Фрида Шибек – Книжный клуб на краю света (страница 65)

Проходит несколько секунд прежде, чем Эрика понимает, что имеет в виду Мартин.

– Все это мы обсудим позже, – говорит она. – У нас ЧП. Лина пропала.

– Что ты говоришь? Что произошло?

– Я уходила ненадолго по одному делу, а Дорис думала, что Лина играет на втором этаже, но она, похоже, тайком вышла из дома.

– Сколько времени прошло с тех пор, как Лина исчезла?

– Чуть больше получаса. Несколько человек ищет ее, прочесывая окрестности, мама звонит в полицию. Думаю, ничего страшного, боюсь только, как бы она не надумала пойти купаться.

На последних словах голос дрогнул. Эрика сдерживает слезы. Она представляет себе свою маленькую девочку. Любимую Лину. Это она виновата, если дочка пошла к морю. Сама зудела, что Лине надо тренироваться, чтобы научиться плавать.

– Я приеду, – быстро решает Мартин.

– Но у тебя же выступление.

– Плевать на него. Через минуту сяду в машину и примчусь. Звони, если что.

– Конечно, обязательно.

Эрика замедляет шаг и убирает телефон в карман, чтобы он совсем не промок и не перестал работать. Несмотря на тревогу, ее охватывает волна благодарности к Мартину за разговор. Как только он вернется, все обязательно опять наладится, думает она, растрогавшись чуть не до слез.

Смахнув с лица дождевую воду, Эрика складывает руки рупором и кричит наперекор ветру:

– Лина!

Из-за падающего стеной дождя вокруг мало что видно, но она изо всех сил старается внимательно осматривать сады, мимо которых проходит.

– Вот несносный ребенок, – бормочет себе под нос.

Эрика не верит, что Лина сподобится пойти к морю в одиночку, но, если она вопреки ожиданиям там окажется, при таких высоких волнах это может быть опасно для жизни.

Тяжело вздохнув, Эрика отгоняет прочь ужасные картины, встающие в ее воображении. Нет, так думать нельзя, она просто не выдержит. Вместо этого Эрика старается осмотреть каждый укромный уголок, который попадается по пути к берегу. Должна же Лина где-то находиться, и Эрика не намерена сдаваться, пока не найдет дочь.

51

Тяжело идти по мокрому песку, ветер треплет одежду, но Эви не обращает на это никакого внимания.

Она огибает большую кочку. Эви дошла до той части побережья, где песчаные дюны переходят в травянистый пустырь. Это достаточно далеко, но, поскольку многие уже подключились к поискам и прочесывают пляж в бухте, она не видит смысла продолжать там искать.

Юнас зовет Лину с тридцатиметровой скалы, возвышающейся над морем. Эви задумывается о том, что услышала о Маделен: они поругались с сыном пастора там, на вершине утеса, и девушка упала в море.

Удивительно, но злости к нему она не испытывает. Только печаль наполняет ее душу. Эви сокрушается о Патрисии, тридцать два года не знавшей о судьбе сестры. Сокрушается из-за утеса, край которого мог бы оказаться на десять сантиметров длиннее. Сокрушается о безжалостности моря и о том, что снова пропал человек.

Взглянув в сторону пирса и увидев, как его захлестывают жестокие пенящиеся волны, Эви поеживается – дрожь пробегает по спине. Мест для поиска осталось не так много. Если в скором времени девочка не обнаружится, она не знает, что еще можно предпринять.

Эви упорно идет вперед, несмотря на хлещущий по лицу дождь. Чтобы успокоиться, она перебирает в голове возможные сценарии. Лина могла заблудиться, и ее пригласили к кому-нибудь домой, хотя тогда хозяева позвонили бы в отель и сообщили, что девочка у них. А еще она могла укрыться от дождя, спрятавшись в рыбацкой хижине или в углублении скалы.

Впереди простираются песчаные дюны, Эви проходит между ними, внимательно осматривая. Каждый куст шиповника, встреченный на пути, вселяет надежду увидеть пару маленьких ножек, но, как бы она мысленно ни подзывала к себе ребенка, найти его не может.

Внезапно Эви замечает, что из-за холмика, ровно на стыке песочной кромки и дерна, что-то виднеется. Она оборачивается в сторону Юнаса и, не увидев его, решает поскорее добраться до места самой.

Это детский розовый велосипед, наполовину скрытый кустом. Он брошен у одной из ведущих к воде тропинок. Кисточки на руле развеваются по ветру.

Все сжимается внутри. Прищурившись, Эви осматривает путь к воде, но не замечает абсолютно ничего необычного. Куда, скажите на милость, могла уйти Лина?

52

Эрика бежит по лесу. Грудь сдавливает так, что тяжело дышать, а останавливаться нельзя. «Лина! – кричит она, хотя голос едва слушается. – Где ты, Лина?»

Ветка царапает щеку, но Эрика мчится вперед. В первый час поисков она думала: дочка найдется в любую секунду, просто спряталась в каком-нибудь непривычном месте, где они забыли проверить, – заползла в кухонный шкафчик или притаилась за картонными коробками в кладовке. Но теперь становится ясно, что этот шанс остался позади.

Эрика сосредоточенно осматривается вокруг в сумеречном свете. Тяжелые тучи погрузили Юсшер в темноту, и дождь затрудняет видимость до предела.

Она достает телефон, чтобы проверить, не пропустила ли звонок, но никто не звонил. Единственное ее желание сейчас – найти свою дочь, прижать к себе и слушать, как звучит ее голос.

Когда Эрика представляет себе Лину, будто иголки вонзаются в тело. На пляже ее нет, а вдруг дочка спустилась к мосткам и ее смыло волной? Или несчастный случай, у нее травма и она лежит где-нибудь, не в состоянии сдвинуться с места?

В отчаянии мать оглядывается по сторонам. Лина может сейчас находиться где угодно. Возможно, дочь никогда больше не вернется домой.

Эрика с силой мотает головой, и мокрые волосы бьют по лицу. «Хватит, – взывает она к самой себе. – С Линой все в порядке, мы найдем ее».

Она видит, как к ней приближается автомобиль, и спешит ему навстречу. Со стороны шоссе Эстра Кюствэген подъезжает их синяя семейная «Тойота». Размахивая руками, словно безумная, Эрика выбегает на дорогу.

Когда Мартин заключает ее в объятия, кажется, будто внутри взрывается бомба. Эрика запыхалась, у нее подкашиваются ноги.

Мартин поддерживает и крепко обнимает жену.

– Моя хорошая, – успокаивает он, – все образуется. Мы найдем ее.

Она всхлипывает, уткнувшись ему в плечо. Слезы, которые Эрика так долго сдерживала, внезапно хлынули из глаз.

– Я не знаю, что мне делать, – захлебывается Эрика. – Это я виновата. Не надо было оставлять Лину.

Мартин гладит ее теплыми ладонями по мокрой спине. Он всегда умел успокоить.

– Ничьей вины в этом нет, – говорит муж уверенным голосом.

Когда Эрика, подняв лицо, смотрит на Мартина, в душе снова начинает теплиться надежда. «Мартин здесь, рядом, – думает она, – и он найдет Лину».

Муж аккуратно проводит пальцем по ее щеке.

– У тебя кровь, – мягким голосом замечает он. – И ты промокла насквозь. Пойдем, я отвезу тебя в отель – переоденешься.

Эрика кивает в ответ. Она так долго бродила по одним и тем же местам, что перестала понимать, где находится.

– Там полиция. Может быть, им что-нибудь известно.

– Да, – откликается Мартин, открывая для нее дверь машины. – Будем надеяться.

53

Эви подходит к той части побережья, где берег возвышается над морем. Здесь, на зеленых холмах, которые относятся к территории лесопарка, многие выгуливают собак. Эти холмы ниже скал, расположенных к югу от деревни, но среди них тоже есть опасные, заросшие кустарником обрывы, и, оступившись, легко сорваться вниз. Вдоль кромки воды внизу разбросаны большие камни, из-за неровного рельефа и рытвин здесь трудно ориентироваться.

Сердце колотится, когда Эви забирается на камень, лежащий на берегу. Еще один утонувший здесь ребенок – самый страшный кошмар для нее. С тех пор, как с Матсом случилось несчастье, все свое время Эви посвятила тому, чтобы сделать Юсшер безопаснее. Она никому не желает пережить то, что пережила сама.

Эви тяжело вздыхает. Они несколько раз прочесали залив, обыскали яркие пляжные кабинки для переодевания и исследовали каждый метр песчаной косы – все безрезультатно. Эви считала, что Лина может найтись в любую секунду, но сейчас надежда начала угасать.

Она с трудом взбирается еще на один камень. Льет такой дождь, что Эви еле держится на ногах. Как бы ни тернист был этот участок берега, что-то манит ее вперед. Она чувствует, что на правильном пути.

Эви раздумывает, не позвать ли Юнаса, чтобы он позвонил в отель и рассказал о детском велосипеде, но тогда ей придется возвращаться. Нет, раз уж она зашла так далеко, нужно идти вперед.

Камни под ногами скользят от дождя, временами до нее докатываются набегающие с моря волны, но Эви так промокла, что ей уже все равно. Единственное, чего она боится, – это потерять равновесие. Если упадет, то, скорее всего, уже не поднимется.

Внезапно Эви что-то замечает. У глинистого склона одного из выдающихся в море холмов лежит светлый комочек. Первые пару секунд Эви забывает о необходимости дышать, потом кричит.

– Лина! Ау? Это ты? – орет она что есть мочи, но комочек не движется.

Эви выпрямляется, чтобы позвать Юнаса, и не видит его. Вот проклятье! Все-таки надо было предупредить, куда она пошла.

Тяжело дыша, Эви ускоряет шаг. Когда она с трудом взбирается по камням, резкая боль пронизывает спину. В небе рокочет тревожный гул, из-за горизонта доносятся раскаты грома. Комочек лежит по-прежнему неподвижно, но по мере приближения в Эви растет уверенность, что это – маленькое детское тельце.