Фрейя Сэмпсон – Библиотека моего сердца (страница 21)

С другого конца зала, недобро прищурившись, на Джун смотрела Марджори.

— Что ты натворила с этим стриптизером! — воскликнула она, плотно закрыв дверь кабинета.

— Исключительно ради вас, Марджори. Это был единственный способ не пустить его на девичник.

— Однако тем самым ты подставила под удар доброе имя Чалкотской библиотеки. На следующей конференции библиотечных работников меня поднимут на смех! — Марджори нервно обмахнулась книгой в мягком переплете. — Кто-нибудь знает, что это ты отправила его в церковь?

— Никто. Я действовала анонимно.

— Ну что ж, неплохо. Если совет узнает, нас обеих вытурят пинком под зад.

— Согласитесь, акция имела небывалый успех, — заметила Джун.

— Хм-м-м… — Марджори откинулась в кресле. — А как прошел девичник?

— Хорошо, — дипломатично ответила Джун, надеясь, что Гейл не сообщила матери о случившемся.

— Я ценю твою помощь. В качестве благодарности я устрою, чтобы тебя пригласили на свадьбу. Разумеется, только на общую вечеринку.

— Не стоит утруждаться.

— Не дури. Я же знаю, тебе хочется пойти.

— Вообще-то…

— Совещание окончено. У меня полно дел. — Марджори встала. — Запомни: совет не должен узнать, что ты имеешь отношение к истории со стриптизером и «ЧПОКНИ», иначе я не смогу тебя выгородить.

Остаток недели Джун делала все возможное, чтобы помочь активистам. Она нашла статьи об успешных кампаниях в защиту библиотек и отослала их от имени Матильды, а когда в среду утром Марджори проводила мероприятие, набралась смелости и обыскала кабинет в поисках информации о консультанте по менеджменту миссис Колтер. Вылазка не увенчалась успехом, но от избытка адреналина Джун весь день провела как на иголках.

В четверг она помогала одному из посетителей заполнить онлайн-заявление на паспорт, когда сзади послышался знакомый голос. Джун не общалась с Алексом с их провального телефонного разговора на девичнике и после работы старалась не ходить мимо закусочной. Оглянувшись, она увидела, что Алекс поглощен беседой с Сидни.

— Она сказала что-нибудь еще? — негромко произнес пожилой джентльмен.

— Нет, только то, что я вам передал.

— Как вы думаете, что это означает? Неужели она…

— Прошу прощения, мисс, — обратился к Джун посетитель. — А теперь мне что делать?

— Извините. — У девушки от стыда запылали щеки. Вдруг они беседуют про ее злополучный звонок? Довольно и того, что Алекс узнал, какая она неудачница. Теперь об этом знает и Сидни. Джун помогла заполнить заявление до конца, надеясь, что Сидни и Алекс ее не заметят. Однако через пару минут кто-то подошел к ней сзади.

— Сколько лет, сколько зим.

Джун боялась увидеть преисполненное жалости лицо Алекса, поэтому, не оборачиваясь, буркнула:

— Привет.

— Как дела?

— Нормально. — Она продолжила печатать, надеясь, что он не заметит ее трясущиеся руки.

— Ты не пришла в закусочную в понедельник. Я беспокоился…

— Прости, я должна помочь посетителю, — прервала его Джун. Алекс тяжело вздохнул и ушел.

Закончив, девушка вернулась за рабочий стол. Сидни отдыхал в своем любимом кресле. Он бросил на нее пристальный взгляд, однако ничего не сказал. Через пару секунд в библиотеку ворвалась миссис Брэнсворт.

— Гребаные говнюки! Подлые ублюдки!

— Что случилось? — поинтересовался Сидни.

— Я зашла в супермаркет проверить, сколько подписей под нашей петицией. Нареш говорит, ее украли.

— Не может быть! А та, которую мы оставили в пабе?

— Тоже пропала. Джофф говорит, вчера исчезла с барной стойки.

— О господи! Нам удалось собрать почти пятьсот подписей, и все впустую.

— Придется начинать сначала, — вздохнула миссис Би.

— А если наши петиции опять украдут?

Воцарилось молчание. Оба отчаянно обдумывали, что делать.

— Может, попробуем организовать онлайн-петицию, как предлагала Шанталь? — наконец произнес Сидни.

— Давайте, — неуверенно согласилась миссис Брэнсворт.

— Кто мог опуститься до того, чтобы украсть петицию? — вздохнул Сидни. — Кому такое в голову придет?

— Возможно, это члены совета, — предположила миссис Би. — Или кто поближе…

С этими словами она пристально посмотрела на Джун. На мгновение их взгляды встретились. Девушка поспешно опустила глаза.

— Не думай, что я не вижу, как ты отираешься вокруг и подслушиваешь! — крикнула миссис Брэнсворт. Все посетители притихли и обернулись к ней. — Что сказала бы твоя мама, если бы узнала, что ты делаешь все для закрытия библиотеки? Ты позоришь свою мать, Джун, как тебе не стыдно!

Слова миссис Брэнсворт полоснули как ножом по сердцу. Джун захотелось выкрикнуть в ответ: «Я и есть Матильда! Это я вам помогаю!», но она развернулась и ушла в другой конец зала. Неужели все, включая Сидни, считают ее предательницей? Джун закрыла глаза, стараясь сдержать слезы. Через несколько минут, кое-как взяв себя в руки, она вернулась к своему столу. Миссис Би и Сидни переместились к компьютеру и сосредоточенно склонились над клавиатурой: по-видимому, они составляли онлайн-петицию. Идея хороша, но как о ней узнают люди? Бумажные петиции были разложены в проходных местах, поэтому многие их подписали, но большая часть жителей Чалкота вообще ничего не знает о существовании интернета. Нужно придумать способ, как всех оповестить, только чтобы никто не догадался, чьих это рук дело.

Джун снова взглянула на Сидни и миссис Би. Ее лицо озарила улыбка. Да, Матильда поступила бы именно так.

Незадолго до полуночи Джун взяла рюкзак, вышла из дома и направилась вверх по холму. На улицах было пусто, но она все равно надела темную одежду и мамину бейсбольную кепку.

Здание библиотеки тонуло во мраке. На фоне луны вырисовывался силуэт башни с часами. Убедившись, что рядом никого нет, девушка отперла входную дверь и скользнула внутрь. Там было хоть глаз коли, но Джун знала это место как свои пять пальцев. Она включила компьютер, развернула монитор, чтобы его мерцание нельзя было заметить с улицы, и принялась печатать.

Час спустя она вышла из библиотеки, надежно заперла дверь и направилась к супермаркету. Рюкзак на ее плечах заметно потяжелел. У паба ей встретился собачник, задумчиво насвистывающий себе под нос. Джун спряталась в тени, дождалась, пока тот удалится на достаточное расстояние, сняла рюкзак и принялась за работу.

На следующее утро Джун, как обычно, явилась в библиотеку. Несмотря на то что ей удалось поспать всего пару часов, она жизнерадостно напевала, разбирая книги и журналы. В девять пятнадцать входная дверь распахнулась. В библиотеку ворвалась Марджори.

— Ты это видела? — взвизгнула она, даже не поздоровавшись.

— Что случилось?

— Главную улицу испоганили вандалы!

— Неужели? — наигранно удивилась Джун. — Не обратила внимания.

— Уж не знаю, как ты ухитрилась такое пропустить. Все стены оклеены вот этим. — Марджори помахала листком бумаги и прочла: — «Если вам небезразличны книги и образование ваших детей, подпишите петицию Чалкотской библиотеки… Если вы считаете, что каждый ребенок заслуживает хорошего старта в жизни, подпишите петицию Чалкотской библиотеки… Если вы хотите поддержать тех, кто нуждается в помощи…», и все в том же духе. А ниже — ссылка на какую-то онлайн-петицию.

— Ничего себе. Должно быть, дело рук «ЧПОКНИ», — отозвалась Джун, стараясь держаться невозмутимо.

— Таких плакатов сотни, они повсюду. Деревня выглядит ужасно. Нужно позвонить Брайану. Как председатель приходского совета, он придет в ярость.

Марджори направилась в кабинет, продолжая возмущаться. Джун выглянула в окно. Перед пабом и прачечной самообслуживания собралась небольшая толпа. Люди читали плакаты. Джун достала телефон и нашла в поисковике петицию «ЧПОКНИ». Семьсот восемьдесят девять подписей. Она удовлетворенно вздохнула, положила телефон в карман и вернулась к работе.

Глава 18

Джун наблюдала за чересчур тепло, не по сезону, одетым молодым человеком лет двадцати пяти. Тот, ссутулившись, устроился в углу и увлеченно играл в какую-то игру на телефоне. За целый час он ни разу не оторвался от экрана. Кожа у него была бледная, словно он давно не выходил из дома. Джун решила, что этот юноша — вампир, прячущийся в библиотеке от яркого солнца. Недавно он поел мясных чипсов, поэтому теперь жаждет свежей крови. В любой момент он отложит телефон в сторону и подойдет к Вере. Та посмотрит на него с тревогой, а он улыбнется, склонится к ней, откроет рот и…

— Здесь библиотека, а не публичный дом! — объявила Марджори, выпроваживая из туалета двух смущенных подростков. — Понимаю, снаружи жарко, но вам придется найти другое место для уединения. — Она подтолкнула их к выходу и потом долго смотрела, как они удаляются, держась за руки.

Стояла середина августа. Из-за небывалой жары жизнь в Чалкоте замерла. Цветы на клумбах давно завяли, мороженое в супермаркетах заканчивалось через пару часов после доставки, а запрет на использование пожарного гидранта приводил садовников в отчаяние. Самым прохладным зданием в городе оказалась библиотека; в результате там было не протолкнуться. Каждое утро Джун обнаруживала под дверями Сидни и целую толпу нетерпеливых пенсионеров. Стоило им попасть внутрь, как они принимались сражаться за удобные места за столами. Старики проводили в библиотеке весь день, обмахиваясь буклетами, жалуясь на опухшие щиколотки и требуя воды. А когда Джун не бегала по их поручениям, то проводила время в детском зале, развлекая десятки неугомонных ребятишек, чьи родители бесцельно пялились в телефоны.