Фрэнсис Вилсон – Во всем виновата книга – 2 (страница 111)

– Будешь создавать нам проблемы? – спросил сидевший за директорским столом мужчина в костюме в узкую полоску.

Дело было мартовским утром. Шло второе десятилетие первой войны США в Афганистане.

– Надеюсь, нет, – ответил с кресла для посетителей седой мужчина.

Разговор происходил в роскошном кабинете директора по специальным проектам Библиотеки Конгресса. Все стены – в шкафах из красного дерева.

Директор крутил в руках перьевую ручку.

«Смотри, как бы я не воткнул ее тебе в глаз», – подумал гость.

Эта нормальная человеческая мысль мелькнула у седовласого, в синей спортивной куртке, новой бордовой рубашке и поношенных черных джинсах, сама собой, не причинив ему беспокойства.

Тревожило ощущение, что он пойман в ловушку – тоннель, заполненный серым туманом отупения.

Может, это новые таблетки – зеленые пилюли, которые ему всучили по дороге из штаб-квартиры ЦРУ вдоль бульвара Джорджа Вашингтона, – этим же маршрутом, но по воздуху летел угнанный самолет, который 11 сентября врезался в здание Пентагона.

Машина ЦРУ переправила его через Потомак. Мимо мемориала Линкольна. Вознесла на «Холм», проехав три мраморные крепости палаты представителей конгресса, где в 1975-м он выслеживал шпиона из союзной страны, Южной Кореи, который работал под глубоким прикрытием и проник в страну как рядовой последователь корейского мессианского культа, поставлявшего последних доброхотов в группу поддержки отстраненного от должности президента Никсона.

Промелькнуло здание американского Капитолия цвета слоновой кости, и автомобиль ЦРУ доставил Эмму, специалиста по адаптации персонала, и его, седовласого, к Библиотеке Конгресса.

Директор по специальным проектам библиотеки сказал ему:

– Мне все равно, что у тебя за квалификация. Делай свою работу и не создавай проблем, иначе будешь иметь дело со мной.

Начальник положил на стол перьевую ручку, поднес руки к клавиатуре:

– Твое имя?

– Вин, – ответил седой.

– Фамилия?

Вин что-то соврал.

Босс послал файл на распечатку. Принтер выдал, гудя, теплые листы с анкетой. Директор поставил подпись в нужных местах перьевой ручкой.

– Пошли, – сказал он, бросив на стол письменную принадлежность минувшей эпохи, – доставим тебя в твою нору.

После этого он важно прошествовал к красно-коричневой двери.

Не заметив, как ручка с пером исчезла в ладони Вина.

Дверь из красного дерева распахнулась. За столом зевала молоденькая секретарша, проявляя полное безразличие к пистолету, контуры которого обрисовывались под весенним жакетом Эммы, сидевшей в приемной. При появлении двух мужчин Эмма встала, уверенная, что применять оружие не придется, но готовая взять его в руку, которую не протягивала для пожатия уже давно.

Директор провел «вторженцев» из другого ведомства по двум соединенным тоннелями библиотечным замкам – каждый занимал территорию городского квартала – в подвал с желтыми стенами из шлакобетона и зеленой металлической дверью на кодовом замке, которую охраняла невзрачная женщина средних лет, похожая на бурую птицу.

– Это мисс Дойл, – сказал Вину босс, – одна из наших. Она выполняла возложенные теперь на тебя обязанности с отличным результатом и превосходно справлялась с прочей работой.

Женщина-птица обратилась к Вину:

– Зовите меня Фрэн, – и показала ему пластиковую карточку, пропуск в библиотеку, свисавший со шнурка у нее на шее. – Используем мой, чтобы впустить вас.

Она приложила прямоугольную пластинку к замку, нажала кнопки на экране и продолжила инструктаж:

– Теперь введите свой пароль.

– Сперва, – сказала церэушница Эмма библиотечным работникам, – посмотрите на меня, вы двое.

Директор и Фрэн повернулись спиной к стоявшему у зеленой двери мужчине.

Вин набрал шесть букв на панели. Ткнул во «ВВОД».

Замок щелкнул, и он смог открыть дверь.

Душную каморку заливал тусклый свет. Напротив входа расположился металлический стол модели 1984 года, разработанной для государственных учреждений. Его занимал почти такой же древний монитор. Перед столом стояло кресло на колесиках. У задней стены высился штабель грубых сосновых ящиков, достаточно объемных, чтобы уложить спящего ребенка.

Как гробы.

– Пустые ящики ввозятся, – пояснила Фрэн, – полные вывозятся. Их забирают из коридора и доставляют туда же. Ваша работа – затаскивать их внутрь и выставлять наружу. Используйте эту каталку.

Она развернула на экране компьютера ведомость: сколько ящиков доставлено, сколько заполнено, сколько вывезено. Все цифры совпадали.

– Данные вводит отдел техобслуживания, вы заносите только сведения о том, что взято в работу. Материал для инвентаризации оставляют снаружи, в коридоре. – Фрэн указала на кучу картонных коробок. – С закрывающихся военных баз. Из посольств. И других… надежных мест. Вы распаковываете книги, – наставляла женщина-птица, – и проверяете на предмет нарушения правил безопасности. К примеру, не забыл ли офицер с нашей ракетной базы какой-нибудь секретный план в книге из библиотеки своей части. Не записано ли на полях то, чего там не должно быть.

– А какое это имеет значение? – спросил Вин. – Вы ведь все равно сожжете книги.

– Сдадим на утилизацию, – поправил его директор. – Мы не нарушаем правил использования вторсырья.

Церэушница Эмма сказала:

– Вин, это важная работа, требующая хорошего глаза.

– Разумеется, – отозвался он, – и пока я ее выполняю, вы сможете меня контролировать.

– Просто делай все как надо! – рявкнул босс. – Складываешь книги в ящики, ящики увозят, содержимое утилизируют.

– Кроме тех, которые мы сохраняем, – вставил Вин.

– Твои обязанности не предусматривают спасательных работ, – съязвил директор. – Ты можешь отправлять в хранилище не больше одной каталки в неделю. Будешь проверять только художественную литературу.

Босс взглянул на часы.

– Папка с инструкциями для новых сотрудников, – добавил он, – у тебя на столе. Мы все распечатали. Твой компьютер и принтер не подключены к Интернету.

– Политика безопасности, – ввернула церэушница Эмма. – Касается не только тебя.

– Точно. – Улыбка босса искривилась, как ятаган. – По настоянию ведомства, которое тебя прислало, только этот компьютер во всей библиотеке принимает твой код доступа. Конечно, я бы назвал это своего рода изоляцией, но такова «политика безопасности», ничего личного.

Директор и бурая птица Фрэн вместе пошли по желтому подземному коридору.

Вин остался стоять рядом со стальным столом.

Эмма задержалась у двери. Окинула взглядом подопечного, которого вводят в дело:

– Ты в порядке?

– Из-за этих зеленых пилюль я перестал понимать, что значит «быть в порядке».

– Я сообщу об этом, но, послушай, тебя ведь выпустили с объекта в штате Мэн только…

– Из психбольницы, – оборвал он ее, – из секретной психушки ЦРУ.

– Отдохни. Тебя выписали только одиннадцать дней назад и после того, что случилось в Нью-Джерси, пока тебя везли сюда… – Она замялась. – Слушай, у тебя новая работа, первый день. С обедом вышла задержка. Давай сходим в какое-нибудь кафе из тех, что мы видели, когда везли тебя домой. Помнишь, как добраться до дому?

– У тебя есть дети?

Ее взгляд ответил: «нет».

– Это все равно что отвозить ребенка в детский сад, – сказал Вин. – Иди.

– Ты настроил замок на свое кодовое имя? – спросила Эмма.

– Да, – ответил он. – Кондор.

– Хоть Вин, хоть Кондор, но по крайней мере у тебя есть имя. Знаешь мой номер?

Он показал ей старенький раскладной мобильник, запрограммированный технарями из управления.