Фредерик Уоллес – Необычный полёт (страница 8)

— Прежде всего, у человека не хватит сил, чтобы сдвинуть крышку зажигания. Но даже если он приложит сверхчеловеческие усилия, то, как только крышка сдвинется и откроются трубы, ракетный двигатель перестанет работать. Воздух из отсека устремится в космос, и всякий, кто окажется внутри, погибнет.

— Значит, внутри у нас дохлый рон.

— Роны не умирают. Они даже не дезактивируются; им не нужен воздух. — Доччи старался осмыслить ситуацию. — И не только это: рон мог убраться из отсека. Замок закрылся, как только давление упало. А рон…

Анти сварливо перебила его:

— Значит, у нас потерявшийся рон, нацеленный на саботаж?

— Боюсь, что так, — мрачно подтвердил Доччи.

— Зачем тогда мы здесь стоим? Надо вернуться в отсек управления и найти этого робота по радиосвязи. То, что он натворил, можно исправить. — Она отчасти повернулась назад и посмотрела в лицо Доччи. — Не отвечай. Я могла сама догадаться. Внутри корабля сигнал не работает.

Доччи кивнул.

— Не работает. На борту никогда не используют роботов, поэтому управление настроено на носовую антенну, а сам корабль, конечно, изолирован.

— Что же, — весело сказала Анти, — значит, нас ожидает охота на робота.

— Правильно. Только охотиться придется с голыми руками.

— О, давай пойдем! Это не самое страшное. Послушай, рон вернулся сюда, когда двигатели остановились. Мог он пробраться мимо отсека управления так, чтобы мы не заметили?

— Не мог. Из отсека ведут два коридора, каждый в одну из сторон корабля.

— Вот о чем я подумала. Мы прошли по одному коридору, и рона там не встретили. Значит, он находится в другом. Если бы он зашел в одну из кают, то снаружи загорелся бы свет. Он никак не мог от нас спрятаться.

— Конечно, мы его найдем. А что мы с ним станем делать, когда найдем?

— Я об этом подумала, — сказала Анти. — Можешь ты протиснуться мимо меня, когда я вот так стою?

— Не могу.

— И рон не сможет. Все, что мне нужно, — это тостер, или что-нибудь похожее на него, тогда я смогу вытеснить робота в отсек управления, где его перехватит Джордан. — Она решительно двинулась в сторону коридора, ведущего в противоположный конец ракеты. — Быстрей возвращайся к Джордану и расскажи ему, что мы задумали. На корабле должен быть еще один тостер. Вероятно, где-то в отсеке управления. Принеси его мне.

Доччи закусил губу и уставился в спину гигантской женщины.

— Ладно. Но оставайся на месте. Ничего не предпринимай, пока я не вернусь.

Анти рассмеялась.

— Я высоко ценю свое большое жирное тело, — сообщила она. Анти ценила кое-что еще, но больше ничего не сказала.

Доччи двигался настолько быстро, насколько позволяли магнитные тапки, поэтому получалось не сильно быстро. Стратегию они выработали простую, но это не значило, что она правильная, — один тостер у Джордана, другой у Анти — при условии, что его удастся найти.

Анти блокирует коридор. Рон может пройти сквозь нее, но ни за что не сумеет протиснуться мимо. Ему придется разбегаться. Если он направится на Анти, она сумеет сжечь его. Но ей предстоит стрелять прямо в сторону кормового отсека. Если Анти хоть немного промажет…

Ситуация оказывалась непростой.

Ничего хорошего не выйдет и в том случае, если у Джордана появится шанс подстрелить робота. Анти окажется на линии огня. Нет, это тоже не подходит. Надо придумать что-то другое.

— Джордан, — позвал Доччи, заходя в отсек управления. Джордан куда-то вышел. В отсеке находилась только Нона, все так же невозмутимо смотревшая на индикатор гравитации.

Свет из коридора падал на дальнюю стену отсека. Доччи поспешил туда. Джордана он увидел недалеко от входа; тот одной рукой крепко сжимал тостер, а с помощью другой перемещал свое усеченное тело по коридору в направление кормового отсека.

На другом конце коридора заняла позицию Анти — безоружная, невероятно толстая Анти. Она почти не двигалась, скорее, колыхалась, словно разбухшее мягкотелое морское чудовище, медленно плывущее в пространстве. Потом, оттолкнувшись ластами от стенок коридора и устремившись вперед, чудовище зловеще завопило:

— Расплавь его!

Доччи не сразу рассмотрел рона, очертания которого отдаленно напоминали человеческие. Мощное металлическое тело терялось на фоне интерьеров корабля, словно робот маскировался, хотя сам об этом и не знал. Он скорчился у порога одной из кают; оказавшись меж двух огней, рон явно находился в затруднении.

Джордан поднял оружие и тут же опустил его.

— Уйди с дороги, — крикнул он Анти.

Уходить ей было некуда. Спрятаться в каюте не позволяли размеры, настолько впечатляющие, что рон не мог протиснуться мимо нее, даже если бы она захотела.

— Не обращай внимания. Уничтожь его, — скомандовала Анти.

Даже по сравнению с другими роботами рон не отличался большим умом. Ему это и не требовалось. Жар означает смерть; человеческое тело — хрупкая вещь. Это он знал. Рон бросился в сторону Анти. В отличие от человека, ему не требовались магнитные тапки. На своих намагниченных металлических ногах он мог двигаться быстро, что и сделал.

Доччи хотел бы закрыть глаза, но не мог. Приходилось смотреть. Рон врезался в Анти. И отлетел назад. Относительная масса у женщины-монстра оказалась больше.

Электронные мозги следовали первоначальным инструкциям, какими бы они ни были. Робот поднялся на ноги и снова кинулся на Анти. С поразительной скоростью он выбросил металлические руки вперед и ударил ими о распухшую плоть противника. Доччи слышал глухой удар. Ни один нормальный человек не пережил бы подобной атаки.

Анти не являлась нормальной; даже биокомпенсаторам она казалась очень странной, и жила в глубине своей разбухшей плоти, как в доспехах. Возможно, она даже не почувствовала сокрушительной силы удара. Удивительно, но она схватила робота и прижала к себе. И рон сразу потерял то преимущество, которое давали ему руки-рычаги. Они больше не могли двигаться с той же скоростью и смертоносной силой.

— Гравитацию! — закричала Анти. — Всю, какую сможете! — И навалилась на сопротивляющуюся машину.

Гравитация. С этим он справится. Доччи повернулся, но не успел сделать и двух шагов, как его ударила гравитационная волна. Тяжесть накатывалась, как морские валы, в последовательности которых он не мог разобраться. От первой волны Доччи пошатнулся; после второй подогнулись колени, и он осел на пол. Потом по барабанным перепонкам резанула боль. Казалось, ему передалась дрожь самого корабля. Доччи смутно осознавал, что искусственное поле тяжести такой мощности создать невозможно, но эта мысль никоим образом не помогала двигаться.

А потом оно исчезло — также внезапно, как и появилось. Он почувствовал боль, когда легкие получили возможность расправиться. Все тело стонало. Доччи поднялся на ноги и, шатаясь, прошел мимо Джордана.

Вопреки ожиданиям, никакой груды изувеченной плоти он не обнаружил. Анти уже колыхалась на прежнем месте.

— Уф! — выдохнула она и с удовлетворением посмотрела на искореженный металлический остов возле своих ног. Электронный мозг размозжен, корпус сплющен.

— Ты не пострадала? — тихо спросил встревоженный Доччи.

Она помахала конечностями своего тела.

— Ничуть. Ничего, похоже, сломалось, — изрекла она. Потом отодвинулась, чтобы лучше рассмотреть то, что осталось от робота. — Я бы назвала это разбрасыванием собственного веса. В нужный момент, конечно. Весь секрет в том, чтобы правильно выбрать время. И должна сказать, что ты включил поле тяжести как раз в нужный момент. — Радостный смех Анти прокатился по всему кораблю.

— Это не я, — возразил Доччи.

— Джордан? Нет, он только поднимается. Тогда кто?

— Нона, — ответил Доччи. — Остается только она. Нона увидела, что нужно сделать, и сделала. Но как она получила такой уровень гравитации…

— Спроси у нее, — с ласковой иронией посоветовала Анти.

Доччи поморщился и похромал назад, в отсек управления; за ним последовали Джордан и Анти. Нона с довольным, как у ребенка, лицом стояла возле гравитационного прибора.

— Гравитацию можно включать и выключать, — озадаченно проговорил Доччи, стараясь найти на лице у Ноны хоть какую-то подсказку. — И регулировать в рамках ограниченного лимита. Но ты каким-то образом удвоила и утроила нормальный уровень. Каким?

Нона вопросительно улыбнулась

— Инженеры тоже захотели бы узнать, — заметил Джордан.

— Всем хотелось бы, — раздраженно бросил Доччи, — кроме меня. Может, я чересчур прагматичен, но хочу знать, когда мы запустим ракетные двигатели и ляжем на курс?

— Все не так просто, — вздохнул Джордан. — Сдвинутая во время полета крышка зажигания обычно означает по крайней мере одну выгоревшую трубу. — Он придвинулся к приборной панели и мрачно взглянул на нее. — Три.

— Это серьезно, — кивнул Доччи. — Но я не перестаю думать о роботе.

— Интересная тема, без сомнения. А что насчет него? — нетерпеливо спросила Анти.

— Откуда он получил инструкции? Радиосвязи нет, корпус корабля изолирован от любого излучения. В последнем мы уверены, это под нашим контролем.

— Ну, хорошо, и все-таки, откуда?

— Голос, — ответил Доччи. — Если говорить точнее, голос Кэмерона.

— Но он остался в ракетном куполе, — возразил Джордан.

— Вернись мысленно к тому моменту, когда мы грузили емкость с Анти. Нам приходилось наблюдать через телеком, а угол обзора был плохой. Большую часть грузового шлюза мы не видели. Анти видела только то, что находилось сверху. Кэмерон с роном проникли внутрь, а мы и не заметили.