Фрауке Шойнеманн – Код «Цветок лотоса» (страница 9)

Ничего себе – «крысиный шеф»! Нет, всё-таки Гектор вешает мне лапшу на уши! История с этими крысами тоже какая-то странная. С другой стороны, я вот сижу сейчас тут и разговариваю с монгольской песчанкой. Если я расскажу об этом Тимо, он мне тоже не сразу поверит.

– Что же будет дальше? Твои новые друзья рассказали тебе и об этом?

– Ясное дело. В последние пару дней Паульсен лихорадочно куда-то звонил. У него были большие неприятности с его собственными боссами, которые стоят за всем этим бизнесом. Ведь они давно уже продали тот товар, а теперь не могут его поставить. К счастью, он уже сумел каким-то образом организовать замену.

Я качаю головой:

– Боже мой, Гектор, ты говоришь так, словно это какой-то совершенно нормальный товар.

Мышиный хвост нервно дёргается.

– Для них это самый обычный товар. А теперь слушай, я сообщу тебе бомбу. Новая партия должна прибыть в субботу утром в Гамбургский порт. И на этот раз Паульсен должен встретить её лично для гарантии, что ничего с ней не случится! Мы поймаем его in flagranti и заставим отвести нас к его хозяевам.

– In flagranti? – Что-то итальянское, но я уверена, что Гектор имеет в виду не итальянскую пиццерию, в которой мы застукаем Фите Паульсена за поеданием спагетти.

– В переводе это означает «с поличным», – поясняет мне хитроумная мышь. – Мы застукаем его, когда он будет собственноручно перегружать товар в свой фургон.

– Звучит классно. Вот только тут есть один недостаток.

– Какой именно?

– Вот какой – утро субботы. Сейчас четверг, 18 часов. Значит, у нас нет даже двух суток. Как мне убедить остальных в твоей версии? А если они поверят, то разве мы успеем спланировать операцию за такой короткий срок?

Гектор снова дёргает кончиком хвоста – думает. Но недолго:

– Ты просто сошлись на меня: скажи, что я сообщил тебе об этом.

– Супер! Фантастика! Как я сама не додумалась до этого? – Я сажаю Гектора на пол и хлопаю в ладоши. – Конечно, я так и поступлю. Расскажу Марианне, что мне сообщила об этом одна мышь, которая узнала от крыс, что кузен их главной крысы работает в порту и услыхал, что в субботу Фите Паульсен получит свой «горячий товар».

Гектор недовольно крутит носом.

– Нет, не совсем так.

– Ах, нет? И как же нужно? – Мне не удаётся подавить смех.

– Нет. Вероятно, ты плохо меня слушала. Кузен лишь сообщил, что Паульсен «подмазывает» кого-то в таможне. Об истории с новой партией запрещённых веществ крысы сами услыхали в клубе. Ты так и расскажи Марианне.

– Да? В самом деле? Я расскажу ей это, чтобы она сообщила в полицию, и тогда в субботу в порту пройдёт ещё одна спецоперация!

– Верно. Теперь ты всё поняла.

От неудержимого хохота я больше не могу проговорить ни слова. Смеюсь и не могу остановиться. Пытаюсь перевести дух – не получается. Я сползаю на пол, ложусь на спину и постепенно успокаиваюсь. Гектор прыгает мне на живот, перебегает на грудную клетку и останавливается у моего подбородка. Там он твёрдо глядит мне в глаза.

– Тесса Нойманн, я не понимаю, что тут смешного? Нам вообще нельзя терять ни минуты. Короче, шевелись, созывай «Бешеную четвёрку»! Немедленно!

7

На свой страх и риск

Как я и ожидала, никто из «Бешеной четвёрки» не захотел со мной встретиться. Ким, Миа и Алекс просто отмахнулись, когда я позвонила им и попросила пойти со мной в клуб ещё раз. Ясно, что мои доводы были не слишком убедительными – я сказала, что хочу ещё раз вместе с ними взглянуть на сцену, потому что очень волнуюсь. Не могла же я им выложить правду: что некая монгольская мышь-песчанка сообщила мне результаты своей разведки, и поэтому я считаю, что мы должны срочно установить наблюдение за Паульсеном. Правда, Гектор смотрит на это по-другому, но я почти уверена, что поступила правильно, когда решила ничего и никому не говорить о нём.

Сегодня не состоится и наше плановое вечернее совещание с Марианной, так как из-за новой операции изменён весь план. Только одна вещь остаётся, к сожалению, прежней, как и было предусмотрено в понедельник в моём расписании: завтра утром я должна снова ехать с Максом на испытательную трассу и сесть за руль. Вчерашний и сегодняшний день выпали, так как для меня пришлось заказывать новый учебный автомобиль. Прямо хоть плачь! Пожалуй, всё-таки ремесло секретного агента – не моё призвание.

Я решаю пораньше лечь спать. По-моему, 19 часов – подходящее время. Я выуживаю из шкафа чистую пижаму. Гектор неодобрительно глядит на меня со своего излюбленного места на моей кровати.

– Значит, ты пошла на попятную?

– Да. Ты ведь слышал, что сказали девчонки. Они отказались встретиться со мной сегодня вечером. К тому же мой будильник зазвонит без десяти четыре. Пока ты тут будешь дрыхнуть в тепле и уюте, я буду кататься на испытательной трассе с абсолютно ужасным типом.

– Фьюить! – Гектор свистит сквозь свои острые зубки. – Не надо себя жалеть! И самое главное – не надевай эту жуткую пижаму. В ней ты не выйдешь из дома.

– Зачем? Я не собираюсь выходить из дома. Я хочу лечь спать. И немедленно.

Ужасная мышь качает головой:

– Об этом вообще не может быть и речи. Если твои тупые подружки-агенты заканчивают работу в 18 часов – их дело! Мы не должны оглядываться на эту нелепую рабочую мораль и поедем в клуб одни. Соберём там улики. Ты сунешь их Марианне под нос и убедишь её, что вам надо немедленно действовать – пока не поздно!

Теперь моя очередь качать головой. И очень энергично.

– Гектор, мне тринадцать лет. Каким образом я попаду в клуб? Не то что в пижаме, даже в джинсах! Исключено.

– Чепуха. Ты звезда. Ведь ты слышала, как вас хвалила эта самая фрау Редлих?

– Но ведь я не доберусь до фрау Редлих. Меня тормознут уже на входе. Никаких шансов!

Гектор склоняет голову набок и явно размышляет:

– ОК, тогда нам нужна поддержка. С какого возраста пускают в клуб?

Я пожимаю плечами.

– Не знаю. Думаю, что с шестнадцати, никак не меньше. Да и тогда там можно оставаться только до десяти часов вечера. Во всяком случае, мне так кажется.

– Сколько лет твоему поклоннику?

– Какому поклоннику?

– Ну этому Тимо.

Я закатываю глаза:

– Он не мой поклонник.

Гектор сердито сопит:

– Абсолютно без разницы. Сколько лет Тимо?

– Пятнадцать.

– По-моему, он выглядит старше, правда? Тогда он сможет зайти в клуб и позовёт эту Ину, а та, в свою очередь, проведёт тебя внутрь как ВИП-гостя.

– Даже если Тимо сойдёт за шестнадцатилетнего – у него всё равно потребуют удостоверение личности.

Тут Гектор прижимает лапки к мордочке и раскачивается всем телом. Выглядит это весьма драматично – словно он скорбит об утере близкого человека.

– Гектор, всё в порядке? – испуганно спрашиваю я.

Он застывает, опускает лапки и смотрит на меня.

– Нет, не в порядке. Я тут оказался в плену у персоны, которая всегда видит одни лишь проблемы и никогда не видит шансов. Я подношу ей на блюдечке готовые решения, а она их просто игнорирует.

Что такое? Он говорит про меня?

– Неправда! – огрызаюсь я. – Я только сказала, что, скорее всего, не смогу попасть в клуб «Лотос». И причина не в том, что я такая трусиха, а в том, что в Германии строгие законы, касающиеся подростков.

Гектор ничего не отвечает – снова начинается дурацкое виляние хвостом. Оно безумно раздражает меня! Я гляжу на него двадцать секунд, потом сердито хватаю телефон. Всё равно мышь не оставит меня в покое! Решительно набираю имя в поисковике своего смартфона и жду, когда услышу знакомый голос.

– Привет, Тесса! – Тимо ужасно удивлён моим звонком.

– Э-э, да, привет! Скажи, может, у тебя найдётся сегодня время? Давай сходим в клуб «Лотос»? Мне очень нужно взглянуть на зал, когда в нём посетители, а то я буду слишком нервничать на предстоящей репетиции.

Молчание. Неудивительно. Конечно, Тимо думает, что у меня крыша поехала.

– Прямо сейчас? Сегодня вечером? С тобой?

– Правильно. Скажем так – через час? Было бы классно!

– Но ведь… нас не пустят внутрь, правда?

– Ну да, ты должен будешь сказать, что тебе шестнадцать. Менеджер меня знает. Я думаю, если ты скажешь ей про меня, она пустит нас с тобой.