Фрост Кей – Гончая (страница 26)

Кицунэ снял с себя окровавленную куртку и швырнул испачканную одежду в угол. Он тщательно закатал окровавленные рукава до локтей, обнажив смуглые жилистые предплечья, покрытые засохшей кровью.

Ее кровью.

Тошнота подкатила к горлу. Тэмпест могла распрощаться с содержимым желудка с минуты на минуту.

Пайр достал кинжал и со спокойным безразличием повертел лезвие в руке. Ей хорошо был известен этот трюк. Когда она нервничала или боялась старших Гончих, она тоже находила предметы, с которыми можно было соответствующим «образом» поиграть. Те, которые помогали убрать нервозность на второй план и, в свою очередь, заставляли Тэмпест выглядеть так, словно все под контролем.

Неужели она неправильно оценила ситуацию? Разве Пайр не был их предводителем?

– Она еще пригодится, – просто сказал Пайр Оборотням.

Пайр взглянул на собравшихся, его пронзительный взгляд задержался на каждом, прежде чем обратить свое задумчивое внимание на Тэмпест. Живот скрутило, но она бесстрастно посмотрела в ответ. Нет, она не ошиблась. От него исходила власть. Она изучала развязанные шнурки на его рубашке и размышляла о Пайре. Слишком молод, чтобы быть Шутом… но, возможно, являлся сыном или родственником? Глядя из-под опущенных ресниц, она осмотрела других талаганцев. Многие казались старше кицунэ.

– Кем бы ты ни была, городская девушка, ты принесешь нам удачу. Я в этом уверен.

Она сильно сомневалась в этом. Если все пойдет как надо, именно они принесут ей удачу, приведя Тэмпест прямо к Шуту.

Низкий женский смех миниатюрной талаганки в плаще сотряс воздух:

– Она очень хорошо сохраняет невозмутимое выражение лица, но готова поспорить на свой клинок, что ее весело будет сломать.

Тэмпест напряглась. Только попробуй.

Женщина снова рассмеялась:

– Будь осторожен, не все хотят преклонять перед тобой колени, Пайр.

Пайр прислонился бедром к кровати и подцепил когтистым пальцем подбородок Тэмпест. Слегка надавив, он откинул ее голову назад, заставляя ее встретиться взглядом с его насмешливыми золотистыми глазами. Он наклонил голову набок, и мимолетная улыбка тронула его губы.

– Ты же не доставишь мне неприятностей, правда, милая?

Она благоразумно промолчала.

Пайр провел большим пальцем по ее потрескавшейся нижней губе.

– Мы не убьем ее, – мягко сказал он, в его тоне звучала сталь. – Мы залечим ее раны и позволим ей остаться с нами, вот тогда она и отплатит за нашу щедрость.

Между строк читалось: иначе тебе не сладко придется.

Тэмпест изо всех сил старалась не дрожать из-за абсолютной тишины, царившей в комнате. Собственное сердце бешено колотилось в ее ушах, когда Пайр склонился ближе, уткнувшись носом в ее правый висок.

– У меня такое чувство, что она именно та, кого мы искали, – тихо проговорил он.

– Стоит ли она такого риска? – спросил скакун.

– Я беру на себя такой риск, – пробормотал Пайр, отстранившись, чтобы внимательно рассмотреть лицо Тэмпест. – Я не жду, что кто-то из вас рискнет своей жизнью, разбираясь с ней.

Дрожь начала усиливаться, и маска Тэмпест дала трещину под его пристальным взглядом.

– Если ты знаешь, что она обуза, тогда зачем вообще рисковать, помогая ей? – спросил Брайн.

Пайр выпрямился и отпустил ее лицо с блеском в глазах.

– Именно потому, что она смертельно опасна, помощь стоит своего риска. – Он тепло улыбнулся Тэмпест. – Именно такого рода опасность меня и интригует.

– Не будь дураком! – вырвалось у Оборотня-скакуна.

Температура в комнате упала, и глаза Тэмпест округлились. Все присутствующие в комнате замерли.

Пайр поднял с кровати свой кинжал и другой рукой отряхнул рукав.

– Я кажусь тебе глупым? – Его тон был мягким, но опасным.

Мурашки побежали по ногам Тэмпест.

Кровь отхлынула от лица скакуна, но он стоял на своем, оскалив сцепленные квадратные зубы:

– Это глупо. И все ради какой-то юбки.

Пайр рассмеялся:

– Какой-то юбки, а? Доставай свой клинок, Тимо.

Тимо вытащил из-за пояса клинок, зажал его зубами и затем завязал свои черные волосы.

– Как прикажете, мой господин, – процедил он сквозь зубы. На секунду посмотрел влево, а затем атаковал.

Еще один Оборотень отделился от группы и атаковал в паре с Тимо.

Кицунэ лишь кровожадно ухмыльнулся, отчего у нее словно сковало льдом всё внутри, даже саму душу. Тэмпест с неохотным благоговением наблюдала за тем, как кицунэ увернулся от обоих нападавших, высоко подпрыгнув и нанеся сокрушительный удар ногой в челюсть Тимо. Тимо упал на своего товарища, рыча от ярости, после чего повернулся и столкнулся со стоящим рядом Пайром, готовым ударить его в лицо.

Ее вдохновляло то, что Пайр решил использовать не оружие, а способности собственного тела. Он с легкостью парировал удары кинжалов своих оппонентов, словно сам состоял из воды, затем отвечал ударами ног, локтей и коленей, которые почти всегда попадали в цель. Через несколько минут оба мужчины лежали на земле, тяжело дыша, истекая кровью в разных местах и хватаясь за животы от боли там, куда Пайр пнул их неумолимым ботинком с металлическим носком.

– Не испытывайте меня, – сказал Пайр, его голос звучал спокойно и непоколебимо, как будто он не провел последние три минуты в жестокой схватке. А затем, обращаясь ко всем, он сказал:

– Есть тут еще кто-нибудь, кто сомневается во мне?

Никто, включая Тэмпест, не смел даже дышать.

– Я не подводил вас раньше, не подведу и сейчас.

Все молчали. Тэмпест внимательно наблюдала за лицами Оборотней в поисках хоть малейшего признака бунта. От Пайра веяло аурой короля, когда он стоял там, обращаясь к народу, своему народу, словно власть была у него в крови по праву рождения. Теперь она могла понять, почему он думал, что сможет вытянуть из нее информацию. Но она бы ему не поддалась. Тэмпест нужно выполнить свою работу.

В конце концов Брайн пробормотал:

– Надеюсь, ты прав, Пайр. Ради нас всех, я надеюсь, что ты прав.

– А теперь оставьте нас, – приказал кицунэ.

Толпа разошлась, оставив Тэмпест на попечение молчаливого гиганта, который все еще хлопотал над ее рукой… и Пайра.

Кицунэ вложил неиспользованный клинок в ножны и потер затылок.

– Кажется, Тимо укусил меня.

– Ты не установил никаких правил, – хрипло сказал здоровяк, стоявший рядом с ней. – Как твоя рука, девочка?

– Болит, – прохрипела она.

– Я в этом не сомневаюсь. – Он улыбнулся ей, его зубы казались ослепительно-белыми на фоне темной кожи. – Ты выглядишь так, словно вот-вот снова потеряешь сознание, чего я бы тебе, как целитель, не советовал. Постарайся немного поспать.

Тэмпест кивнула:

– Спасибо.

Целитель медленно моргнул:

– Не за что.

Она перевела взгляд на Пайра, который уставился на нее без намека на эмоцию. Тэмпест очень постаралась, чтобы ответить ему тем же.

Наступила минута молчания. Две. Три.

Затем Тэмпест шепотом произнесла:

– Отпусти меня. Я не хочу здесь находиться, и твои люди этого тоже не желают. Мне просто нужно добраться до своей бабушки.

– Нет. – Это было все, что Пайр сказал в ответ, хотя самодовольная, победоносная ухмылка, появившаяся на его лице, говорила сама за себя. Тэмпест поняла все, что ей нужно было знать.