Фрэнк Херберт – Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома (страница 56)
В размышления Десейна вдруг вторглось чье-то бормотание. Он встал, оглядел комнату, но источника не определил. Краешек неба, видимый в окно, начал сереть. Десейн шагнул к окну. С северо-запада на долину надвигались облака.
Бормотание продолжалось.
Десейн сделал по комнате круг и остановился под маленьким вентиляционным отверстием над гардеробом. Пододвинул кресло, встал на него и прислонил к отверстию ухо. Издалека донеслись знакомые звуки телевизионного ролика – рекламировали жевательную резинку. Десейн нахмурился – он получил первое свидетельство того, что в долине есть телевидение. Он оценил местную топографию. Городок находился в низине; чтобы принимать телепрограммы, на окружающих холмах нужно было поставить высокую антенну и усилители, а оттуда протянуть к городу проводящие кабели.
Десейн вновь прильнул к отверстию над гардеробом и, прислушавшись, понял, что может отделить то, что передают по телевизору, от разговора, который вели в соседнем помещении три или четыре женщины. Одна из женщин учила другую вязать. Несколько раз Десейн услышал слово «Джаспер» и один раз, отчетливо, слова: «ви`дение, только и всего – ви`дение».
Он спустился с кресла и вышел в коридор. Между его дверью и торцевым окном, которым заканчивался коридор, других дверей не было, хотя напротив, на противоположной стороне коридора, находились обычные номера, а на торцевой стене, возле окна, висела табличка, указывающая на аварийный выход.
Десейн вернулся в номер и принялся изучать вентиляционное отверстие. Похоже, оно проходило сквозь стену, но внешний вид подобных сооружений мог быть обманчив. А если вентиляционный канал тянется с другого этажа? Но что, с другой стороны, располагается в этой части здания, где нет дверей? Десейном овладело любопытство, и он решил внимательно осмотреть все.
Спустившись на первый этаж, он прошел через пустой холл и обогнул гостиницу сзади. Там стоял дуб, настоящий патриарх среди деревьев – с толстой корой, изогнутой ветвью, которая росла около окон второго этажа, одним из которых было окно его, Десейна, номера. Все сходилось – это была именно та ветка, которую он видел из своей комнаты. Под самым его окном находилось крыльцо кухни с покатой крышей. Десейн посмотрел на ту зону второго этажа, где, по его расчетам, располагалось помещение без дверей. Там, плотно задернутые шторами, было три окна.
Десейн неторопливо направился в комнату. Холл был по-прежнему пуст, но из-за офиса позади стойки доносились голоса и гудение распределительного щитка.
Вернувшись к себе, Десейн приблизился к окну и выглянул. Внизу, прямо под ним, оказалась крыша крыльца. Крыша было достаточно покатой, а черепица – сухой. Он открыл окно и выбрался на крышу крыльца. Придерживаясь рукой за стену, понял, что может передвигаться по крыше в нужном ему направлении.
Добравшись до первого окна, Десейн ухватился за карниз и принялся рассматривать шторы в поисках щели. Щелей он не увидел, зато, приложив ухо к окну, легко мог услышать то, что говорили внутри. По телевизору шел очередной рекламный ролик, и женский голос проговорил:
– Этого канала достаточно. Переключите на Эн-би-си.
Десейн добрался до следующего окна. Здесь ему повезло – снизу штора была отодвинута от подоконника на полдюйма. Он пригнулся, чтобы посмотреть, что там и как, и едва не потерял равновесия. Но, ухватившись покрепче за карниз, прильнул к щели. Затененная комната была пронизана светом телевизионных экранов, которых Десейн насчитал восемь штук. Пять женщин в уютных креслах сидели напротив экранов на приличном расстоянии. Он с удовлетворением отметил, что одна из женщин действительно вяжет. Другая делала какие-то записи в блокноте для стенографии. Еще одна управляла неким записывающим устройством.
На первый взгляд здесь не было ничего необычного – группа женщин занималась своим делом. Возраста они были преклонного, однако передвигались с грацией людей вполне активных и энергичных. Светловолосая женщина с хорошей фигурой, сидевшая справа, встала с кресла и, направив дистанционный выключатель на крайний правый телеэкран, выключила его, после чего опустилась в кресло с немного театральным выражением крайней усталости и громко произнесла:
– Представляете? Эта не прошедшая цензуры чепуха льется вам в мозг изо дня в день, изо дня в день…
– Оставьте свои впечатления для отчета, Сьюзи, – сказала женщина с записывающим устройством.
Десейн застыл в недоумении. Отчет? Какой еще отчет?
Он обвел комнату взглядом. Вдоль противоположной стены стоял ряд шкафов с картотекой, а прямо под окном располагалась кушетка. В левом углу к стене прислонилась складная стремянка. Рядом с сидящими женщинами, на подставках с колесами громоздились две массивные пишущие машинки.
Десейн подумал, что это самая странная комната из всех, что он когда-либо видел. С одной стороны, ничто по отдельности не выделялось из нормы, но, собранное вместе, все отдавало тем особым сантарогийским духом алогизма и абсурда, который он замечал здесь во всем. Почему комната засекречена? Для чего тут сразу восемь телевизоров? Что там, в этой картотеке? О каком отчете вели речь женщины?
Время от времени они делали записи, включали записывающее устройство, меняли каналы. И общались – обычные досужие разговоры, не несшие особого смысла.
– Я решила не вставлять складки – слишком много проблем.
– Если Фред не заедет за мной после работы, придется добираться самой.
Десейн начал нервничать – его наблюдательный пункт на крыше был не самым укромным местом. Похоже, больше он не узнает ничего нового, а если его поймают, то найти правдоподобное объяснение своему поступку он вряд ли сумеет.
Десейн осторожно добрался до своего номера, шагнул внутрь и закрыл окно.
Потом опять выглянул в коридор. Нет, на этом этаже в ту странную комнату не было никаких дверей. Десейн дошел до конца коридора, до таблички аварийного выхода и увидел под ней небольшую дверь, которая открывалась на площадку, сваренную из металлических прутьев. От площадки вниз тянулась пожарная металлическая лестница с перилами. Перегнувшись через перила, Десейн посмотрел вниз, а потом – вверх. На уровне третьего этажа была также площадка, а сама лестница обрывалась около крыши здания.
Осторожно передвигаясь, Десейн добрался до уровня третьего этажа и открыл дверь, ведущую с внешней площадки в коридор. Войдя, он внимательно осмотрел стену над тайной комнатой. В двух шагах от экстренного выхода была дверь с табличкой «Бельевая». Десейн подергал ручку – закрыто.
Раздосадованный, он повернул назад. Но в тот момент, когда выходил на площадку пожарной лестницы, его правая нога зацепилась за угол ковровой дорожки, лежавшей в коридоре. Дальше все происходило как в замедленной съемке. Пожарная лестница оказалась прямо перед его носом, он ударился о ее перила правым плечом, удар замедлил падение, но не остановил – перила сломались. Десейн ухватился за них левой рукой, почувствовал, как они, скрипя, сгибаются, и понял, что сейчас полетит с третьего этажа вниз – на бетон. В этот же ужасный момент он увидел край ступеньки, где краска потерлась и образовались желтые полосы; заметил под ступенькой паутину, в которой запутались комки грязи и какой-то мелкий мусор.
Перила с треском лопнули, и Десейн полетел вниз. И в тот момент, когда он уже воочию видел, как его тело ударяется о бетон, чья-то рука схватила его за лодыжку. Не вполне соображая, что происходит, Десейн отпустил обломок перил; тот, кувыркаясь, продолжил путь вниз.
Потом Десейн почувствовал, как его, словно куклу, тянут назад, через сломанные перила и, вытащив на площадку пожарной лестницы, переворачивают на спину. Десейн поднял голову и столкнулся взглядом с Уином Бурдо. Тот хмурился.
– Еще бы немного – и все, сэр! – произнес официант.
Десейн тяжело дышал и не смог ответить. Ощущение было такое, будто в его правое плечо вшили гигантский шар, полный боли. Пальцы левой руки свело судорогой – последствие отчаянного усилия, с которым он сжимал отломившуюся часть перил.
– Я слышал, как кто-то пробует дверь бельевой, – сказал Бурдо. – А я как раз находился там, сэр, и вышел. А тут вы – летите через перила! Как это все получилось?
– Ковер! – прохрипел Десейн, к которому медленно возвращалась способность говорить. – Споткнулся.
Бурдо принялся изучать пол перед выходом на пожарную лестницу.
– Клянусь всеми святыми, сэр! Здесь очень опасно. Ковер действительно оторван.
Десейн постарался разжать пальцы левой руки. После этого он глубоко вдохнул и попытался сесть. Бурдо помог ему. Десейн заметил, что рубашка его порвалась, а на груди и животе осталась длинная кровавая полоса от перил, через которые его тащили.
– Посидите минутку, сэр, придите в себя! – предложил Бурдо. – Может, позвать врача?
– Нет, спасибо!
– Это займет не более минуты, сэр!
– Со мной все в порядке.
Десейн посмотрел на неровно оторванный край красно-коричневой ковровой дорожки, вспомнил, как летел вниз кусок перил. Странно, но он не услышал, как этот кусок металла ударился о бетон. В его сознании всплыла следующая картинка – смертельные случаи, произошедшие с его двумя предшественниками. Он мог бы быть третьим погибшим. Лежал бы сейчас на бетонном покрытии под пожарной лестницей! Все вполне естественно, к сожалению. Подобное случается часто.