Фредерик Браун – От убийства на волосок (страница 25)
— Его там нет, потому что они убили его, — Марта убежденно сказала Луизе.
Она вытолкнула инвалидную коляску в холл, а затем через входную дверь по нескольким ступенькам во двор. В почти непроницаемой темноте осеннего вечера выл ветер. Шуршали и скрежетали голые ветки деревьев.
Луиза испуганно заохала, но Марта, не обращая на это внимания, откатила сидевшую в коляске сестру по тропинке примерно футов на сто от дома. Затем она развернула коляску и поставила тормоза на колеса.
— Жди меня здесь. Я сейчас вернусь.
Марта похромала обратно к дому, не обращая внимание на доносившиеся из подвала умоляющие вопли. Закутавшись в пальто, Луиза ждала ее в темноте. Холодный ветер трепал платок на ее голове, словно иголками колол кожу лица. Вскоре Марта появилась, держа в руке узелок с пожитками.
— Марта! — закричала Луиза. — Я замерзаю. Что ты намерена делать?!
— Сейчас ты увидишь. — Марта, тяжело дыша, остановилась у нее за спиной и оперлась на свою трость. — Сейчас ты увидишь, Луиза. Внимательно посмотри на дом.
Луиза посмотрела. Сначала она заметила в боковом окне, где располагалась их комната, желтый язычок пламени. Несколько мгновений язычок колебался в нерешительности, затем взметнулся к потолку. Разрастаясь, он превратился в чудовище из огня, которое с каждой секундой продолжало увеличиваться, становясь все ярче и сильнее. Ветер своими порывами подгонял огонь и очень скоро все строение воспламенилось.
— Пожар! — крикнула Луиза. — Дом горит!
— Я разлила керосин из бидона, что стоял в холле, по полу нашей комнаты и подожгла его, — сказала Марта. — Не забывай: Эллен и Роджер намеревались убить нас. Они убили наших любимцев. Мы должны были как-то защитить себя. У нас не было другого выхода.
Голос Марты задрожал от напряжения.
— И запомни. Мы никому не скажем о том, что они замышляли и что произошло. Они наши родственники. Никто нам не поверит. Пусть все думают, что произошел трагический несчастный случай. Ты меня понимаешь?
— О, да, да! — ответила взволнованно Луиза. — Ты такая умная. Кто-нибудь увидит огонь и вызовет пожарную команду. Не так ли?
— Так. На пожар кто-то обязательно должен поспешить. Это был единственный способ позвать кого-нибудь нам на помощь. Единственный, учитывая нашу беспомощность. Теперь никто не помешает нам вернуться в наш особняк.
Старухи замолчали, наблюдая за пожаром. Они молча смотрели, как занялась огнем и рухнула крыша, а за ней и стены. Где-то вдалеке послышалась пожарная сирена.
— Мне так тепло от этого огня, — пробормотала Луиза, выставив вперед ладони с растопыренными пальцами навстречу пышущему смертью жару. — Мне так хорошо…
Когда, наконец, взвизгнули тормоза пожарной машины, и выскочившие из нее люди развернули шланги и другое оборудование, в сущности, им уже нечего было делать.
Горевшие в камине поленья уютно потрескивали. Марта и Луиза сидели в гостиной дома судьи Бекка, наблюдая за маленьким огнем и видя в нем счастливые картинки своего ближайшего будущего.
— Скоро мы снова будем дома, — тихо сказала Луиза. — Котята будут играть на ковре, и Мэри Томпсон украсит нашу компанию. Миссис Роджерс обещала прислать молодую женщину, которая за двадцать пять долларов в неделю будет работать у нас служанкой. Мы вполне можем себе это позволить.
— Нам определенно хватит денег, чтобы безбедно прожить до конца наших дней, — охотно согласилась Марта. — Кажется, судья идет.
Дверь открылась, но вместо человека в гостиную прокрался большой сиамский кот. Он прыгнул к Марте на колени и удовлетворенно замяукал.
— Тобби! — воскликнула Луиза.
— Тобби! — отозвалась эхом Марта.
— Я подумал, что кот станет для вас приятным сюрпризом, — сказал судья Бекк довольно сухим тоном, входя в гостиную. В свои шестьдесят лет он сохранил величественную осанку и держал себя очень прямо. — Что-то должно сглаживать даже самые тягостные минуты жизни. Один из пожарников подобрал кота недалеко от пепелища.
Судья пожал формально руки старухам и затем шумно просморкался в носовой платок.
— Извините, — сказал он. — Простудился еще до поездки в Бостон. Ужасный город. Шум. Суета.
— Как — вы были в Бостоне? — изумилась Марта. Ее рот внезапно побелел.
— Я там провел три дня. Зря потратил время, должен вам сказать.
Судья уселся в кресло и покачал головой.
— Какая трагедия! Деревянные дома — часто огненные ловушки. Но лучше уже не говорить об этом. Лучше не копаться в пепле, насколько я понимаю. Теперь, когда Роджера и Эллен не стало, я хочу поговорить с вами… о вас.
— О, с нами все в порядке, — заметила поспешно Луиза. Мы поселимся снова в нашем особняке. И мы хотим, чтобы Мэри Томпсон жила с нами. Она не должна оставаться больше ни одного дня в таком кошмарном месте, как интернат для престарелых.
Судья снова просморкался. Затем мрачно уставился на золотую цепь от своих карманных часов.
— Марта… Луиза… — Он сделал паузу. — Мне нелегко вам это сказать, но моя поездка в Бостон имела прямое отношение к вам.
Две пары блестящих от напряжения старческих глаз уставились на судью.
— Прямое отношение к нам? — переспросила одна из сестер.
— Да. Дело касалось того наследства, которое оставил ваш отец. Как известно, оно состояло из определенной суммы денег, которую вы давно потратили, и из акций и ценных бумаг одной из железнодорожных компаний в Торонто.
— И что же? — спросила Марта.
— В наши дни многие компании, особенно железнодорожные, переживают серьезные трудности. Та компания, чьими акциями вы владели, разорилась прошлым летом. Вот почему Эллен и Роджер забрали вас к себе. Они хотели заботиться о вас, учитывая, что вы остались без средств к существованию. Эллен взяла у вас доверенность на право распоряжения особняком и другим оставшимся имуществом для того, чтобы скрыть от вас, что вы разорены. Я давно хотел сказать вам правду, но ваша племянница отговорила меня, убедив, что это может вредно отразиться на вашем здоровье. Вот почему мы держали все в секрете.
Судья помолчал и сурово посмотрел на старух.
— Вы должны знать, Марта и Луиза. К несчастью для вас старый особняк непригоден для жилья. Признаться, мы даже не можем найти для него покупателя. У вас нет денег, чтобы привести особняк в порядок. У вас вообще нет никаких денег.
Судья опять умолк и затем вкрадчиво продолжил:
— Вы, очевидно, не раз удивлялись, почему Роджер и Эллен иногда что-то от вас утаивали, выглядели смущенными… Почти виноватыми. Не так ли? Теперь вы знаете. Они ничего не имели против вас. Они хотели вам только добра. Они любили вас…
Старухи переглянулись. Их охватил немой ужас. Ужас перед будущим.
— Нас ждет приют… — еле слышно пробормотала Луиза.
Другая смертница вообще не сказала ничего.
Бретт Холлидей
«Гринго»
Вы спрашиваете о «гринго» Торстоне? Да, сеньор. Я хорошо его помню. Я был среди тех, с кем он отправился искать нефть в горах.
Именно из этой экспедиции он не вернулся.
Вы спрашиваете, что с ним произошло? На этот вопрос трудно ответить что-то определенно. Даже мне, хотя я получил образование в Соединенных Штатах и приобрел репутацию одного из самых крутых парней на перешейке.
Я вас понимаю, сеньор. Вас послала страховая компания. Вы находитесь в Техаунтенеке, чтобы найти доказательства смерти Торстона.
Я вам расскажу всю эту историю. Так, как она известна мне. И вы уж сами сделайте вывод, имеются ли доказательства, которые вы ищете.
Усаживайтесь поудобнее здесь, на веранде, и послушайте внимательно. Много времени мой рассказ не займет. Следует, видимо, начать с того момента, когда «гринго» Торстон высадился на берег с корабля в Порто Бланко.
Может быть, вы были знакомы с ним? Нет? Высокого роста, широкоплечий, с холодными, как лед, глазами. Низким грубым голосом он отдавал приказы людям так, словно они были собаки. Людям, в чьих жилах текла голубая кровь испанских грандов вперемешку с кровью представителей индейских племен, владевших этой частью континента задолго до того, как она была случайно открыта сбившимся с курса итальянским мореплавателем.
Вы должны понять, сеньор. Мы, мексиканцы, медленно приходим в состояние гнева. «Гринго», высокомерные американцы, ошибаются, принимая эту медлительность за слабость или трусость, или что-нибудь подобное. Они осознают свои ошибки только тогда, когда уже слишком поздно.
Терпение, сеньор. Я расскажу вам историю о Торстоне. Чтобы понять конец этой истории, вы должны представить себе человека невежественного, грубого в обращении, с презрением в сердце к мексиканцам.
И то, как он смотрел на наших женщин, вовсе не свидетельствовало о его порядочности.
Он понятия не имел о тропиках. И, разумеется, заблуждался, принимая манеру одеваться наших женщин за приглашение к греху.
Терпение, сеньор. Я пытаюсь помочь вам четче разглядеть характер «гринго» Торстона. Так, как мы, жители Телуокана, его воспринимали… Таким образом, вы сможете лучше понять, что творилось в голове этого типа, когда он оказался в джунглях лицом к лицу с Лолитой Симпсон.
Да, сеньор. Сеньор Симпсон тоже американец, но не «гринго», как Торстон. Это маленький, лысый человек с добрыми глазами. Двадцать лет назад он приехал в Телуокан из Соединенных Штатов.
Возможно, вы с презрением подумаете, что он превратился в индейца. Да, это правда, что он взял себе в жены девушку из племени «хуриллос» — индейцев, обитающих в горах. Но она осталась верной ему. И я убежден, что сеньор Симпсон не сожалел о своем выборе.