Фрост Кей – Королева легенд (страница 25)

Это ненадолго. У него есть ключ.

Рен.

Ему нужно найти больше рычагов воздействия.

Ему нужна жена и ее соотечественники.

Несколько часов спустя Аррик проснулся от того, что кто-то постучал в дверь, а затем приблизился к нему с фонарем. Его глаза резко открылись, он вытащил лежащий под подушкой кинжал, на мгновение подумав, что очередной убийца пришел, чтобы расправиться с ним. Затем он распознал в человеке с лицом, покрытым шрамами, Шейна – своего заместителя.

Аррик откинул одеяло и свесил ноги с кровати, свирепо глядя на Шейна.

– Не надо так подкрадываться, – прорычал принц. Пустой желудок говорил ему о том, что давно пора поесть. Сколько я проспал? – Я мог убить тебя.

Шейн усмехнулся, закрывая дверь.

– Я бы не стал стучать несколько раз, а потом размахивать фонариком у тебя перед глазами, зайдя в комнату, дурак. Ты спал как убитый. Если бы я был одним из наемников твоего брата, ты был бы мертв.

Аррик провел рукой по лицу.

– Я плохо сплю в последнее время.

– Сколько я тебя знаю, ты всегда плохо спишь.

– Спасибо. Есть какие-нибудь новости?

Шрамы Шейна выглядели гладкими и блестели в свете огня. Они были одним из доказательств того, что этот человек всегда будет сражаться на стороне Аррика; вместе они свергнут продажную верлантийскую монархию. Ведь именно она стала причиной появления шрамов. Они огибали рот Шейна, пугающие, гротескные; шрамы растянулись, когда он ухмыльнулся.

– Мятежники переместились в поместье лорда Идрила, как ты и предполагал.

– Принцесса с ними?

Шейн кивнул.

– Они прибыли прошлой ночью.

– Идрил знает, кто она?

– Не уверен. Некоторые из наших союзников, кажется, убеждены, что знает. Другие считают, что лорд слишком накачан наркотиками, чтобы понять это.

– Хорошо. Это хорошо. Сорен хочет, чтобы я решил вопрос с Идрилом. Я сказал ему, что уезжаю сегодня.

– Тебе нужно отдохнуть, Аррик, – запротестовал его друг, беспокойство окрасило лицо в шрамах. – Сейчас глубокая ночь.

Но он уже был на ногах.

– Я достаточно отдохнул, потребуется почти неделя, чтобы добраться до замка Идрила. Если поеду сейчас, смогу застать его врасплох в конце одной из его нелепых пирушек.

– Если ты уверен, – пробормотал Шейн. Его слова прозвучали неуверенно, но он был готов подчиниться, несмотря ни на что. – Я распоряжусь насчет лошадей.

Аррик ополоснул лицо холодной водой и переоделся, обдумывая план того, что сделает по прибытии в поместье лорда. Принц знал, что ему нельзя все испортить, когда прибудет во дворец. Это единственный шанс разобраться с темным эльфом и вытащить Рен до того, как Идрил до нее доберется.

Жена Аррика являлась важным ключом, и все это знали.

Она – ключ к победе повстанцев, ключ к объединению Драконьих островов.

Ключ к свержению Сорена и к успешному восхождению Аррика на верлантийский трон.

Она все изменит.

Они все изменят.

Глава девятнадцатая

Рен

– Я это не надену.

Вьенн уставилась на Рен сверху вниз.

– У тебя нет выбора.

– Я не могу…

– Это не так плохо, как та одежда, которую ты должна была носить во дворце.

– Это определенно хуже!

Рен посмотрела на тонкую ткань, лежащую на ее кровати. Даже свадебное верлантийское платье не казалось настолько нематериальным, как это. Оно хотя бы было белым. Это платье длиной до щиколоток создали из лоскутов прозрачного материала под цвет ее кожи, поверх него булавкой нашили драгоценные камни. Это должно было сохранить ее «целомудрие». Но самое ужасное: на нем была всего одна застежка на шее сзади, поэтому кому угодно не составило бы труда расстегнуть платье и сбросить его на пол.

Украшения, прилагающиеся к нему, хранили больше смысла, чем оно само: тяжелые бронзовые ожерелья, браслеты из розового золота и пара висячих сережек, украшенных жемчугом и бриллиантами, привезенными, как подозревала Рен, с Драконьих островов.

Прошло пять дней с тех пор, как мятежники прибыли в замок лорда Идрила. Пять дней Рен не видела эльфийского лорда – да и никого другого тоже. Это было и благословением, и проклятием.

Она сидела в роскошной комнате или бродила по темным коридорам, пытаясь поговорить с персоналом на кухне или с женщинами, молча убиравшимися в ванных комнатах и банкетных залах, но безуспешно. Рен думала, что сойдет с ума из-за отсутствия общения. Что все скрывают? Неужели Вьенн дала команду не обращать на нее внимания? Или хозяин приказал им молчать?

Даже Лейф старался держаться подальше. О, звезды, как она мечтала о какой-нибудь остроумной шутке, воинственных дебатах или поддразниваниях и оскорблениях. Похоже, она тосковала по своему мерзкому мужу. Это вызывало тревогу. Это абсурд – он ее враг.

Вьенн вздохнула и потерла виски.

– Почему с тобой так тяжело?

Рен не обратила внимания на слова тети и провела пальцем по ожерелью.

Лейф и Брэм вернулись тем же утром, все, что Лейф пообещал, – наверстать упущенное после вечеринки. Он многое должен был ей сказать. Рен гадала, что, черт возьми, он имел в виду. Вьенн наконец соизволила почтить племянницу своим присутствием.

И сделала подарок.

Если можно так сказать.

Кусочек материи, вставляющийся под платье, не был подарком. Это был лишь еще один способ влиять на нее. Посмотреть, насколько уступчивой она может быть.

– Ну же, – неодобрительно проговорила Вьенн, собирая свои красивые волосы, очень похожие на волосы сестры, в элегантный пучок у основания шеи. – Нельзя терять времени. Одевайся. Идрил попросил, чтобы ты распустила волосы, так что убедись, что они блестят.

– Идрил, правда? Близкий знакомый, тетя?

Вьенн нахмурилась.

– К чему ты клонишь?

– Ты пресмыкаешься, это недостойно.

Тетя Рен покачала головой.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Надень платье.

– Почему я должна это делать? Не надену! – ровным голосом заявила Рен. С чего эта коварная эльфийка решает, что ей носить, а что нет? Или то, как должны выглядеть ее волосы? – Я буду одеваться так, как посчитаю нужным.

На мгновение ей показалась, что тетя начнет кричать, но выражение ее лица смягчилось.

– Я надену нечто, похожее на это платье, племянница, и ты поверь мне, не я делала выбор. Но в таких случаях мы должны использовать весь свой «арсенал», чтобы одержать победу в мире, где правят мужчины. Думай об этом платье как о броне, и все будет в порядке.

Рен вздрогнула.

Королева Астрид сказала что-то очень похожее в день свадьбы. Она была единственной, кто проявил к Рен хоть какие-то добрые чувства. Принцесса до сих пор не знала, проявил Каллес, подаривший ей нож, которым она должна была убить мужа, к ней сочувствие, жестокость или нечто совсем иное. То, как он обращался с Рен до того, как ей удалось сбежать, не в счет. Все это была ложь.

Но что происходит на самом деле?

Ему от нее что-то нужно. Что-то, чего она не хотела отдавать. Свое доверие, свое королевство, себя. Даже сейчас, когда у Рен сложилось представление о том, какие планы строит принц, она не была уверена в том, что будет содействовать ему.

Как она может ему доверять? Но если не доверяет, почему же не убила? Почему она вспоминала о нем, и это не вызывало у нее отвращения? Почему она доверяла ему больше, чем повстанцам и тому, что они делали, объединившись с лордом Идрилом?