Фрауке Шойнеманн – Тесса. Совершенно секретно! (страница 15)
– Ты ничего мне не говоришь! – упрекает он меня. – Ты не веришь, что визжал не я? Да? Признайся же, что ты мне не веришь! – ОК, очевидно, он всё-таки хочет выяснить детали.
– Что я должна тебе сказать? – вяло оправдываюсь я. – Я слышала резкие крики, пронзительный писк – люди так точно не пищат, только мыши. И как раз в тот момент, когда терьеры подбежали к колоннам, где находился и ты. Я тут же подумала, что они тебя ранили.
– Ага. – Гектор наклоняет набок голову. – Но позволь мне напомнить, что я вообще-то не единственный грызун в Берлине. Вероятно, терьеры напали на какую-нибудь из тех омерзительных крыс, которые тут бегают повсюду и жрут мусор, выброшенный туристами. – Он встряхнулся. – Обрати внимание, чего только люди не выкидывают – мороженое, шаурму, куски пиццы…
Неужели он серьёзно будет перечислять мне весь ассортимент? Я устала как собака и ужасно хочу спать!
– Гектор, умоляю, не отвлекайся. Если ты в самом деле не столкнулся с теми терьерами, тогда просто расскажи мне, что там за тени были в другой стороне портала. Ты ведь ради них побежал туда. Короче, там действительно была Миа?
Кончик мышиного хвоста дёрнулся туда и сюда.
– Честно говоря, я не знаю!
– Не знаешь?! Но я думала, что у тебя суперчутьё. Или собаки всё-таки тебя помяли и ты был вынужден бежать?
Вместо ответа раздалось возмущённое сопение.
– Нет! Сколько тебе ещё говорить: собаки меня не настигли! Но тени быстро исчезли, и я не успел пустить в ход моё чутьё. Возможно, Яша и Пелле напали на тени, вот поэтому и раздался визг, который ты слышала!
Конечно! Именно так всё и было! Но спорить с мышью дальше просто бесполезно.
– И как же ты добрался до отеля? – спрашиваю я. – Я искала тебя всюду. Я ужасно волновалась.
– Как я уже сказал, это было лишним. После неудачи в соборе я просто побежал к отелю короткой дорогой.
– Значит, на Жандарменмаркт ты совсем ничего не заметил такого, что помогло бы нам продвинуться в нашем расследовании? – разочарованно спрашиваю я.
– Ну нет, кое-что интересное я всё-таки нашёл. – Тут он многозначительно замолк. Ох, зачем все эти выкрутасы?
– Так говори же наконец! – рычу я с досадой. Ведь у меня был очень тяжёлый день и ещё более тяжёлая ночь. У Гектора дёргаются усы. Потом он прыгает с кровати.
– Пойдём, я покажу тебе! – пищит он, причём довольно радостно. Я тоже выползаю из-под одеяла и плетусь за ним в гостиную. Он вскакивает на диван и показывает на приставной столик.
– Вот!
Я гляжу на крышку стола, но, кроме опустевшей конфетной коробки, цветов и старого бумажного пакета с логотипом «Адлона», там ничего нет.
– И что?
– Вот же, на столе! – настаивает Гектор.
– Где? Я ничего не вижу!
– Бумажный пакет!
– Что в нём такого? Пакет как пакет. – Я абсолютно не понимаю, что хочет мне показать эти глупая мышь. А Гектор фыркает, трясёт головой и прыгает с дивана на столик.
– И-и-и-и! – Он стучит лапкой по пакету. – Ты погляди на него!
– Ну бумажный пакет из отеля «Адлон». Здорово. И что в нём такого?
– Ведь я нашёл его там! Возле колонн! – Гектор выпрямляется во весь свой рост и взволнованно пищит: – Ты понимаешь? Тот человек, стоявший в тени у колонны, он был перед этим в «Адлоне». Прямо перед тем как примчались собаки, я нашёл этот пакет на полу. Я хоть и не умею читать, но увидел этот символ. – Верно. Логотип «Адлона» ни с чем не спутаешь. Даже если не умеешь читать, всё равно легко узнать Бранденбургские ворота с шестью колоннами и квадригой. Гектор снова с гордостью показывает на картинку. – Вот! Поэтому я и притащил пакет сюда. Для тебя!
– Хм. – Больше я ничего не говорю, так как у меня нет уверенности, что это сообщение действительно тянет на категорию «топ». Может, скорее на «шлёп»? Я задумываюсь. Ясно, что одна из тех теней положила что-то на пол. Не этот ли пакет? А если да, то что лежало в нём? Или по-прежнему лежит? Я беру пакет со стола и заглядываю в него. На дне пакета я вижу только парочку камешков. Я вынимаю их и подробно разглядываю. Три маленьких серых камешка и странный пакет. Успех? Вряд ли. Короче, под успехом я представляю себе нечто другое. Я снова бросаю камешки в пакет и кладу его на стол.
– Ну скажи же что-нибудь, – настаивает Гектор, – ведь это сенсационное открытие, верно? По-моему, это подтверждает, что мы идём по верному следу.
– А по-моему, это доказывает лишь то, что на Жандарменмаркт побывал какой-то гость нашего отеля, – поправила я Шерлока Гектора. – И никакой сенсации я не вижу. Всё-таки «Адлон» довольно большой отель и в нём полно постояльцев. А Жандарменмаркт за углом от него. Например, я встретила там Джея. Может, он и оставил там пустой пакет.
– Что ещё за Джей? – спросил Гектор. – Тот танцор, от которого ты без ума?
– Первое – да. Второе – нет.
– Первое и второе? Я ничего не понял.
– Итак, первое – да, Джей – танцор, который в клипе дарит Ким колье. А второе – нет, я вовсе не считаю его таким уж неотразимым.
Гектор игнорирует моё «второе» и сразу цепляется за «первое».
– Ха! Вот видишь? Всё сходится. Этот Джей был на Жандарменмаркт и обстряпывал там какие-то свои тёмные дела. А танцором он стал лишь для прикрытия. Точно тебе говорю! Возможно, в этом пакете лежал ещё и пистолет. Оружие, которое ты нашла у Ким, наверняка не единственное у них.
– Ой, ой, успокойся, бурый дружок! – рассмеялась я. – Скорее, Джей принёс в пакете бутерброд с колбасой. И те тени не имеют к этому никакого отношения. – Я умолчала о том, что встреча с Джеем мне тоже показалась странной.
– Ах, так? Зачем тогда Ким написала в той записке «Жандарменмаркт»? Нет, это мутная история, говорю я тебе!
– Возможно. А возможно, и нет. Ты ведь ещё не знаешь, что со мной было этой ночью. И в той истории участвовали также Миа, Ким и Алекс. Ты не поверишь своим мышиным ушам, когда я расскажу тебе! По сравнению с этим твой бумажный пакет – так, мелочь!
– Да? – Гектор обиженно фыркает и прыгает со стола на диван, а оттуда на ковёр. – Это не
– Ой, ладно тебе, не сердись! – Я наклоняюсь и поднимаю Гектора, и вдруг он громко пищит.
– А-УА!
Я в испуге снова опускаю его на ковёр.
– Извини, я сделала тебе больно?
Гектор ничего не говорит, лишь трёт брюшко. Теперь я беру его с большой осторожностью и смотрю, в чём дело. Оказывается, у него на брюхе рана, причём довольно свежая.
– Ой-ой-ой! – пугаюсь я. – Ещё раз извини, я не знала!
Гектор вздыхает.
– Вообще-то, я не хотел говорить тебе. – Он закрывает глаза и гладит лапками усы.
– Всё-таки те собаки? – спрашиваю я.
Он кивает:
– Да. Ужасная досада.
– Но почему же? Ведь ты ничего не мог поделать.
Беговая мышь, кажется, пожимает плечами. Воображаемыми.
– Плохо для имиджа, на мой взгляд.
Я качаю головой:
– Гектор, ты самая храбрая и мужественная мышь, каких я знаю. И самая хитроумная!
– Правда? – Гектор склоняет набок голову. – А сколько ты знаешь мышей? Много?
Я смеюсь и несу его к моей, точнее к
– Тебе просто повезло! – говорю я.
– Повезло? Я не назвал бы это везением. Но, ясное дело, собаки меня всё-таки не сожрали.
Я снова осторожно глажу брюхо Гектора, и он вздрагивает.
– Знаешь, я должна очистить рану. Нельзя допустить, чтобы она воспалилась.
Гектор тяжело вздыхает и вроде хочет что-то возразить, но молчит. А я ищу в ванной, чем можно обработать рану, и останавливаю выбор на одной из пушистых салфеток, лежащих под раковиной. Растворяю в тёплой воде немного фирменного мыла, источающего благородный аромат, и обмакиваю в него уголок салфетки. Другой конец смачиваю чистой водой и возвращаюсь в спальню. Там я осторожно протираю мыльным концом салфетки запёкшиеся края раны, затем промываю рану чистой водой и убираю влагу сухим краем. Тихие стоны Гектора говорят мне, что ему больно, но он терпит. Действительно настоящий герой!
– Так, готово. Теперь ничего не должно воспалиться. Но если рана нагреется или начнёт дёргать, сразу скажи мне об этом, понял?
– Всё ясно, шеф!