Фредерик Каммер-младший – Телепатическая гробница (страница 35)

Ему измерили пульс, давление и прикрепили к вискам, ладоням и под язык металлические датчики размером с десятицентовую монету.

Симоне отступил назад и с беспокойством в голосе спросил:

– Тебе удобно?

Уэбб кивнул и ехидно заметил:

– Что-то непохоже, что вас это очень тревожит.

– Агрессивная реакция, Симоне. Обратите внимание. Я бы даже сказал – нормальная, – вполголоса произнес Оркатт.

– Если вообще на свете бывают нормальные троги, – согласился Симоне.

– А теперь, трог, откинься назад. Не бойся, это тебе не повредит, – и он подкатил к креслу Уэбба стойку, к которой крепились два ряда рефлекторов на шарнирах. Он нажал кнопку, и рефлекторы начали вращаться, причем каждый последующий вращался в противоположном направлении. Миллиарды бликов проносились перед глазами Уэбба. Рефлекторы вращались все быстрее. Уэбб никак не мог оторвать взгляд от их сверкания. Сознания он не терял ни на миг, но был словно загипнотизирован. Он не мог даже пошевелиться. Он видел, как человек в мундире и человек в зеленом халате двигались по комнате взад и вперед, то попадая, то исчезая из его поля зрения; он чувствовал легкие покалывания в местах прикрепления электродов, вызывающие во рту привкус меди. Он слышал приглушенные и пронзительные звуки. Но пошевелиться так и не мог…

Уэбб с усилием отвел глаза от замедлявших вращение рефлекторов; ему казалось, что он провел в кресле несколько столетий. Голова чудовищно гудела, но боль быстро исчезла. Он улыбнулся своим мучителям.

– Ну, убедились, что никакой я не трог? – спросил он.

Симоне рассмеялся.

– Нет, в самом деле, – Уэбб начал тревожиться. – Что вы там обнаружили?

– Только то, в чем были убеждены, трог, – развел руками Оркатт.

– Но-но! – взревел Уэбб. – Если это заключение выдала ваша дурацкая машина, то она неисправна!

– Типичное поведение для трога, – заметил Симоне. Только они могут приписывать враждебную предубежденность неодушевленному предмету.

Оркатт кивнул.

– Выслушайте меня! – взмолился Уэбб. – Я вовсе не трог! Я – человек из двадцатого века!

– О, да, – подтвердил Оркатт, протянул руку и выключил машину. – И это труднее всего понять. Ты не обманывал нас, по крайней мере, когда говорил о двадцатом веке. Следы лжи отсутствовали на экране ментографа. Что лишний раз доказывает, как плохо мы знаем прошлое. Мне бы никогда не пришло в голову, что уже в те времена существовали троги – я всегда считал у что они расплодились после Мировой Катастрофы.

– Послушайте, пора выкладывать карты на стол, – грубо сказал Уэбб. – Мне лучше знать – трог я или не трог. Предоставьте мне возможность и я непременно докажу это!

– Трог, мои слова покажутся странными, но ты мне нравишься, – с неожиданной теплотой в голосе воскликнул Симоне. – Ты настоящий боец! Но, видишь ли, у нас на руках неопровержимые доказательства, так что тебе не стоит рыпаться. Вот, взгляни сам.

Он развернул на столе перед Уэббом несколько энцефалограмм – записей электрической активности мозга.

– Вот эти сняты с твоего мозга, – снисходительно пояснил он. – Это – энцефалограмма трога. А здесь, – он указал на третью ленту, прикрепленную к стене, – энцефалограмма нормального человеческого мозга. Посмотри они выглядят более чем убедительно.

Уэбб нервно сглотнул. То, что говорил Симоне – невероятно! Записи деятельности нормального человеческого мозга выглядели плавными синусоидами. Записи мозга трога – прерывистыми ломаными линиями чередующимися с пиками. Ошибиться или перепутать было невозможно – кривые Уэбба совпадали с кривыми трога.

– Но… – начал он.

Оркатт жестом остановил его, поднялся, и обращаясь к Симонсу, сказал:

– Я голоден. Пойдем-ка посмотрим, что нам приготовили на обед. А на него не обращай внимания. – Он брезгливо сморщился, заметив что Симоне растерянно глядит на Уэбба. – Никуда он не денется. Пусть им лучше займется Деталь. – Симоне с явной неохотой двинулся к двери вслед за Оркаттом.

Когда капитан вышел из комнаты, Симоне торопливо повернулся к Уэббу:

– Мне очень жаль, – сказал он. – Но я ничем не могу помочь, – и протянул ему руку.

Уэбб машинально пожал ее, отметив, что Симоне слегка кивнул ему на прощание, как бы в знак уважения, и быстро вышел.

Дверь захлопнулась, оборвав на полуслове фразу Оркатта о том, что в этом году город испытывает трудности с продовольствием.

В бессильной злобе Уэбб смачно выругался и сел прямо. Оставалось только догадываться, что из себя представляет Деталь. В любом случае, ничего хорошего Уэбба не ждет. Вспомнив о Мэг, он содрогнулся, ведь он обещал ей, что люди из города не убьют ее… но выходило наоборот.

Из-за двери донесся грубый возглас. Уэбб машинально огляделся в поисках оружия, но опомнился: если что и спасет его, то уж наверняка не мышцы. Он достал измятую пачку – сигарет оставалось совсем немного-и непринужденно закурил.

Тут же дверь распахнулась. В проеме появился высокий человек в зеленом военном мундире. На его лицо наползло раздражение, когда он, осмотревшись, понял, что Уэбба оставили в комнате без охраны.

– Неосторожно, – пробурчал он. – Крайне неосторожно! Если у трога мозги на месте, он непременно попытается сбежать!

– Я не трог, – машинально ответил Уэбб, вздохнул и поднялся.

– Заткнись, трог, – военный шагнул в комнату, освобождая дверной проем. В коридоре Уэбба поджидала группа хорошо вооруженных солдат. – Следуй за особым подразделением, – приказал он. – И не пытайся сопротивляться. В Оборонном Центре бессмысленно поднимать шум.

Уэбб напоследок затянулся и старательно раздавил ногой окурок.

– Поганая троговская привычка, – скривился солдат. Правда, раньше я не замечал у них этой привычки, хоть и повидал на своем веку немало трогов. Все равно – поганая троговская привычка!

– Троги так не делают, – заметил Уэбб. – Впрочем, это все пустяки. Итак, куда мы направляемся?

– Пошли, пошли, – рассмеялся солдат, подталкивая Уэбба к дверям. Подразделение образовало вокруг него каре и они двинулись в путь. Насколько Уэбб разобрался, трогами называли полуразумных существ, обитавших в подземных пещерах. Если так, то почему, во имя всех смертных грехов, энфало-тесты оказались неверными? «Я НЕ ТРОГ» – убеждал он сам себя. Но тут же застонал: его кривые были идентичны кривым трога.

Он раздраженно топал по пружинящему покрытию пола. Дверь, перед которой они остановились ожидая, наконец, распахнулась, и охрана, подталкивая Уэбба, ввалилась внутрь. Дверь за их спинами закрылась, и пол неожиданно ушел из-под ног… Уэбб судорожно схватил воздух ртом: ему показалось, что желудок подпрыгнул до самого горла. Впервые Уэбб оказался в скоростном лифте, приходившемся родным братом свободному падению. Охранникам, казалось, все было нипочем. Один из солдат толкнул соседа в бок, кивнув на Уэбба.

– Трог, – сказал он и ухмыльнулся.

Лифт остановился, охрана вышла. Подошел часовой с длинноствольным ружьем и внимательно всех осмотрел.

– Документы, – потребовал он.

Командир подразделения недоуменно поднял брови.

– Документы? – переспросил он. – Да ведь мы просто-напросто ведем этого трога в яму, чтобы привести приговор в исполнение. Помоему, для этого не требуется никаких документов.

– А вот теперь требуется, – часовой сплюнул. – Вся эта зона в карантине. Приказ Оборонного Центра!

– Ах, вот оно что… – неприязненно процедил командир.

– Послушай, служивый, я приказываю тебе! Отойди спокойно в сторонку и дай нам пройти! А не то лишишься нашивок!

– Уж не твоими ли заботами? – сощурился часовой, поглаживая ружье. – Заворачивайте-ка назад, и точка!

– Ты же прекрасно знаешь, что я этого так не оставлю! Все будет доложено начальству! – Глаза командира сузились.

– Докладывай, докладывай, будь ты проклят! Теперь это зона Хрони. Сегодня утром Оборонный Центр реквизировал ее.

Командир готов был взорваться, но тут вмешался Уэбб.

– Вы сказали – Хрони? – спросил он. – Это не машина ли…

Реакция охранников оказалась непредсказуема: не успел он и глазом моргнуть, как оружие часового уперлось ему в грудь. Командир отшатнулся, судорожно доставая пистолет. Еще через мгновение Уэбб стоял под прицелом десятка стволов, направленных на него. Воцарилось напряженное молчание. Часовой первым нарушил его.

– А я-то думал, что это трог, – взревел он.

Командир с тревогой в голосе подтвердил:

– Так оно и есть. Дьявольщина какая-то. – Он грозно взглянул на Уэбба. – Что ты знаешь о Хрони, трог? – рявкнул он.

Уэбб попытался улыбнуться.

– Не так уж много, – примирительным тоном произнес он. Я просто хотел узнать, что означает это слово, вот и все.

– Врет, – сказал один из охранников. Командир кивнул. Сурово посмотрев на Уэбба, он сказал:

– Считай, что ты добился отсрочки казни, трог! Теперь я не пристрелю тебя до тех пор, пока Оборонный Центр не допросит тебя как следует. Если даже троги пронюхали о Хрони, то чего вы не знаете? Отвечай!

Уэбб молчал. Эти люди из будущего с их идиотскими заблуждениями в отношении трогов вселяли в него чувство ужаса.

– Послушайте, – неуверенно начал он, но командир оборвал его.

– Нет, – сказал он, прищурив глаза, принимая решение.