Фрэнсис Фицджеральд – Заметки о моем поколении. Повесть, пьеса, статьи, стихи (страница 93)

Шрифт

Шарлотта. Лжете. Вам прекрасно известно, что мой муж убежал.

Снукс (заинтересованно). В самом деле? То-то я предчувствовал, что рано или поздно он даст тягу.

Шарлотта. Это вы виноваты. Вы его надоумили в тот вечер, когда я вас оставила вдвоем. Это вы его научили. Сам бы он в жизни не додумался.

Снукс. Хозяйка, я тут ни при чем.

Шарлотта. Тогда где же он? Если я думаю на вас напрасно, то помогите его найти.

Снукс (немного подумав). В морг не обращались?

Шарлотта. Не произносите это слово!

Снукс. И правильно – его там нет. Его, наверно, какая-нибудь бабенка подцепила. Обдерет как липку и отправит домой.

Шарлотта. Не судите по себе, жалкая личность. Его похитили.

Снукс. Еще он мог вступить в морскую пехоту. И раз такое дело, раз его нет, я, пожалуй, пойду.

Шарлотта. А что вам сейчас-то от него нужно? Снова всучить ему древесный спирт?

Снукс. Хозяйка, я не держу никакого древесного спирта. Я научился выделять хлебный спирт из йода – он практически безопасен, только цвет немного бурый.

Шарлотта. Уходите.

Снукс. Ладно. Смываюсь. (И смывается.)

От таких посетителей Шарлотте хочется лезть на стену. Не находя себе места, она бродит по комнате, натыкается на пальто Джерри, висящее за дверью. Плохо сознавая, что делает, надевает пальто и плотно запахивается, словно воображая себя в объятьях мужа в их недолгий и уже полузабытый медовый месяц.

За окном внезапно потемнело, собирается гроза. Слышны раскаты грома, сперва отдаленные, потом все ближе и громче, сверкнула молния. Потерянная и испуганная, Шарлотта спешит закрыть окна. В страхе бежит к телефону.

Шарлотта. Саммит тридцать два пятьдесят три… Алло, это я, Шарлотта… Дорис дома? А где она, не знаете?… Когда придет, скажите, чтобы забежала ко мне. Кругом такой мрак, мне страшно одной. Может, кто и зайдет, только кому захочется выходить в такую грозу? Даже постовой спрятался под дерево… Ладно, справлюсь. Просто мне одиноко и не по себе… До свидания. (Вешает трубку, понуро замирает у стола.)

Снаружи вовсю бушует гроза. Одновременно с ударом грома, отозвавшегося дребезжанием стекол, распахивается входная дверь, и дождь хлещет прямо в дом.

Шарлотта близка к истерике.

С улицы доносится свист – чистый, приятный свист почтальона. Шарлотта подается к двери, молитвенно сложив руки. Входит Джерри в промокшем дождевике, на лицо низко опущен капюшон.

Джерри (бодро). Ну и погодка!

Шарлотта (вздрогнув при звуке его голоса). Гадость, а не погода.

Джерри. Мне говорили, что здесь живет дама, которая заждалась письма, а мне тут подвернулось одно вроде бы подходящее, и хоть дождь, хоть что – я должен его доставить.

Шарлотта (жадно). Письмо? Мне? Дайте скорее.

Джерри протягивает Шарлотте письмо, она распечатывает его.

Это от Джерри! (Быстро пробегает его глазами.)

Джерри. Вы это письмо ждали?

Шарлотта (размышляя вслух). Тут не написано, где он находится. Только сказано, что ему хорошо и спокойно. Что занимается делом, которое ему по душе. И в этой работе его счастье. (С сомнением.) А вдруг он в каком-нибудь притоне?… Как вы думаете, если я напишу письмо, вам удастся передать его Джерри?

Джерри. Да, я разыщу его.

Шарлотта. Я хочу ему сказать: если он вернется домой, я не буду больше пилить его, не буду пытаться его изменить, не буду колоть глаза нашей бедностью.

Джерри. Я ему скажу.

Шарлотта (снова размышляет вслух). Надо было его как-то расшевелить – вот я и пилила. Когда мы еще не поженились, я была уверена, что без меня он совершает чудеса и подвиги. Что в один прекрасный день он приведет из леса медведя. А его хватало только на то, чтобы сбегать на угол в табачную лавку, сыграть в кости на сигару. Смех и горе.

Джерри. А если он сейчас – почтальон вроде меня?

Шарлотта. Что может быть лучше? Он всегда мечтал быть почтальоном. Он стал бы лучшим почтальоном на свете, а быть лучшим – это всегда хорошо. Не так уж я и хотела, чтобы он непременно стал богатым, пусть хоть в чем-то он окажется лучше других. Я была даже рада, что он напился в ту ночь. Хоть в чем-то отличился.

Джерри. А вот этого вы бы ему, наверно, не сказали.

Шарлотта. Конечно не сказала бы.

Джерри (встает). К шести часам постараюсь доставить.

Шарлотта. Я буду ждать. (Деловым тоном.) Пусть зайдет в магазин и купит галоши.

Джерри. Передам ему. Всего хорошего

Шарлотта. До свидания.

Джерри уходит в дождь. Шарлотта садится к столу, опускает голову.

Снова у порога шаги. Теперь это папа. Он входит, закрывает мокрый зонт.

Папа (голосом человека, пережившего мировой катаклизм). Одолжил у библиотекаря зонт.

Шарлотта (приглушенным голосом). Джерри возвращается.

Папа. В самом деле? Хороший у нас библиотекарь – одолжил зонт. (Подходит к книжному шкафу и начинает поиски Священного Писания. Обиженным голосом.) Опять куда-то Библию спрятали.

Шарлотта. На второй полке.

Снимая с полки Библию, папа роняет на пол несколько книг. Воровато оглянувшись на Шарлотту, ногой подсовывает их под шкаф. Зажимает Библию под мышкой и направляется к лестнице. Он уже заносит ногу, когда что-то привлекает его внимание, и, нагнувшись, он колупает пол.

Папа. Какая блестящая шляпка у гвоздя – точно монета.

Начинает взбираться по лестнице. Уже одолел половину пути, когда раздается шум, как будто он оступился, и воцаряется тишина.

Шарлотта (подняв голову). Папа, с вами все в порядке?

Ответа не следует. Слышно, как папа продолжает свое восхождение.

Уснуть бы и проснуться в шесть часов!

Гроза кончилась. Выглянувшее солнце струит в окно свои лучи, зажигает краски на вытертом ковре. С улицы издалека доносится мелодичный свист почтальона.

Шарлотта (восторженно воздев руки). Лучший почтальон в мире!

Занавес

Иллюстрации

Фрэнсис Скотт Фицджеральд. 1925

Родной дом Фицджеральда в Сент-Поле, Миннесота

В учебном офицерском лагере. 1917

Джиневра Кинг

Скотт и Зельда Фицджеральд. Италия. 1926

92 93 94 Вперед