Фёдор Конюхов – Мои путешествия. Следующие 10 лет (страница 13)
Да, хорошо смотреть, а ставить паруса надо. Иначе я и до второго пришествия Христа не дойду до Кейптауна.
22:20. Я работаю как вол. Болят руки, болит спина, болит все, даже душа покрылась мозолями.
Что меня преследует?
09:40. Уже чувствуется, что подхожу к «ревущим сороковым». Идет дождь. Небо все затянуто тучами. Холодно.
12:00. Поломки идут одна за одной. Что меня преследует? Что меня испытывает? Или кто меня мучает? Сколько и до которого часа это будет?
День рождения Иринушки
Я сильно устал, и меня одолевает вялость. Может, выпить немного рома? У меня есть в заначке бутылка, еще из Франции. Ночью находился словно в трансе, механически ставил и убирал паруса, а скорости так и не прибавил яхте. Даже забывал себя пристегивать страховочным ремнем. Хотя я все время должен быть начеку.
Ноги волочу, как старик, хотя я в действительности уже им стал. Болит спина, ноет зуб, все время мерзну.
15:50. Жаль, что я сегодня не с Ириной, чтобы разделить ее праздник. Иринушке исполнилось 37 лет, а она выглядит на 24 года. Впредь ни одного дня рождения Ирининого не пропущу, буду всегда с ней. Да только укоры совести ведь все равно забываются.
Я в Восточном полушарии
18:40. Ура! Прошел нулевой меридиан, зашел в Восточное полушарие. Ровно на нулевом градусе сидел на воде альбатрос. Я ему крикнул: «Ну что сидишь и не приветствуешь меня?!»
Неприятность
11:15. Ветер встречный. Соленые брызги выедают глаза, я поминутно их вытираю, и они от этого, от соленых рук, воспалились. Спустился в каюту, промыл глаза пресной водой – немного полегчало.
Сварил обед: сухая картошка, в нее добавил банку консервированного тунца. Мне захотелось выпить чего-нибудь покрепче, чем чай или кофе. У меня еще две бутылки вина. Пошел в нос, нашел бутылку, заваленную веревками. Это я сам ее засунул под запасные шкоты, чтобы от тряски яхты не разбилась. Открыл. Пока снимал кастрюлю с плитки, яхта накренилась резко, и моя предпоследняя бутылка калифорнийского вина разбилась вдребезги о палубу. До чего же я расстроился!
22:00 по Москве. Через три дня, дай-то Бог, я увижу земной мир. Два месяца я наедине со своими мыслями. С нетерпением жду подхода к берегу, жду встречи с женой и сыном Оскаром. У меня вина перед ним, что я мало ему уделял внимания, когда он был маленьким. В то время я дома был очень мало, у меня были экспедиции одна за другой, я для него был всего лишь случайным эпизодом в повседневной жизни. Но я тогда не был готов сидеть дома или ходить исправно на постоянную работу.
В океане нас только двое
08:00 по Москве. Здесь взошло солнце. Бог позволил мне ночью немного поспать. Ночь прошла спокойно. Сейчас на печке стоит чайник, жду, когда вскипит вода и я буду пить кофе. Это самые лучшие моменты в здешней жизни. Утром пить горячий кофе и кушать печенье. Одно огорчает, что зубы болят. А так терпимо и жить можно.
17:30. Все гонщики уже пришли в Кейптаун, кроме меня и австралийца Нила. Он опережает меня на день хода. Так передал Оскар.
Два часа стоял за штурвалом и всматривался в горизонт, как будто уже вижу Африку. Конечно, ее еще не видать, до нее 340 миль.
До Кейптауна ровно три градуса
Сегодня Оскар и Иринушка должны вылететь из Москвы в Кейптаун. Ночь прошла благополучно. Сейчас пью кофе, и надо увеличить паруса.
15:30. Нет больше сил! Глаза слипаются, надо хотя бы с часик уснуть, а как это сделать? Яхта не будет идти целый час без моего вмешательства. Она требует внимания.
22:00. Ровно три градуса до Кейптауна, ровно сутки, если будет такой ветер.
Я заплакал
Вот я снова влетел, меня несет на север, я уже прошел Кейптаун. Как выкарабкиваться? Не знаю.
15:00. Увидел Африку – гору на горизонте! Как далеко видать! Еще миль пятьдесят, а видно. Но ветер не дает подойти. Я заплакал.
17:30. Скоро ночь, а я на входе в Кейптаун. Тяжело мне придется.
Этап Кейптаун – Окленд
ВЕСТИ: «5 декабря из Кейптауна стартовал второй этап международной кругосветной гонки Around Alone 1998–1999. Федор Конюхов, чья яхта получила повреждения на первом этапе, осмотрительно взял тайм-аут для тщательной подготовки яхты к тяжелейшим условиям Южного океана.
8 декабря в условиях шестибалльного шторма Конюхов взял старт и принялся догонять флот, оторвавшийся за трое суток на тысячу миль».
Подарки от жены
Вчера стартовал из Кейптауна. Шторм встречный, ветер 36 узлов. Весь промок. Холодина собачья. Ночь. Ничего не видать. На палубе все запуталось, сломал три краспицы на гроте.
Открыл пакет с подарками к моему дню рождения от жены и слушал ее запись на пленке. Какая она умница, что это сделала.
Не могу выйти в Индийский океан
Еще Атлантический океан, никак не могу выйти в Индийский океан. Встречный ветер, встречный шторм. Я еще ничего не ел за эти два дня, только пил воду.
Завтра мне исполнится 47 лет
21:30. Как меня мучает этот ветер, не дает идти по курсу. Завтра у меня день рождения, мне исполнится 47 лет. Взглянул на подписанную женой открытку «С днем рождения», и какая-то боль стала нарастать внутри.
Последняя улыбка солнца перед закатом
Яхта начала входить в Индийский океан. Ей это дается с трудом. Идет мелкий дождь. Ветер слабый. Большая зыбь. Солнца нет. Солнечные батареи не работают, и ветрогенератор тоже. Сломался дизель-генератор. Снова у меня проблемы с электроэнергией, не работают автопилоты.
18:30. Прошел траверз мыса Игольный[50]. Конечно, он от меня далеко, где-то миль триста, но это означает, что моя яхта и я сам зашли в Индийский океан, позади остался Атлантический. Дай бы Бог, чтобы ничего не случилось серьезного и чтобы я увидел Тасманию[51], а затем Новую Зеландию.
Какой-то особенно нежный свет разлился по всему океану. Это была последняя улыбка солнца перед закатом.
Океан вечный и неизменный
09:30 по Москве, но это время примерное и местное. Ночью не было ветра, под утро чуть подул и пока есть. Я иду на юго-восток по курсу. Продержался бы он побольше, чтобы выйти на 41°42’ ю. ш., там должен быть попутный ветер.