Фуюцуки Нобу – Тлеющий неон в крови (страница 68)

Друг пересчитал купюры.

– Здесь вся сумма долга плюс тридцать процентов сверху, – уверил меня Кросс, пересчитав сумму.

– Ты что, отдал нам больше установленного? – спросил я у Роялти.

– Да, я раскаиваюсь. Пожалуйста, молю вас, не убивайте меня и пощадите всех работников моей школы, они здесь совсем ни при чем.

Мужчина рыдал, как сопливая девочка, а работница ресепшена нервно стояла в сторонке, прижавшись к углу, и молча смотрела на нас, боясь, что мы, как и обещали, разнесем все здание.

Я достал свою красную раскладушку, набрал Этоса и ждал его ответа.

– Алекс? – ответил он. – Как дела?

– Роялти примчался к нам на всех парах и передал нам всю сумму, плюс тридцать процентов сверху. Мы даже напугать его не успели. Он стоит сейчас передо мной на коленях, плачет и молит о пощаде.

– Какой славный сукин сын, – посмеялся Этос. – Мне нравится. Закругляйтесь, парни, закиньте через терминал мне сто десять процентов всей суммы, а оставшиеся двадцать заберите себе в качестве вашей зарплаты. Роялти можете отпустить.

– Понял, – ответил я.

Иля подошел ко мне и выхватил у меня телефон, чтобы самому поговорить с Этосом.

– Босс, этот идиот опоздал на десять минут, мы замучались его ждать. Может, нам все‑таки переломать ему ноги, чтобы он освоил урок?

После его слов Роялти завизжал как несчастный зверь на скотобойне.

Я попытался вырвать у друга свой телефон, но он так ловко уворачивался, что я не смог к нему даже прикоснуться.

– Что ты говоришь? Но почему? – продолжил он. – Блядь! Ладно, я понял, извини.

Он бросил трубку и кинул телефон мне, но я слишком поздно среагировал, и телефон выскочил у меня из рук и упал на пол.

– Трещина на экране, – загрустил я, подняв с пола и оглядев свой разбитый телефон.

– Я хотел ему ноги переломать, но Этос не разрешил, – фыркнул Кросс. – Пошли отсюда, надеюсь, на следующем заказе нам будет не так скучно, как здесь.

Мы вышли на улицу и остановились у порога, чтобы дать возможность Иле закурить сигарету.

Я обернулся и увидел через широкую витрину здания, как Роялти продолжил стоять на коленях и плакать, а сотрудница тихонько подошла к нему и начала гладить того по спине своей рукой, чтобы утешить.

Неужели мы такие монстры, из‑за чего люди способны потерять самообладание, когда видят нас? Мне даже немного жалко их.

– Это просто несправедливо, – злобно начал высказываться Иля, стоя с сигаретой в зубах. – Я вколол себе этот препарат не для того, чтобы выслушивать сопливое нытье должника, а после, чтобы босс запрещал мне применять хоть какое‑то насилие. Не знаю почему, но мне дико хочется крови. Пошли поскорее, иначе я от нервов скурю всю свою пачку.

* * *

Цель – Патриций Лонсон.

Этот негодяй откопал на наш клан фальшивый компромат, который пытается втюхать всем бандам со всей Митры. Некоторые банды отказывают ему, так как осознают последствия раскрытия такой информации (чтобы не иметь с нами никаких дел), но есть и те, кому это может быть выгодно. К одной из таких банд он и попал. Он находится под стражей у Костяной Пробки, которые уверяют всех, что заткнут любому рот, кто осмелится вступить с ними в конфликт.

Самоуверенные подонки.

Ваша задача прийти к ним и взять живым или мертвым Патриция, постараться не привлекать к себе много внимания. Если же по‑другому не получится, то действуйте по обстоятельствам.

Адрес логова Костяной Пробки в закрепленном приложении этого сообщения.

– Какая это честь познакомиться с Пауками Этоса, – надменно произнес мальчик восьми лет, сидя на кожаном кресле.

Его окружала дюжина громил, вооруженных автоматами и дробовиками.

По нашей скромной оценке – это предводитель банды. Одет он в школьный костюм, а рядом с его креслом валялся школьный голубой рюкзак с изображением эиршипа престижного класса.

– Ты в каком классе, пацан? – усмехнулся Кросс.

– Во втором. Хоть вы и почетные гости в моей скромной лачуге, но рты открывать, пока я не задам вопрос, вам никто не позволял, – ответил малец, попивая овощной лимонадик, забавно цепляя своим язычком пластиковую трубочку.

– Да кем он себя… – дернулся вдруг с агрессивным настроем Иля, но я его резко остановил, схватив рукой за его кожаный рукав куртки.

– Я понимаю, что вы люди серьезные, – начал я. – Но тебе тоже не стоит забывать, с кем ты разговариваешь, и какой силой мы обладаем.

Мы простояли около минуты, пристально и напряженно глядя друг на друга. Ощущая гнетущую атмосферу, люди около школьника напряглись и взвели затворы своих автоматов, чтобы быть наготове открыть по нам огонь.

– Алекс, меня всего распирает изнутри, – шепнул Иля мне на ухо возбужденным голосом. – Давай покончим с этими глупыми прелюдиями и порвем их всех на куски?

– Иля, закрой свой рот, – тихонько дерзнул я своему другу. – Стой тихо и не рыпайся.

– Чья бы корова мычала? – пробурчал Кросс.

Я снова взглянул на сопляка, и наши натужные гляделки возобновились.

– Ха‑ха! – засмеялся парнишка. – Да я прикалываюсь, вы так напряглись, что мне самому стало не по себе.

Я выдохнул, а Иля на эту ситуацию лишь недовольно фыркнул.

– Ты босс Костяной Пробки? – спросил я.

– Ну, как видишь, – ответил он, гордо подняв голову.

– Слишком юный для главы мафиозного клана, – скрестил руки я.

– Мой отец недавно погиб в одной из перестрелок, и по наследству все его дело перешло ко мне. С тех самых пор клан мне беспрекословно подчиняется.

– Я вижу, – холодно ответил я. – Давай обсудим дела? Где сейчас Патриций Лонсон?

– У меня под защитой, – ответил мальчик. – А что‑то не так?

– Как будто ты не догадываешься?

– Ах, точно, он откопал на ваш клан компромат, причем очень грязный.

– В смысле?

– Благодаря ему у меня в распоряжении находятся материалы, в которых отчетливо видно, что один из Пауков очень любит «проводить» свободное время с малолетними особами.

– Намекаешь на то, что кто‑то из нас педофил?

– Возможно, – почесал свой подбородок парнишка.

– Занятно, – улыбнулся я, но так как я был в маске, то никому этого не было видно. – Думаешь, в этом городе у кого‑то есть дело до этого? Мне кажется, всем абсолютно плевать. Тут люди дохнут посреди улицы от ножевых и огнестрельных ранений, а местная полиция и пальцем своим не пошевелит.

– Может, ты и прав, но неужели я не смогу подключить необходимые частные органы для этого и при этом не навариться?

– Вижу перед собой скользкую мразь, хотя на вид обычный школьник, интересно, почему? – возмутился я, отведя от него взгляд в сторону.

– Полегче с выражениями, парень, я ведь могу и обидеться, – ухмыльнулся босс Пробки. – На себя посмотри, ты не намного старше меня.

– Ты ведь понимаешь, что в открытую говоря нам такие вещи ты навлекаешь на себя беду.

В это время Иля не выдержал и расчехлил свои керамбиты, чтобы быть готовым наброситься на всех окружающих нас охранников.

Я схватил своего друга за шкирку и подтянул к себе, чтобы тот не смог сделать лишних движений.

– Иля, успокойся, рано.

После этого он вроде как притих.

– Беду, говоришь? Ты мне угрожаешь, Паук? – спросил босс, надменно подняв свою бровь.

После этих слов все его сторожевые псы нацелили свои автоматы прямо на нас. Я был спокоен и сосредоточен, а вот Иля еле сдерживался, рыча словно тигр.