Фрост Кей – Гончая (страница 27)

Сегодня ей не удастся вырваться из хватки Оборотня.

Глава семнадцатая

– Следи за тем, как ты ее держишь, – предостерег чей-то голос.

Тэмпест уютно завернулась в одеяла и почувствовала, как ее окружал, приятный пряный аромат. Кровать, посмеиваясь, завибрировала.

Брови девушки сошлись на переносице. Кровать не могла смеяться. Тэмпест открыла глаза и напряглась. Вокруг темнота. Абсолютная. Она словно ослепла.

– Ты не ослепла и прекрати уже извиваться, иначе я тебя уроню, – пробормотал Пайр.

Тэмпест напряглась еще больше. Краска схлынула с ее лица, когда девушка поняла, что Оборотни натянули на ее голову мешок и, что еще хуже, она уютно устроилась в объятиях одного из них.

– Что ты делаешь? – рявкнула она.

– Отношу тебя в безопасное место.

В безопасное. Смех, да и только. Все знали, что, если жулик приведет тебя в свое логово, ты наверняка умрешь.

Скрипнула дверь, и холодный ветер раздул ее одеяло, пробирая до костей. Она вздрогнула и начала извиваться, хотя это было больно. Очень.

– Опусти меня, – отрезала она, горячее дыхание накалило воздух в мешке, вызывая рвотный рефлекс. Когда она в последний раз чистила зубы? Примерно три дня назад?

– Нет, – сказал Пайр.

– Куда ты меня несешь?

Резкая боль пронзила ее бок, и она ахнула.

– Не туда, откуда ты смогла бы сбежать, учитывая твое состояние.

Он понятия не имел, на что она способна.

Руки Пайра напряглись.

– С тобой что-нибудь случится, а Бриггс обвинит меня. Успокойся, или я свяжу тебя по рукам и ногам. Посмотрим, каково тебе придется со всеми твоими кровоточащими ранами.

Тэмпест молча проклинала отсутствие возможности видеть выражение его лица. Но судя по его тону и действиям в прошлом, она не сомневалась, что Пайр приведет свою угрозу в действие. Девушка устроилась в его объятиях и уставилась на темный, грубо сшитый мешок, закрывающий обзор. Пальцы дрожали, нервы были напряжены до предела, несмотря на общую усталость. Смерть принять легче, чем пытки или заключение.

– Ты кажешься человеком, который говорит то, что думает, и ценит откровенность. Если тебе все равно, я лучше умру раньше, чем позже. Думаю, твой план в этом и заключается, – прямо сказала Тэмпест.

Ее заявление встретило молчание, а затем кто-то хихикнул.

С ними шел еще один Оборотень? Она закрыла глаза и напряглась, пытаясь расслышать шаги. Ничего, кроме ветра и мягкого дыхания кицунэ. Тэмпест сжала губы. Оборотни пользовались своими преимуществами.

– Если бы я хотел твоей смерти, оставил бы твой жалкий труп гнить в яме.

Пауза.

– Или на растерзание зверям.

По телу Тэмпест пробежала дрожь. О каком звере шла речь: Человеке или Оборотне?

Она зашипела, когда этот грубиян, стягивая мешок с ее головы, потянул за волосы. Подняв отяжелевшую руку, она потерла ноющую кожу головы и хмуро посмотрела на Оборотня. Пайр посмотрел на нее сверху вниз, ухмылка на его лице вызвала у нее сильное желание ударить его.

– Я ни при чем. Это все Бриггс.

Она переключила внимание на массивного целителя, глядя на него поверх плеча кицунэ. Как ему удавалось двигаться так бесшумно? Бриггс, целитель, ответил на ее взгляд, в темноте его карие глаза странно сияли. Тэмпест сохраняла нейтральное выражение лица, как бы сильно ей ни хотелось скривиться. Неестественность его взгляда нервировала.

– Прошу прощения, – пророкотал он, его голос почти сливался с ночью. – Твое дыхание стало прерывистым, я переживал за твое здоровье.

– Весьма признательна, – ответила она. Однако я оказалась в такой ситуации именно из-за вас. Тэмпест оставила эти мысли при себе. Понятно, что у нее здесь друзей нет, но, когда она сбежит, Бриггс, скорее всего, вздохнет с облегчением, и с ним нужно вести себя мило.

Она позволила себе расслабиться в объятиях Пайра и мысленно отругала себя за слабость. Даже в таком положении она едва ли была способна оставаться в сознании. А тратить силы на борьбу ни к чему не приведет.

Скелетообразные деревья, с их раскинутыми, похожими на когти ветвями, окружали их, создавая мрачную обстановку. Используя периферийное зрение, Тэмпест пыталась найти ориентиры и что-нибудь необычное, позволяющее ей пробраться сквозь деревья и вернуться в Дотэ. Но лес покрывала такая темнота, что невозможно было что-либо разглядеть, а слабый лунный свет только дразнил и действовал на нервы. Необычная тишина царила в лесу. Даже местные лесные жители не осмеливались пошевелиться или издать хоть какой-то звук.

Неосознанно пальцы Тэмпест сжали окутывающее ее одеяло, и девушка теснее прижалась к кицунэ. Она раздраженно посмотрела на его скрытое тенью лицо, а затем снова отвернулась к деревьям. Внимательные лисьи глаза могли видеть сквозь пелену ночи с той же легкостью, с которой Тэмпест видела днем. Несправедливо.

Мужчина крепче сжал ее в объятиях и рассмеялся:

– А сейчас что не так?

– Ничего.

Ей захотелось пнуть себя за свой грубый тон. Будешь и дальше вести себя, как сварливая тетка, так никого и не завоюешь.

– Я провел много времени среди женщин…

Тэмпест фыркнула.

Необычные, нечеловеческие уши Пайра весело дернулись, и он продолжил:

– …так что я знаю, что «ничего» на самом деле всегда что-то значит.

– Ты не боишься демонстрировать свои способности Оборотня, – в конце концов сказала Тэмпест, сменяя тему.

Пайр пожал плечами, стараясь не задеть Тэмпест.

– И почему же я должен бояться?

– Потому что это опасно. Зачем выставлять напоказ, что ты… ты… – Она запнулась, не желая его обидеть.

– Оборотень? Раб? Талаганец? Что именно, городская девушка?

Его тон был мягким, но волосы на ее затылке все равно встали дыбом. В нем читалась жестокость вперемешку с яростью.

– Я не хотела никого обидеть, – сказала она, а затем решила больше ничего не говорить.

Я просто не в себе. Ей еще даже не удалось обнаружить местонахождение двора Шута, а она уже терпела ужасные неудачи.

Пайр принял молчание Тэмпест с довольной улыбкой, которая быстро стала ассоциироваться у нее с этим высокомерным мужчиной. Это ужасно злило, но она, по сути, всю жизнь имела дело с высокомерными мужчинами. Если он надеялся заманить ее в ловушку, ведя себя так глупо, ему необходимо стараться сильнее. Но несмотря на это, его горделивый вид придавал ей желание отпустить в ответ острую, как бритва, колкость из тех, которым учил Максим, и хоть немного остудить его эго.

Она прикусила язык и принялась считать шаги Пайра, чтобы не заснуть. Веки опускались все ниже, что само по себе оказалось проигранной битвой. Тэмпест полностью потеряла представление о происходящем, это было неудивительно, учитывая, что она понятия не имела, как долго была без сознания и где они на самом деле находились. Не могли же они уйти слишком далеко от того места, где на нее напали.

Надо надеяться.

Спустя несколько минут деревья начали редеть, и в поле зрения появилось несколько заброшенных коттеджей. Они состояли из грубых каменных стен и соломенных крыш. Даже в темноте Тэмпест могла различить камень, который, должно быть, добывался в близлежащей реке.

Спасибо Дотэ за уроки геологии, которые преподавал Дима. Она никогда бы не подумала, что они пригодятся для чего-то настолько важного, как побег от банды Оборотней, но она была рада ошибке на этот счет. Они скорее всего недалеко от реки. Вблизи провинции Азул протекала только одна крупная река. Как только у нее будет время найти реку, она направится по ней на юг, пока не достигнет береговой линии Хеймсерии. Дальше путешествие ничего не осложняло. Добраться до столицы Дотэ будет несложно.

Почувствовав себя лучше из-за секретного плана побега, Тэмпест сумела успокоиться, пока они двигались мимо заброшенных домов и среди деревьев. Воздух, казалось, похолодел еще больше. До зимы и ее яростной атаки осталось совсем немного времени.

В полумраке показался одинокий коттедж, и Бриггс шагнул вперед, чтобы отпереть дверь уединенного домика, скрытого от глаз и других домов небольшим кольцом растущего орешника. Бриггс вошел в неосвещенное здание. Пайр последовал за ним и, пройдя по скрипучему деревянному полу, осторожно положил Тэмпест на кровать. Холод просачивался сквозь одеяло, и она сморщила нос от пыли. Бриггс бесшумно обошел комнату и зажег один фонарь, а затем другой.

Тэмпест обрадовалась свету, несмотря на совсем чуть-чуть слезящиеся глаза. Ей совершенно не нравился тот факт, что Пайр мог видеть все, в то время как она не могла. Но теперь, когда способность видеть вернулась…

– Я выгляжу как ходячая катастрофа! – закричала Тэмпест, подскочив с кровати, оглядев себя и увидев, что большая часть ее одежды разорвана ветками, лезвиями и острыми камнями, а оставшаяся часть насквозь пропитана темно-алой кровью. Девушка покачнулась на месте, изо всех сил стараясь удержаться на ногах. Кровь никогда не беспокоила ее, но такое количество собственной крови… У нее скрутило живот, и она почувствовала невероятное головокружение.

Как я до сих пор жива? Когда человек терял столько крови в лазарете Алекса, это почти всегда приводило к смерти.

– Осторожнее, городская девушка, – сухо произнес Пайр. – Еще упадешь прямо лицом вниз.

Комната закружилась, и чья-то рука легла ей на плечо для поддержки, а затем попыталась толкнуть ее обратно на кровать. Тэмпест стряхнула ее, скривив губы. Никто не смеет укладывать ее в постель.