Фредерик Пол – Рифы Космоса (страница 152)

Один человек при приближении Мэгги привстал. Это была лейтенант Кристианидис. Видимо, qнa получила сильные ожоги.

— Полковник,— проговорила она,— я покинула свой пост у радио...

Мэгги посмотрела на доктора, та покачала головой.

— Ложись, Крис, Расскажешь после.

— Нет, я в порядке. Когда они прострелили палатку, я выбежала, но оставила работать микрофон. Я записала весь разговор. Только говорили они на разных языках.

— Спасибо. Теперь ложись,— приказала Мэгги и крикнула:— Дэнни! Проверь радиорубку. Если магнитофон работает, позови меня.

Он плохо выглядит, думала она, наблюдая, как Дэнни положил на землю, узел с одеждой и, не говоря ни слова, направился в радиорубку. Впрочем, все мы выглядим не лучше. Особенно я. Палатка Мэгги была уничтожена, и сейчас на ней была одежда одной из погибших женщин, не подходившая ей по размеру — покойница была выше и толще.

Когда Дейлхауз позвал ее, она уже забыла, зачем посылала его. Но она пошла к радиорубке. Палатка была цела, в ней светились только пулевые отверстия. В палатке уже сидела Димитрова. Дейлхауз запустил пленку, а Анна, надев наушники, приготовилась переводить.

— Сначала один из пилотов сказал: «Цель!» — и база подтвердила. Затем несколько раз включались передатчики пилотов, как будто они хотели говорить, затем заговорила база: «Задержать операцию. Не атаковать!» И тут один из пилотов — по акценту египтянин — сказал: «Удар нанесен. Мы заставили замолчать их ракетные установки. Примерно двадцать пять человек убито». Затем какое-то бормотание, которого я не могу понять, и снова база: «Приказываю немедленно прекратить операцию». Потом слова, другого пилота, ирландца: «Мы барражируем над водой, наблюдаем, ждем дальнейших инструкций». С базы последовала инструкция возвращаться, не возобновляя нападения. После этого на ленте ничего нет, кроме инструкций по посадке.

— Это все? — спросила Мэгги.

— Да, полковник, больше ничего.

— Но почему же они переменили решение в ходе операции? — спросила Мэгги.

Ни Дэнни, ни Димитрова не дали ответа- Но она не ждала его. Дело не в том. Гризи объявили войну, и если они решили закончить ее посредине, это их проблема, а не ее. Она не передумает. Для Миннингер атака, на ее базу решила все. Так что теперь не было вопроса — зачем. Оставался один вопрос — как? Как навязать им сражение и выиграть его?

— Ты можешь копать в таком состоянии? — спросила она Дэнни.

— Думаю, да, хотя рана кровоточит. Смогу

— Тогда помоги Капелюшникову копать могилы. Димитрова, теперь ты будешь радиооператором. Никаких передач. Только слушай. Если гризи будут переговариваться, я хочу знать о чем.

Мэгги оставила их и направилась в одну из уцелевших палаток. Она хотела побыть одна, чтобы подумать. Мэгги закрыла за собой дверь, села и закурила сигарету, глядя в пространство. У нее не было сомнений, что она выиграет войну, потому что у нее осталась козырная карта. И не один плутоний. Вторая карта—самолет майора Вандемира. Ведь на орбите еще четыре спутника. Один ударит по основной базе гризи, второй — по базе на Фарсайде. Она может сделать это в любой момент. Основная трудность заключалась в том, что Мэгги не хотела уничтожать технику гризи. Она хотела сохранить ее. Так что спутники и бомбы применять было бы весьма нежелательно. Нет. Это должна быть наземная операция. Может быть с плутонием, если правильно заложить его в нужное место. Конечно, жаль, что гризи опередили ее и уничтожили ракетные установки. Но это не катастрофа. Жаль также, что теперь уменьшилось' количество боевых солдат.

Мэгги Миннингер только что приняла решение, определяющее будущее человеческой расы на Джеме, хотя и сама не знала об этом.

— Единственное, что утешает,— сказал Дейлхауз Капелюшникову,— так это то, что уничтоженные объекты в основном военные. По крайней мере, теперь мы можем заняться тем, для чего прилетели сюда,— научной работой.

Капи хмыкнул и выбросил из ямы несколько лопат земли.

— Да, конечно.— Он вытер пот с лица.—Только один вопрос. какова настоящая цель экспедиции?

— Выжить! И сохранить все! Бог знает, что произошло на Земле. Может быть, мы единственные оставшиеся в живых люди, и все плоды нашей пятитысячелетней цивилизации здесь: и достижения науки, и вершины искусства.

— Слишком большая ответственность для гробокопателей,— заметил Капелюшников.— Конечно, ты прав, Дэнни. У нас в Советском Союзе говорили — любое путешествие начинается с первого шага. Какой шаг сделаем мы?

— Ну...

— Нет, подожди. Вопрос чисто риторический. Первый шаг очевиден. Когда закончим копать могилы для наших ушедших друзей, ты, Дэнни, пойдешь к полковнику и доложишь, что можно начинать погребальную службу.

Каппи воткнул лопату в грязь и сел. Он выглядел крайне растерянным. Дэрни, впервые видевший его таким, сказал:

— Ол райт. Мы слишком устали. Нужно отдохнуть.

Пилот покачал головой, затем улыбнулся.

— Я не только устал, Дэнни. Я ведь русский. А это очень тяжелая ноша. У нас, в СССР, есть другая пословица: сотня лет больше, сотня лет меньше — какая разница? Но я скажу тебе правду, Дэнни: все пословицы — чушь. Я знаю, что мы делаем — я, ты, все мы. Мы делаем, что можем. Не так много, как хотелось бы, но все, что можем.

Дейлхауз положил лопату и направился к штабу, размышляя. Тяжелая ответственность'. Слишком многое невосполнимо— и это уже потеряно. Слишком мало шансов на то, что уцелели Триумфальная арка, Британский музей, Парфенон, не говоря уже о миллиардах человеческих жизней. Дэнни с трудом сознавал, что никогда уже не услышит симфонии, не увидит балет, не поужинает в роскошном ресторане на крыше небоскреба. Столько утеряно навсегда! И сколько еще будет утеряно... Однако не потеряно главное: надежда. И они могут выжить. И построить все снова. И даже лучше, имея опыт прошлых ошибок на родной планете...

Возле штаба толпились люди, и туда подошла Мэгги с парой своих помощников. Дэнни ускорил шаг и прибыл как раз вовремя. Анна доложила:

— Только что пришло сообщение, полковник. Я воспроизведу ленту для вас.

— Давай,— сказала Мэгги. Она задыхалась от быстрого шага и была близка к обмороку. Но собралась с силами и приготовилась слушать.

Дэнни узнал голос. Это был чернокожий вице-маршал авиации Понтекрафт. Он говорил недолго.

— Это официальное послание лагеря Блока Горючего лагерю Блока Продовольствия. Мы предлагаем немедленное перемирие. Мы предлагаем, чтобы мы и вы не приближались к чужим лагерям ближе, чем на двадцать километров. Ждем ответа в течение часа.

После паузы заговорил другой голос, с явным ямайским акцентом:

— Как вы поняли, наше нападение на вас было спровоцировано нападением на наши спутники. Приказ был отдан после тщательного изучения возможных альтернатив гибели спутников. Мы хотели уничтожить вашу базу полностью, но ограничились минимальными потерями с вашей стороны. Поэтому мы предлагаем перемирие. Помните, наша звезда Кунг нестабильна. Она близка к тому, чтобы вспыхнуть. Мы уверены в этом, так как уровень радиации постоянно колеблется. Во время нападения мы получили данные от наших астрофизиков, что вспышка произойдет в ближайшее время. Точного времени мы не знаем. Видимо, в пределах от сорока восьми часов с этого момента до двух недель. Если вы принимаете перемирие, мы передадим вам все данные, и ваши специалисты смогут оценить правильность наших выводов.

Голос немного дрогнул, затем тон сообщения стал менее официальным:

— Мы не знаем положения дел на Земле. Думаем, что и вы тоже не знаете. Но очевидно, что мы, живущие на Джеме, единственные представители человеческой расы во Вселённой. Мы считаем, что все ресурсы сейчас нужно направить на то, чтобы подготовиться к вспышке. Если мы будем продолжать войну, то можно с уверенностью сказать—-мы все погибнем. Я не предлагаю работать вместе. Я предлагаю кончить войну. По крайней мере, до окончания кризиса. Пожалуйста, ответьте нам в течение часа. Боже, помоги нам всем.

Мэгги закрыла глаза. Все молча смотрели на нее. Она открыла глаза, собралась с духом и сказала:

— Ответь им, Димитрова. Передай, что мы принимаем предложение, запроси технические данные и скажи, что мы свяжемся с ними снова, как только нам будет что сказать. Люди, война окончена.

Через десять минут весь лагерь знал об этом. Мэгги выступила по трансляционной сети, прокрутила ленту с предложениями гризи и рассказала о приближающейся катастрофе. Затем она приказала Алексису Харкурту изучить данные, полученные от гризи, и сообщить ей результаты. Повернувшись к Дэнни, она сказала:

— У меня нет теперь кровати, но мне нужно поспать хотя бы час.

— Ложись в моей палатке.

— Я ждала, что ты это предложишь.— Мэгги посмотрела на тускло-багровое небо, где в облаках прятался Кунг, и покачала головой.— Ужасный день. И он еще не кончился. Знаешь, что я хочу сделать на митинге?

— Понятия не имею.

— Разумеется. Тебе никогда не догадаться. Я хочу заявить о полной отставке полковника Мэгги Миннингер от активной деятельности.

— Что?

— Закрой рот, Дэнни, и не стой столбом. Мы создадим гражданское правительство. Оно начнет действовать, когда худшее останется позади. А может, и раньше, мне все равно. Может быть, ты и все те, кто выступал против армии, правы Теперь очевидно, что мои действия привели к тому, чего я хотела. Я полагаю, что нужно провести выборы в правительство и ты должен стать его главой.