Фридрих Глаузер – Чай трех старых дам. Детективный роман (страница 11)

Незнакомец поклонился Мэдж (шляпу он не снял, потому что был без нее):

– Простите, – сказал он. – Сирилл Симпсон О’Кей.

– О, вы англичанин? – спросила Мэдж и покраснела. Это разозлило ее, потому что она, в конце концов, трудящаяся женщина, а не девочка-подросток, которая заливается краской, когда к ней обращается джентльмен. Дальше разговор шел на английском.

– Я ирландец, – сказал О’Кей и потрепал Ронни, который от восторга нового знакомства дошел почти до остервенения.

– Вы как будто знаете Ронни? – спросила Мэдж.

– Нет, – О’Кей изобразил легкое принюхивание, чем насмешил Мэдж. – Я знаю только язык эрдельтерьеров и понимаю, как сделать комплимент собаке.

После чего наступило молчание. Ронни лаял вслед какому-то велосипедисту с большой корзиной на спине. Неприязнь Ронни к современной технике распространялась и на велосипеды.

– Да, мне пора, – вздохнула Мэдж и сама ощутила безосновательность своего вздоха. – Совершать визиты.

– О, – сказал О’Кей, – вы направляетесь в этот дом? К профессору? Берегитесь, мисс Лемойн, за профессором следят.

– Следят? – испугалась Мэдж, – Кто же?

Прежде всего я. Потому что мне тоже нужно с ним поговорить и я не представляю, как это сделать. Просто прийти к нему не получится, перехватить на улице мне не нравится. Не знаю, что делать. Вы не посоветуете мне?

– Конечно, почему вы хотите с ним поговорить? А вы, собственно, кто? – поинтересовалась Мэдж.

Это довольно трудно объяснить, ответил О’Кей, и смутно ощутил, как ему сложно лгать женщине рядом. Они прогуливались взад и вперед, в то время как Ронни пытался проверить психологическую реакцию у дворняжки, печально сидящей на углу, деловито цапнув ее за хвост, – недаром Ронни был собакой психиатра.

Да, еще раз подчеркнул О’Кей, а так он, в общем-то, корреспондент и направлен газетой, чтобы освещать одно темное дело. Молодой англичанин, дипломат, довольно таинственным образом перенесен в обитель мертвых.

При этих словах Мэдж на мгновение вскинула глаза, но промолчала.

…английскую публику захватывают мистические истории. Как будто смерть китайского кули не столь же загадочна. Но кули миллионы, а количество дипломатических секретарей ограниченно, и это отчасти объясняет интерес изголодавшейся публики. Если коротко, то профессор Доминисе, похоже, что-то знает о смерти этого секретаря Кроули, а тут еще история с аптекарем, тоже темная, и в ней также не обошлось без ценного ученого, поэтому рекомендация – отважиться на интервью, не так ли?

– Смейтесь, – неожиданно строго приказал О’Кей и сам изобразил что-то вроде ржания, показав зубы.

– Почему?

Перед Мэдж сумасшедший? Однако предполагаемый безумец не дал ей времени даже на попытку это выяснить, схватив за руку.

– Смейтесь, – приказал он снова, – нужно выглядеть так, словно мы старые знакомые, и вы должны представить, будто я прямо сейчас рассказываю вам ужасно смешной анекдот. Ха-ха-ха, – и Мэдж испуганно рассмеялась вместе с ним. – Еще раз, – и Мэдж рассмеялась опять.

– Объясню вам, почему. С той стороны на углу стоит более чем несимпатичный двуногий с лоснящимися усами, засаленным галстуком и брюками, пузырящимися на коленях. Это господин Дерья, который только что получил по телефону нагоняй, а именно – от моего друга комиссара Пьеви. Потому что упомянутый детектив Дерья вчера вечером показал себя растяпой. И теперь господину нет никакого дела, кто вы и в каких отношениях с профессором. Итак, мы вместе зайдем к профессору, а Дерья может потом рассказывать начальству, что какие-то господин и дама… ну ладно, уж с этим он справится.

Глава четвертая

1

Профессор Доминисе придерживался неправильного образа жизни. Однако это никому не мешало, поскольку у него не было ни семьи, ни заботливой жены. Возможно, ему досаждала экономка, та самая Джейн Пошон, чей вид столь угнетающе подействовал на психиатра Мэдж Лемойн, но профессор был выше этой тирании. Он едва замечал ее.

Он вел беспорядочную жизнь, сказали мы. То есть мог превратить ночь в день, поздно вставал, где-то ближе к полудню, затем тратил два-три часа на то, чтобы приспособиться к трудностям еще одного начавшегося дня, почему и перенес часы своих лекций на послеобеденное время. Он читал в университете между пятью и шестью часами, причем лишь три раза в неделю, это была больше почетная должность, чем преподавательская деятельность. Хотя следует заметить, что профессор Доминисе в эти три еженедельных часа, вероятнее всего, излагал более важные вещи, чем его коллеги на пространных лекциях.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.