. Он принес большие волны. Лодка сильно качается, и ты до сих пор не ел ничего горячего. Мне становится неловко оттого, что здесь, на земле, наступило утро и все ее обитатели приступили к горячему завтраку. В воздухе витают запахи яичницы с фасолью, жареных бананов и горячего кофе. Я вижу с балкона, как мужчины сбивают на аллее сочные плоды маракуйи и срезают грозди фиников. Здесь рай, здесь не ощущают тревоги за завтрашний день. Ты сильный и потому ушел в плавание. Ты не хочешь благополучия и ищешь трудностей. Океан тебе их показывает. Он в очередной раз испытывает тебя.
На тысячи миль вокруг никого
10:00. Курс 220°, 74 мили позади. Ветер восточный, небо в тучах. Нельзя впадать в отчаяние от одного вида бесконечного океана. Духота. В такую погоду не хочется работать. Все тело от морской соли и пота покрылось красной сыпью. Кожа, как после ожогов, слезает раз за разом. Я снял с себя всю одежду: здесь меня никто не увидит, на тысячи миль вокруг – никого.
12:15. Твой голос еле слышен сквозь шум океана. Сейчас там нет солнца, пасмурно. Батарейки разрядились, и наш разговор может прерваться в любую минуту.
Один раз ты не успел закрыть люк, и большая волна проникла внутрь того отсека, где ты пытался отдыхать и разговаривать со мной по телефону. Вода наполовину заполнила отсек. Ты испугался за цветок и телефон. Они оба связывают тебя с землей. Все обошлось, волна не повредила их.
Вчера после полудня тебя посетили дельфины. Они оказались так близко, что до них при желании можно было достать руками. От дельфинов исходил приятный запах морской капусты и креветок. Один из них, самый любопытный и молодой, нырял под лодку.
Странную веду жизнь – купил билет в один конец
09:00. Начался день. Океан разбушевался. Время от времени огромные волны захлестывают лодку. Все отсырело, вчера вечером в каюту залетела волна и залила все, в том числе и телефоны.
19:00. На закате небо казалось раскрашенным цветными карандашами. От океана здесь и там поднимались рваные клочья тумана. Вдруг подумал, что очень странную веду жизнь: купил билет в один конец, назад уже не вернешься, даже если очень сильно захочешь. Течение Гольфстрим меня подхватило, и сейчас только вперед. Хочешь грести – греби, пожалуйста. А если не грести, то лодку все равно несет на запад, только очень медленно.
Именно поэтому я в постоянной тревоге: боюсь, что если не буду грести веслами, то мое плавание затянется надолго и у меня не хватит запаса пресной воды. Чтобы не думать, я со всей мочи налегаю на весла и пою во весь голос песни, которые приходят на ум. Еще до плавания я знал, что грести каждый день по 15 часов тяжело, но не представлял, что до такой степени. Похоже, что я здорово устал.
12:30. – Я прошел уже 40 миль за сутки. Сейчас гребу по курсу на северо-запад. Ветер попутный, помогает мне.
– Ты ночью тоже греб?
– Да, всю ночь.
– Луна светила тебе?
– Я расскажу тебе интересную историю, приключившуюся со мной. Я увидел на горизонте красный огонь. «Ну вот, опять какой-то пароход может создать угрозу моему движению», – с досадой подумал я. Красный свет стал расти на глазах, и я увидел, что это не пароход, а алый диск луны. Здесь, близко к экватору, луна красная. Ты такого еще не видела. Я подумал, нам нужно побывать с тобой в этих местах. Тебе понравится красная луна.
Вчера вечером первый раз ты подкрепился горячим супом: залил кипятком сухой порошок с бульонным кубиком. У тебя есть пластиковые термосы с широким горлом для хранения горячей пищи. В них удобно заливать кипяток при сильной качке.
– Что происходит у вас? – спросил ты меня.