Фрида Шибек – Под чужим солнцем (страница 14)

Я наклоняюсь ближе и внимательно изучаю фотографию, пытаюсь найти хоть какое-то объяснение тому, что на ней происходит. Ведь иногда видишь совсем не то, что есть на самом деле. Дани и Линнея Арвидссон, возможно, просто случайно столкнулись. Я изучаю язык их тел, пытаюсь как-то истолковать их позы. И тут я вижу. Если не вглядываться, то и не заметишь, но увидев, забыть уже невозможно. Я сглатываю и украдкой смотрю на Валлина, который не сводит с меня взгляда. Там, где соприкасаются их тела, рука Дани сжимает руку Линнеи выше локтя.

– Это еще ничего не значит, – говорю я, пытаясь сохранять спокойствие. – Возможно, она споткнулась, а он подхватил ее, чтобы она не упала.

– Знаете ли вы, сколько камер наблюдения работает на вокзале? – спрашивает он. – Сто шесть. На всех видео ваш брат держит Линнею Арвидссон за руку.

Он забирает фотографию и засовывает ее в папку.

– Вашего брата подозревают законно, – продолжает он, – и вы, конечно, понимаете, что для Даниеля будет лучше, если Линнею Арвидссон найдут живой. Так что подумайте еще раз – нет ли такого места, куда бы он мог отправиться?

Я едва могу дышать. Зачем Дани схватил Линнею Арвидссон? Должно же быть этому какое-то объяснение. Как бы я ни хотела верить брату, у меня из головы не выходят ее испуганные глаза. Похоже, она просто в ужасе. Может быть, именно для этого ему нужен был пистолет? Чтобы было легче ее похитить?

Я пытаюсь поставить себя на место Дани. Если он увез Линнею Арвидссон вопреки ее воле, куда он мог отправиться? Насколько я знаю, у него нет знакомых за пределами Мальмё, и кажется очень странным, что он вынудил ее сесть в поезд и поехать в случайном направлении.

Я смотрю на карту региона Сконе, висящую передо мной, пытаюсь вспомнить, не говорил ли он когда-нибудь о каком-нибудь месте. И тут мне в голову приходит одна мысль. Однажды, когда мы были еще маленькими, мамин коллега сдал нам домик в северном Сконе. Это была довольно-таки дряхлая избушка прямо посреди леса, но мама настояла, чтобы мы провели там неделю, чтобы мы, дети, вернувшись в школу после каникул, тоже могли рассказать, что были в отпуске.

Я закрываю глаза и мысленно возвращаюсь к озеру с черной водой и шатающейся пристанью, куда мы ходили каждый день. Я помню сухарики, которые мы брали с собой, пакет сока и масляное печенье. Пока мы, дети, играли в песке, папа слушал радио, а мама читала книгу с глянцевой обложкой. Конечно, мы не летали чартерным рейсом в только что построенный отель класса люкс с пахнущим хлоркой бассейном, но это была моя первая в жизни поездка. По вечерам мы играли в карты, ели чипсы и разжигали камин, хотя от него становилось так жарко, что приходилось спать с открытыми окнами. Вокруг нас вились комары, но мама говорила, что ничего страшного, если они нас слегка покусают, главное, что мы выбрались куда-то.

– Нет, – отвечаю я, открывая глаза.

Валлин смотрит на меня. Он хочет заставить меня рассказать ему о моих мыслях, но я не поддаюсь.

– Вы уверены?

Я встаю.

– Мне в голову ничего не приходит, – говорю я равнодушно и выхожу из его кабинета.

Глава 13

Все выходные я работаю, но мне трудно сосредоточиться. Несколько раз в час я проверяю мобильный, надеясь, что Дани выйдет на связь. В понедельник, через неделю после того, как Кристиан Валлин первый раз постучался в нашу дверь, выходит новая статья о Линнее Арвидссон. Заголовок рубрики гласит: «Двадцатидвухлетняя девушка все еще не найдена». В конце статьи приводится еще одно интервью с Ричардом Бофорсом, в этот раз в формате видео.

Я надеваю наушники и нажимаю кнопку Play. Репортер поймал Бофорса, когда тот выходил из офиса, и я задаюсь вопросом, не странно ли это, что родственника жертвы опрашивают в такой ситуации.

Даже не представившись, репортер спрашивает, есть ли какие-то новости по делу об исчезновении Линнеи. Ричард Бофорс отвечает, что они делают все возможное и что он полностью доверяет полиции. Затем он показывает стопку объявлений с фотографией Линнеи и объясняет, что он ходит по району, где она пропала, и расспрашивает всех, не видели ли они ее. Говорит он тихо, но очень четко. Меня поражает его элегантность, дорогой костюм и аккуратно уложенные волосы. Он превосходно подходит на роль скорбящего партнера, ему невозможно не сочувствовать.

Когда репортер спрашивает Бофорса, хочет ли он обратиться к общественности, тот поворачивается к камере лицом.

– Мы с мамой Линнеи очень ее любим и скучаем по ней. Единственное наше желание – чтобы она вернулась домой. Если вы видели Линнею в последнюю неделю, пожалуйста, обратитесь в полицию.

Я перекручиваю видео назад и восторженно разглядываю Ричарда Бофорса. Глаза у него грустные, но в его взгляде я улавливаю и кое-что еще. Его глаза вспыхивают, как только встречаются с камерой, видно, что Ричарду нравится внимание. Он убит исчезновением возлюбленной и все же наслаждается этим интервью.

Мне в голову приходит одна мысль. Я набираю имя Ричарда Бофорса в Google и через несколько секунд выясняю, что он работает биржевым аналитиком в банке «Оресунн», офис которого тоже находится в Вестра-Хамнен. Я надеваю куртку и выхожу из дома.

На Центральном вокзале Мальмё я выхожу из автобуса и иду по улице Нептунигатан к «Ниагаре», трем зданиям одинаковой формы из стекла и дерева, соединяющимся в одно. Выглядит все это довольно забавно, кажется, словно в строение воткнули много деревянных палочек. В здание университета, где, согласно данным газеты, училась Линнея Арвидссон, входят и выходят люди. Я на миг задумываюсь о том, чтобы войти туда, но решаю этого не делать и иду к следующему островку.

У моста я останавливаюсь и смотрю на темную воду. Море проникает в город, интересно, сколько людей ежегодно здесь тонет? Перевалиться через ограду мостика совсем не сложно, а вот выбраться гораздо труднее.

Одну за другой я миную офисные высотки. Обернувшись, я вижу их отполированные окна, а за ними кабинеты со сверкающей мебелью из стекла и хрома. Широкие тротуары вычищены до блеска, единственный слышный звук раздается со строительных площадок, где возводятся дома класса люкс с открытой кухней и ванной в итальянском мраморе.

Напротив конференц-зала «Закрученный торс» находится кафе, где работает Дани. Университет Линнеи располагается дальше, чем мне казалось, но, вполне возможно, она проходила мимо него по дороге к набережной Сундспроменаден, где она живет со своим парнем. Может быть, именно так она и познакомилась с Дани? Просто зашла в его кафе?

Подойдя к банку, где работает Ричард Бофорс, я останавливаюсь. Я не совсем уверена в том, что мне нужно сделать, нельзя же просто ворваться туда безо всякой причины. Мой взгляд случайно падает на ресторанчик в ближайшем здании, и там я кое-что вижу. У кассы стоит рослый мужчина в темном костюме, он беседует с официанткой. В одной его руке зажат портфель, в другой он держит бумажный стаканчик с крышкой. Он оборачивается, и я узнаю его лицо. Это Ричард Бофорс.

Я провожаю его взглядом, просто не могу отвести от него взгляд, и несколько секунд спустя он меня замечает. В реальности он выглядит даже лучше, излучает уверенность в себе, поэтому перестать на него смотреть очень сложно.

– Здравствуйте! – говорит он улыбаясь.

– Здравствуйте, – неуверенно отвечаю я.

– Мы знакомы?

В моей голове проносятся тысячи мыслей. Что мне делать? Соврать? Или рассказать ему правду? Что моего брата обвиняют в похищении его девушки, но полиция ошибается?

– Нет, но Линнея… – начинаю я, но голос ломается.

Его глаза сразу становятся серьезными.

– Вы учитесь вместе?

– Да, – отвечаю я.

– Ужасно все это, – говорит он, качая головой.

– Да, это правда, – удается мне выдавить из себя, хотя сердце колотится так, что я не слышу собственные мысли. – Полиция так никого и не нашла?

Он поворачивает голову, чтобы убедиться, что нас никто не слышит, а потом наклоняется ко мне поближе.

– Не знаю, рассказывала ли тебе Линнея, но к ней приставал один парень. Он преследовал ее несколько недель, стоял возле университета и ждал ее после занятий, шел за ней до самого дома. Похоже, именно он ее и похитил.

– Ой! – восклицаю я, понимая, что он имеет в виду Дани. – Я не знала.

Ричард Бофорс глубоко вздыхает, что-то в его лице меняется.

– Если бы я сразу понял, насколько все серьезно, я бы его избил. – Он на мгновение умолкает, потом грустно улыбается. – Мне нужно идти, было приятно познакомиться…

– Лидия, – вставляю я.

– Лидия, – повторяет он и смотрит на меня теплым взглядом, уходя в офисное здание.

Я поворачиваюсь и иду обратно к Центральному вокзалу, пытаясь разобраться в своих чувствах. С одной стороны, я все еще в шоке от того, что Ричард Бофорс сказал о Дани. Я пытаюсь себе это представить: мой брат преследовал Линнею, на него это совершенно не похоже. Но зачем она рассказала об этом своему молодому человеку, если это неправда?

Я останавливаюсь возле канала и перегибаюсь через ограду. Соленый морской воздух ударяет мне в лицо, я делаю несколько глубоких вдохов. Мне плохо от того представления, которое складывается о Дани за последнее время, не знаю, как долго еще я смогу ему противостоять. Возможно, я совсем не знаю своего брата, может быть, он и впрямь монстр, как утверждают полиция и Ричард Бофорс, хищник, напавший на Линнею Арвидссон и похитивший ее.