Фрост Кей – Гончая (страница 16)

– Мы все слышали, – сказал Дима, появляясь из-за спины Алекса так внезапно, что Темпест подпрыгнула от неожиданности.

Невероятно тихий мужчина.

– Как тебя угораздило получить такую работу? – мягко спросил он.

Тэмпест не хотела рассказывать им о короле Дестине, о его хищных взглядах и о том, как она воспользовалась информацией о восстании, чтобы сдержать его. Прямой билет к насилию, смерти и катастрофе.

Она пожала плечами.

– Король впечатлился моими навыками, проявленными на Испытании. Это всего лишь задание по сбору информации. Скорее всего, я буду отсутствовать всего несколько дней, так что расслабьтесь, дядюшки. Со мной все будет в порядке. Вы хорошо меня обучили.

Алекс выглядел каким угодно, только не расслабленным. Тэмпест закусила губу, когда поняла, что у Димы было такое же напряженное выражение лица, как у Алекса, и это заставило ее нахмуриться. Диме не свойственно было проявлять внешне свои переживания. Он верил в способность Тэмпест принимать решения и одним из первых учил ее целиться еще выше.

Ее глаза сузились в подозрении, когда Максим, за которым плелся угрюмый Левка, появился с таким же обеспокоенным выражением на лице. Тэмпест хмуро осмотрела свою семью.

– Думаете, у меня не получится? Разве я не показала себя…

– Дотэ, девочка! Конечно, мы считаем, что ты справишься! – перебил Максим.

Он шагнул вперед, чтобы обнять ее, и она развела свои покрытые краской руки в стороны и вдохнула знакомый дымный запах своего дяди.

– Мы просто беспокоимся о тебе. Нам это разрешается, правда? – прогрохотал Максим и отпустил ее. Он отступил назад и скрестил руки на своей огромной груди.

Дима кивнул в знак согласия, но его губы скривились, как будто он попробовал что-то кислое.

– Гончие обычно не отправляются на одиночное задание спустя два дня после Испытания. С твоей стороны было глупо согласиться.

– Разве я могла отказать нашему королю? – ответила Тэмпест, ощетинившись.

Она посмотрела в глаза Левке, ожидая свирепых взглядов или раздражения из-за того, что она отправляется на официальное задание, прежде чем у него выпал шанс пройти свое Испытание. Но к ее удивлению, он выглядел каким-то задумчивым. Тихим. Это настораживало… Странно видеть его таким, когда он был так похож на своего отца. Такой же громкий и хамоватый.

Губы Левки скривились, и он отвел взгляд, направившись к тренировочным площадкам и оставив Тэмпест с тремя беспокоящимися мужчинами. Она озадаченно смотрела ему вслед.

Странно.

Она размяла шею, снова переключив внимание на мужчин, похожих на грозовые тучи, и ободряюще улыбнулась им:

– Со мной все будет в порядке. Клянусь. Я не сделаю ничего неразумного. Просто соберу информацию.

Лгунья, лгунья. Выражение лица девушки не изменилось, хотя ее тошнило. Тэмпест никогда не лгала своим дядюшкам, и она ненавидела, что приходилось делать это сейчас, чувствуя себя грязной.

– Сбор информации часто опаснее, чем сражение, Тэмпест, – произнес кто-то ледяным тоном.

Она замерла и изо всех сил старалась не дергаться. Главный Мадрид. Никто не знал его настоящего имени. Тэмпест расправила плечи и повернулась лицом к мужчине, который все еще внушал страх, сковывающий мышцы.

Мадрид стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нее сверху вниз.

– Тебе не следовало соглашаться на это задание, – сказал он. – Ты должна была сначала прийти ко мне.

– Я не могла, – мягко возразила она, понизив голос. Гончие являлись самыми настоящими сплетниками. Не хотелось, чтобы информация о ней распространилась повсюду.

На кончике языка вертелось признание о сделке, которую она заключила с королем, но язык прилип к нёбу, и слова застряли внутри. Король Дестин не предупреждал, чтобы их разговор оставался конфиденциальным… но у нее возникло ощущение, что лучше промолчать.

Тэмпест выпрямилась, насколько могла это сделать, и встретилась с холодным взглядом Мадрида.

– В конечном счете я отвечаю перед королем. И хотя я уважаю тебя, этого ты изменить не можешь. В первую очередь я служу своему королю. Я полноценная Гончая – оружие, которое наше Величество может использовать по своему усмотрению. Неважно, нравится вам это или нет. Я отправляюсь на задание.

Мадрид изучал ее и в конце концов вздохнул, покачав головой, затем принялся копаться в сумке, прикрепленной к поясу. Он вытащил бледно-голубое кольцо, вырезанное из агата. На нем была изображена оскаленная морда Гончей.

– Для тебя. Они есть у всех Гончих. Спрячь его на время своей поездки.

Она фыркнула и подняла свои покрытые краской ладони.

– Как ты думаешь, для чего я крашу свои волосы? Я наверняка не смогу работать под прикрытием с голубыми волосами, которые кричат о моей мадридской крови, правда ведь? Не то чтобы я этим занимаюсь развлечения ради. Эта смесь отвратительна.

Максим перестал выглядеть напряженным.

– Просто послушай нас всех и будь осторожна, Тэмпест. Я не хочу увидеть радость на лице Левки, когда он узнает, что тебя растерзал волк, или кто-то похитил, или что-то еще в таком роде.

– Такие вдохновляющие слова ободрения.

Она нехотя улыбнулась.

– Не подбирайся слишком близко к горам, – предупредил Алекс, он все еще выглядел невозмутимо серьезным.

Холодок пробежал по спине Тэмпест, и ей вспомнился странный запах в палатке целителя в день Испытания. Она ободряюще улыбнулась мужчине и кивнула:

– Если все пойдет хорошо, мне не придется и близко подходить к ним.

– И еще постарайся ограничить свои передвижения по лесу, ради своей же безопасности, – добавил Дима.

Если бы они знали, чем она на самом деле собиралась заниматься, а именно: охотой на Шута, они бы сошли с ума.

– Я всегда буду начеку. – Она внимательно подбирала слова, не желая лгать. – Вы хорошо меня обучили. Вернусь раньше, чем вы успеете оглянуться.

Она надеялась. Шут будет серьезным противником.

Тэмпест ополоснула волосы и руки в ближайшей бочке с ледяной водой, остаток краски сделал воду мутной. Она встала и повернулась лицом к своим дядюшкам, которые молча наблюдали за ней. В горле застрял ком. Пришло время уезжать, и она не была уверена, что готова.

Сейчас или никогда.

Она боком подобралась к Максиму и еще раз обняла его, затем Диму и Алекса, попутно попрощавшись со всеми. Она не смотрела на Мадрида, молча наблюдающего за ними. Тэмпест оставила всех, чтобы забрать оставшиеся вещи из своей комнаты и покинуть казарму. Тонкая льняная рубашка промокла из-за влажных волос. Забота дядюшек грела сердце. То, что они все заботились о ней, даже бесстрастный, пугающий Мадрид, значило для Тэмпест больше, чем она готова была признать.

Тэмпест заплела свои длинные волосы в толстую черную косу и дважды проверила, надежно ли закреплено оружие. В последний раз оглядев казармы, девушка проскользнула мимо тренировочной арены и смешалась с потоком рабочих. Она оглянулась, едва различая крышу своего дома.

– Я скоро вернусь, – пообещала она.

Сумерки окрасили небо в теплые цвета к тому времени, когда Тэмпест достигла опушки леса, окружавшего горный хребет и разделяющего Хеймсерию и Талагу.

Она похлопала свою лошадь по потному плечу.

– Хороший мальчик, – пробормотала она, пока они пробирались сквозь лес.

Она скакала в безжалостном темпе, чтобы добраться до последней линии деревьев до наступления глубокой ночи. В каждой деревне она нанимала нового скакуна, и черный красавец, на котором она сейчас сидела верхом, пока числился в ее любимчиках. Он безоговорочно реагировал на каждую команду, и его галоп напоминал полет.

– Как только доберемся до следующей деревни, найдем тебе несколько яблок.

Его уши дернулись при слове «яблоко», и девушка улыбнулась, внимательно вглядываясь в окружение.

Тэмпест с легкостью признавала, что ее владение оружием не являлось совершенным. Время от времени в поединках она могла стать небрежной или даже ленивой, но из нее получился отличный следопыт. Даже превосходный. Лучший ее навык сразу после дальнего боя. Через год или два, набравшись опыта, она предполагала, что способность выслеживания превзойдет даже боевые навыки.

Она натянула поводья, и ее глаза сузились при виде недавно растоптанного лиственного растения и отпечатка босой ноги в грязи. Волосы на руках встали дыбом, и предостережения дядюшек зазвенели в ушах: все время будь начеку. Лес находился на территории Оборотней-изгоев, и они, как правило, нападали на любого проходящего через лес. Губы скривились при этой мысли. Лес не принадлежал им. Они были трусливо скрывающимися преступниками, отказывающимися работать.

С предельной осторожностью девушка спрыгнула со своего скакуна и беззвучно приземлилась на рыхлую землю. Она провела пальцами по следу, влажная земля прилипла к кончикам пальцев. След был свежим. Тэмпест тихо сделала вдох и изо всех сил попыталась уловить хоть какие-то звуки, осматривая пышные деревья.

Куда же ты ушел?

Она осмотрела местность вокруг них в поисках каких-либо признаков присутствия Оборотней. Ничего.

Тэмпест бесшумно обошла дерево, лошадь следовала за ней, и улыбнулась, когда цепочка следов привела к ручью. Какой же ловкий маленький Оборотень, скрывающий свои следы. На берегу ручья она рассмотрела заросли и ухмыльнулась, когда нашла сломанный тростник. Может, все-таки не так уж и ловок.

Конь фыркнул, отвлекая внимание от сломанного тростника. Тэмпест перекинула поводья через ветку и, напоследок с любовью похлопав животное по боку, отправилась по следу.