Фрэйдис Ланнистер – Влечение (СИ) (страница 38)
Спустя год.
(Ким Петерсон)
Сильнее укутавшись в тяжелый воротник зимнего пальто, я, поежившись, продолжаю ступать по замерзшему тротуару. В голове по-прежнему крутятся пугливые речи Джонсона Хьюза — последнего пострадавшего в местной перестрелке. Думаю, он замешан в деле не меньше, чем его кузен.
Тяжело вздохнув, я останавливаюсь на назначенном месте, и совершенно случайно мне на глаза попадает витрина книжного магазина, за толстым стеклом которой я совершенно точно угадываю обложку собственной книги: «Мой кошмар в Инвернессе».
Казалось бы, принесенные этим трудом деньги и слава должны вызывать на моем лице улыбку, но на деле я могу лишь прикрыть веки и с тяжелым чувством на сердце отвернуться от этого жалкого зрелища. 567 страниц вранья. Сказка, в которую с ужасом уверовало столько людей…
Дождавшись окончания суда, я поняла, что моя жизнь уже не станет прежней, а психика не выдержит даже одного самого мелкого ничтожного криминального дела, поэтому без лишних раздумий заменила Джейме на его поприще, став психологом. Стоун же давно хотел перевестись в место побольше и теперь работает в отделе ФБР.
Прошло уже полтора года с того самого дня, когда я, полуголая, грязная и измученная, переступила порог полицейского участка, но взволнованные голоса по-прежнему отдаются в моей голове эхом, и самое омерзительное то, что я никогда не забуду ни единого лживого показания, выдвинутого мной против Кроуфордов.
Райли Моллиган исчез из моей жизни, как я и предполагала, не оставив после себя ничего, кроме тяжелых воспоминаний и пары десятков незаживающих шрамов, которые теперь каждую ночь с лаской и трепетом покрывает горячими губами Джейме. Порой, закрывая глаза, я все еще вижу его, чувствую его жгучие жадные прикосновения, и по щекам моим стекают слезы, и я по-прежнему не могу понять, о чем плачу: о том, что его, наконец, нет, или о том, что его уже более никогда не будет в моей жизни. Ни разу за все это время я так и не обрела спокойствия, ни разу не почувствовала себя по-настоящему спасенной.
Опустив глаза на часы, понимаю, что пришла слишком рано: Джейме освободился 10 минут назад, значит, у меня есть еще около 20-ти минут. Прочистив горло, решаю зайти в ближайшее кафе и выпить чашку кофе, дабы не окочуриться на улице. Цепкий взгляд уже выловил нужное мне заведение в паре минутах ходьбы от места, где мы со Стоуном договорились встретиться, но я останавливаюсь, расслышав за спиной до боли знакомый голос:
— Мисс? И как вы не боитесь ходить по улицам одна в столь поздний час? — задержав дыхание и сжав кулаки, я медлю несколько секунд, боясь оборачиваться. Что-то во мне обрывается, и я не могу перестать прокручивать произнесенные слова у себя в голове. Этого не может быть. Он уехал. Оставленные шрамы-трофеи, будто ожив, отдаются болью по всему телу, и я тяжело сглатываю. Тело бросает в жар. В какой-то момент я перестаю слышать звуки улицы, завывание ветра и шаги редких прохожих, которые сменяются только стуком моего собственного сердца.
Задыхаясь морозным воздухом, я медленно поворачиваюсь, и мои глаза медленно наполняются слезами ужаса и… нездорового счастья.
— Райли, — чуть слышно срывается с моих губ, и я уже не могу оторвать взгляда его серо-голубых глаз, с блаженством и животным желанием изучающих мое лицо.