Фредерик Пол – Дитя звезд (страница 32)

— Тут что-то не так, Донна, — прошептал он. — Происходит что-то непонятное. Если поле пропадает, то оно пропадает сразу и полностью.

— Но что же это, Стив?

— Посмотрим!

Они быстро вернулись в пещеру. В мозгу Райленда вертелось какое-то кошмарное видение: их мир гибнет, все миры гибнут, все солнца, потому что Райленд не смог изобрести нереактивный двигатель для межзвездного полета… теперь они были обречены на гибель.

В зеленоватом полумраке укрытия лежала мертвая Чиквита. Да, ошибки быть не могло, она умерла.

Но рядом с ней…

Рядом с ней что-то двигалось! Что-то вздрагивало и пыталось подняться в воздух! И оно полетело к ним — маленькое, меньше, чем Донна, сущая игрушка рядом с мертвой Чиквитой.

Это был маленький пространственник!

Детеныш пространственника! Его красный нос помаргивал, он смотрел на Райленда и Донну яркими дружелюбными глазами.

— Ой, маленький! — воскликнула Донна, протянула руку, пространственник лизнул пальцы длинным черным языком.

— Смотри! — прохрипел пораженный Райленд, показывая рукой.

Еще одно маленькое тюленеобразное создание, и еще, и еще, казалось, их целый десяток, они танцевали в воздухе вокруг Райленда и Донны, тыкались носами, которые смешно пульсировали красным, розовым, пурпурным и оранжевым цветами.

— Чиквита умерла, но дети ее живы! — тихо сказал Райленд.

Всего детенышей было восемь — хотя пересчитать юркие, как ртуть, фигурки было нелегко. Восемь маленьких пространственников, веселых, как щенки.

Были ли они рождены уже после смерти матери, благодаря какой-то загадке организма пространственника? Или родились раньше? Райленд знал только, что они здесь.

— Слава богу, — прошептала Донна, когда Райленд вынес одного детеныша на свет, чтобы рассмотреть его получше.

— Слава, слава, — пробормотал Райленд. — Смотри, донна, они совсем как взрослые, только маленькие. Они родились полностью сформировавшимися — ясно, они в состоянии поддерживать атмосферное поле, могут создавать нереактивную тягу! К счастью для нас. Хотя… — Он вспомнил маленький взрыв на краю рифа, — им придется немного потренироваться.

Он вдруг замолчал.

За воздушной границей атмосферного «пузыря» что-то двигалось и помаргивало.

— Ракета Плана! — в ужасе закричала Донна.

— Нет! — крикнул Райленд, подпрыгивая и зависая в воздухе. — Разве ты не видишь? Оно слишком маленькое для такого большого корабля! Это пространственник! Куивера вернулся… И с ним кто-то еще! Он привез Дондерево!

Дондерево! Гигант шести футов и восьми дюймов роста, с черным от загара лицом, сияющими голубыми глазами! Пространственник ловко вплыл в воздушный пузырь рифа. Рон Дондерево соскочил с его спины.

— Донна! — воскликнул он, хватая девушку за руку.

Донна радостно обняла его, прижимаясь щекой к бронзовой щеке. Когда она освободилась, она повернулась к Райленду.

— Рон, это Стивен Райленд.

— Я вас помню, — прошептал Райленд. — Я был кадетом Технокорпуса, мне было всего восемь лет. А вы были студентом-медиком, носили кольцо, потому что ваши люди не покорились Плану…

Гигант со смехом пожал ему руку. Потертая кожаная куртка Дондерево была распахнута у шеи. Шея казалась бронзовой мускулистой колонной. На ней виднелся тонкий Шрам, но не было кольца.

— И я помню тебя, — пророкотал гигант. — Я всегда восхищался твоим отцом. Он был не только математиком, но и историком, философом. Он был тем человеком, который помог мне понять истинное значение освоения космоса.

— А воротник? — перебил его Райленд. — Вы действительно смогли его снять?

— Да. Я избавился и от воротника, и от уютного места в заведении, именуемом «Небеса», — кивнул Дондерево торжественно. — Мне повезло больше, чем твоему отцу.

— Я не знаю, что с ним случилось.

Райленд перевел дыхание и хотел задать еще один вопрос, но горло вдруг перехватило. Он хотел спросить у Дондерево, каким образом тот избавился от кольца, но боялся, что Дондерево подтвердит рассказ Анжелы Цвик — будто бы Райленд был не человеком, а «подсадной уткой», которую склеили хирурги под кольцо Дондерево, чтобы скрыть побег.

— Рон, — голос Донны немного дрожал от волнения, — ты сможешь снять кольцо со Стива?

— Только не тем способом, каким сняли мое, — покачал головой Дондерево. — Мой воротник сняли в хирургическом центре орган-банка. Работало полдесятка хирургов в отлично оборудованной операционной.

— А что сделали с вашим воротником? — перебил его Райленд.

— Я обещал не рассказывать.

— В этом кольце, — начал Стивен, но запнулся, прокашлялся, — был собран человек, «подсадная утка», что-то вроде гомункулуса, чтобы отвлечь внимание, пока вас не увезет пространственник.

— Да, это так. — Дондерево кивнул небрежно. — Но теперь это не имеет значения.

Для Райленда это имело очень большого значения. По коже побежали холодные мурашки… наверное, вот такой холодной и противной она была до того, как его тело было собрано из разных частей и органов. Он почувствовал отвратительное сосущее движение в желудке.

— Что с тобой, Стив? — спросила Донна. — Ты так побледнел.

Он не мог ей объяснить, что «подсадной уткой» был, скорее всего, он.

— Я надеялся, что вы сможете снять мое кольцо, — сказал он Дондерево. Вопрос был достаточно важный, чтобы объяснить волнение. — Вы изучали медицину… может, вам удалось бы сделать операцию?

Дондерево отрицательно покачал головой, но вдруг пристально всмотрелся в лицо Райленда. Потом бросил взгляд на Донну, снова посмотрел на Райленда. Лицо его вдруг дрогнуло и побледнело под бронзой загара.

— Наверное, можно попробовать, — неохотно сказал он. — Конечно, вы понимаете, у меня нет опыта и оборудования орган-банка. При операции в таких условиях — без ассистентов, с походными инструментами — обещаю только один шанс из четырех, что вы останетесь в живых, один шанс из пяти, что вы снова сможете ходить, даже если останетесь в живых.

Чувствуя, как кружится голова, Райленд облокотился о большую кристаллическую ветвь. Радужные птицерыбы взлетели стайкой и, мерцая, поплыли прочь.

— Однако, — сочувственно пробасил Дондерево, — ты прав, Стив, другого выхода нет. План может убить тебя в любой момент. Ракета всего в трех милях отсюда. Нажмут на кнопку и… пафф! Транслируется твой кодовый импульс, и ты — мертвец. А так же я, старый Куивера и Донна, — добавил он. — Поэтому ты совершенно прав, Стив. Мы должны спасти тебя или погибнуть все вместе.

— Расскажите, как это будет, — бесцветным голосом сказал Райленд. — Что вы будете делать? Я хочу знать.

Дондерево колебался, потом начал объяснять.

Голос Дондерево, глубокий и низкий, напоминал ворчанье тигра, но руки были миниатюрными, как у девушки — могучий Рон Дондерево сделал для Плана много операций!

На земле, в орган-банке, имелось все, чего нельзя было раздобыть здесь. Там были в достатке медсестры и ассистенты-хирурги (здесь он располагал только Донной и старым Куиверой). Склады были полны медикаментами и оборудованием. Здесь у него было только то, что удалось погрузить на пространственника. Этого хватит, конечно, если все пройдет благополучно. Но резерва у них не было. Если выйдет из строя кровяной насос, заменить его будет нечем. Там, в орган-банке, в распоряжении хирургов имелся неограниченный выбор органов и частей тела. Здесь же их было только четверо, и лишних органов ни у кого не наблюдалось.

— Сначала, — объяснил Дондерево, — нужно будет создать асептическое пространство вокруг Райленда и подвергнуть его анестезии. Это будет довольно просто, Учитывая почти полное отсутствие гравитации и тот факт, что только люди могли занести сюда какой-нибудь микроб. — Дондерево продемонстрировал небольшую желтую трубку — распылитель универсального полибиотического аэрозоля.

Скальпели, зажимы, ретракторы, нити для швов уже стерильные — эти принадлежности были извлечены из блестящих контейнеров. Донна побледнела, но продолжала внимательно слушать Дондерево, глядя на блестящие инструменты. Лишь на миг она потеряла контроль и отшатнулась, когда Дондерево живописно повествовал, как скальпель проведет первую красную линию по шее Райленда.

— Ткань эпидермиса и лежащие под ней мышцы будут рассечены и оттянуты назад, словно чулок. Большие трапециевидные мышцы придется рассечь, зажать и держать — важно, чтобы они оставались в напряжении. Малый кровеносный сосуд шеи придется перевязать, большие сосуды — сонную артерию, яремную вену, сосуды спинного мозга — нужно быстро перерезать и подсоединить к двухкамерному механическому сердцу. Запас крови в камерах искусственного сердца поможет сердцу Райленда справиться с неизбежной потерей крови. Потом настанет очередь нервов — они будут осторожно препарированы, рассечены и присоединены к пломбам из органического серебра, которые только и делали пересадку органов возможной. Нервные ткани плохо восстанавливаются у высших позвоночных — если не оказать им помощи, не стимулировать. Органическое серебро — тот припой, который в виде сплетения тонких проволочек позволяет нервам сохранять проводимость. Иначе, когда будут рассечены основные шейные ганглии, многие участки тела Райленда начнут конвульсивно сокращаться. Затем настанет черед костей. Ультразвуковая пила вопьется в третий шейный позвонок. Спинной мозг будет раскрыт, запломбирован, «запаян». Внутримозговая жидкость…