Фрауке Шойнеманн – Генри Смарт, пицца и магические сокровища (страница 23)
Я вздыхаю:
– Ладно, теперь уже ничего не изменишь. А вы хоть примерно представляете, что Робин Гуд мог сделать с ложкой?
– Конечно нет. – Он качает головой. – Где-то дня через три после этого я умер. Мне не довелось оценить этого хитроумного господина по его деяниям.
Плохо. Очень плохо. Я вопросительно смотрю на госпожу Урдман. Может, она что-нибудь видела, когда смотрела в прошлое?
Она откликается на мой взгляд:
– Туманы приходят, туманы уходят. Ты видишь лишь то, что можешь, насквозь проходя.
Ага. Если это и есть ответ на мой незаданный вопрос, то можно сказать, что миссия «Сокровища короны» только что закончилась провалом. Полным!
Интересно, отвинтит мне Вотан голову, когда я доложу ему о результате нашей поездки?
Хильда собирается уходить:
– Пойдём, здесь мы, похоже, больше ничего не выясним. Если Урд ответственно заявляет, что не видит конкретного предмета, то ничего уже не изменится. К сожалению. Я устала. Возвращаемся в Лондон.
– А как же я? Вы же собирались приумножить мою посмертную славу, если я вам помогу!
Я пожимаю плечами:
– Ну, я, конечно, расскажу дома парочке приятелей, что вы были совсем не таким ужасным типом.
– ЧТООООО?!
Очевидно, это не тот ответ, который рассчитывал услышать дух короля Джона. Но он не успевает как следует возмутиться по этому поводу – мы уже отправляемся к парковке.
– Уэ-э-э! – Зигфрид, сладко зевая, потягивается на сиденье. Мы только что разбудили его и рассказали о последних событиях. – Значит, много шуму, мало толку? Так сразу было ясно, что ничего не выйдет: ведь дамы отправились на дело без меня.
– Эй, я тоже там был, а я не женщина! – возмущаюсь я.
– А вот в этом я не уверен, малыш! Ты мне частенько представляешься крошкой-девчушкой.
– Ты, как всегда, очень остроумен, Зигфрид, – сухо констатирует Хильда. – А впрочем, Генри может расценивать твои слова только как комплимент. Ты же знаешь старую поговорку: если хочешь услышать слова – спроси мужчину. Если хочешь увидеть дело – спроси женщину.
– На что это ты намекаешь?! – вскидывается Зигфрид. Хильда усмехается, и, не дожидаясь, пока она отпустит очередную шпильку в адрес Зигфрида, я снова вмешиваюсь:
– Прекратите ругаться! Как в детском саду! Так мы уж точно этого Альбериха не опередим. Может, у кого-нибудь есть идея, что нам теперь предпринять?
В машине все молчат, а затем Фэй Морган вздыхает:
– Вот если бы можно было отправиться в прошлое! Тогда бы мы спросили у самого Робин Гуда.
– Именно! – аплодирует Зигфрид. – И почему нам это сразу в голову не пришло?! Урд, ты же умеешь! – возбуждённо восклицает он. – Я имею в виду – путешествовать в прошлое. Ты же это уже делала – ну, тогда, в той истории с Цезарем.
Госпожа Урдман фыркает:
– Ну да, я помню. Но помнишь ли ты, какие из-за этого возникли неприятности? Одна эта истеричка Клеопатра чего стоит… Нет, спасибо, путешествие в прошлое – плохая идея.
– Но вы только подумайте – нам действительно представилась бы возможность найти ложку до того, как это сделает Альберих, – напирает Фэй. – Нам стоит всего лишь отправиться в Кингс-Линн 1216 года и понаблюдать за тем, как передают ложку. А потом мы последуем за Робин Гудом и узнаем, что с ней случилось дальше. Или ещё лучше: мы просто возьмём её с собой в будущее.
– Нет! – вскрикивает госпожа Урдман так громко, что я вздрагиваю. – Колесо времени ты открутишь назад, но курс не меняй! Коль принесёшь сокровище из древности – ждёт тебя погибель!
О господи! Неужели нельзя выражаться яснее?!
– Так вы можете сейчас отправиться в прошлое или нет? – допытываюсь я.
Вместо госпожи Урдман отвечает Хильда:
– Да, может. Но, как ты только что слышал, в прошлом нельзя ничего менять. Потому что это изменит ход времени, а значит, и настоящее. Короче: если, к примеру, Зигфрид в прошлом что-нибудь учудит, это может привести к очень неприятным последствиям для всех участников, а вероятность того, что он что-нибудь учудит, не так уж и мала.
– Ну уж! – бурчит Зигфрид.
– С другой стороны, – настаиваю я, – если мы не отправимся в прошлое, это тоже может иметь очень неприятные последствия для будущего. А именно – в лице Альбериха, который, найдя ложку, добьётся мирового господства. И тут, я считаю, мисс Морган всё-таки права.
– Вот-вот! – восклицает та. – И поэтому нам нужно действовать как можно быстрее.
Госпожа Урдман по-прежнему выглядит не слишком убеждённой, но Хильда всерьёз задумывается:
– Если бы знать, что Зигфрид не наломает дров, тогда да…
– Ну, с меня довольно! – набрасывается он на неё. – Можешь приставить ко мне надсмотрщика, раз уж ты так боишься, что я приведу мир к катастрофе. – Распахнув дверцу, он выскакивает из машины и, громко ругаясь на древнегерманском, с размаху ударяет кулаком по крыше. Зигфрид явно не слишком хорошо воспринимает критику.
Фэй Морган, опешив, откашливается:
– Что ж, если вы опасаетесь, что Зигфрид в прошлом наделает глупостей, тогда… ну, в общем, может, и мне отправиться с вами? Думаю, я ему нравлюсь, и если я буду рядом, то смогу последить за ним, чтобы он не горячился. Предполагаю, он даже не заметит, а будет думать, что я не отхожу от него ни на шаг, потому что считаю его просто неотразимым, – она хихикает.
Странно. Я ведь тоже подумал, что Фэй считает Зигфрида неотразимым. Выходит, вовсе нет?
– Генри, ты меня слушаешь? – В голосе Хильды слышится явный упрёк.
– Прости, что?
– Ворон считаешь? Я только что сказала, что нахожу предложение мисс Морган не таким уж плохим.
– Какое предложение?
– Ну, что она незаметно последит за Зигфридом. Да, Урд?
Госпожа Урдман в раздумье покачивает головой:
– Эта поездка – рискованное дело. Очень рискованное! – Она замолкает.
А у меня мурашки по коже.
Глава 21
Путешествие во времени!
Но как?
И главное – на чём?
Зигфрид, в отличие от меня, в восторге. Теперь мы все, выйдя из машины, обсуждаем путешествие во времени.
– Ну, наконец-то дело приобретает размах! – радостно восклицает Зигфрид. – И здорово, что ты едешь с нами, Фэй! Я тоже обещаю как следует присматривать за тобой. Когда я рядом, с тобой ничего не случится. Даю честное слово – слово героя!
Хильда усмехается, но молчит. Зато говорит госпожа Урдман:
– Герой героем, а всё-таки это опасно. И не так просто. Во-первых: для начала мне нужно точно знать, куда нам нужно попасть. Во-вторых: мы обязательно должны вернуться в определённое время, иначе останемся в прошлом гораздо дольше, чем хотелось бы.
– Никаких проблем! – сверхспокойно откликается Зигфрид.
– Да неужели? – Госпожа Урдман вздёргивает левую бровь. – Значит, ты можешь сказать мне, в какой именно день король Джон передал Робин Гуду ложку и где?
Зигфрид пожимает плечами:
– Ну так, приблизительно. Примерно восемьсот лет назад, где-то тут рядом.
Урд качает головой:
– Нет, мне этого недостаточно. Потому что если мы попадём хотя бы на день позже, всё теряет смысл. Мы не сможем просто вернуться на день назад. Однажды попав в прошлое, мы живём там по законам обычного времени.
– Секундочку! – вступаю я. – Король Джон сказал, что посетил своих людей на отмели. Считается, что обоз затонул там двенадцатого октября 1216 года. Он встретился с ними за день до этого. Значит, нам нужно попасть в одиннадцатое октября и подождать, пока не увидим, как король Джон тайно встречается со своими солдатами. После этого мы отправимся следом за ним, найдём таким образом Робин Гуда и увидим, что он делает с ложкой.
«
– Ну хорошо, Генрих, допустим, это так, – признаёт госпожа Урдман. – Но по-прежнему остаются «в-третьих» и «в-четвёртых». Само перемещение и возвращение.
– Что вы имеете в виду под «перемещением»? Вам опять придётся носиться по кругу и петь какую-то странную песню?
– Генрих, я не ношусь, а хожу! И я не пою странные песни, а разговариваю с существами из прошлого! – сердится госпожа Урдман. – А чтобы переместиться в прошлое, я действительно должна