Франциска Вудворт – Строптивица для лэрда (страница 38)

– Дура ты! – в сердцах сказала я и пошла к лошади. Сев на Лань, я, не прощаясь, уехала. Спину мне прожигал ненавидящий взгляд.

Глава 12

«Повезло» Минаху с дочуркой. Какие бы страсти о нем ни рассказывали, но не был он похож на жестокого человека. Чувствует он свою вину перед дочерью за мать, поэтому во всем ей и потакает. Да и не женился из-за этого. Если бы действительно хотел, то настоял бы на своем, и дочь ему не указ.

Если Даяна не образумится, то не будет у нее счастливой супружеской жизни, ведь с мужем надо на компромиссы идти да чуткость проявлять, а эта девица только себя понимает.

Задумавшись, я и не заметила, что Лань уже давно идет шагом. Вдруг она заржала, вскинув голову, и я встрепенулась. На дороге стоял неопрятно одетый и явно нетрезвый мужчина.

– Куда спешишь, красавица? – оскалился он щербатым ртом.

Я посмотрела по сторонам, оглянулась. Как назло, людей вокруг видно не было.

– Не ваше дело! – отрезала я и ударила пятками по бокам лошади, желая скорее его обогнуть.

Но он изловчился и перехватил поводья. Впервые в жизни я пожалела, что у меня нет хлыста.

– Я тут слышал, что ты хорошо мужчин оглаживаешь, хочу, чтобы и меня уважила, – заявил пьянчуга.

– Совсем охренел?! – рявкнула я. – Сейчас так уважу, что последних зубов лишишься!

– Значит, не хочешь по-хорошему… – оскалился он и начал стаскивать меня с седла.

Я зарядила ему ногой в лицо, но удар получился смазанный, я потеряла равновесие и завалилась на него.

Не знаю, чем бы это закончилось, но нашу молчаливую борьбу нарушил окрик:

– А ну, оставь девушку в покое!

Мужик так резко отскочил от меня, что я брякнулась коленями на землю. Меня подхватили сильные руки и заново усадили в седло.

– Ты в порядке? – спросил Курдаган, и я кивнула.

– Ты чего ее защищаешь? Она и тебя оглаживала? – ощерился мужик.

Резко развернувшись, кузнец врезал ему так, что тот отлетел на несколько метров и рухнул возле придорожных кустов. Тяжело поднявшись на четвереньки, мужик сплюнул кровь. Курдаган подошел к нему и, схватив за грудки, придал вертикальное положение, при этом ноги забулдыги болтались в воздухе, не касаясь земли.

– Если ты в ее сторону хоть косо посмотришь, то тебе не жить. Понял? – с тихой угрозой спросил здоровяк.

«Жаждущий массажа» дергал всеми четырьмя конечностями и хрипел, так как ворот рубахи душил его. С брезгливым выражением Курдаган отбросил мужичка опять в кусты.

– Ты почему так долго? – спросил он, возвращаясь ко мне.

– Минах спину сорвал, пришлось задержаться и помочь.

– Помочь… – перекривил меня пьянчуга, уже выбравшись из зарослей и встав на ноги. – Оглаживала она старосту нашего, мне дочь его все рассказала!

Так этого вонючку Даяна послала?! Ну, держись, гадина!

– Ринус, если еще раз свою пасть откроешь и хоть одно плохое слово о ней скажешь, я с тобой по-другому поговорю, – процедил вмиг побледневший Курдаган.

До мужика наконец дошло, что с ним не шутят, и он, струхнув, опять шлепнулся задницей на землю.

Курдаган взял мою лошадь под уздцы и повел за собой.

– В мою кузницу можешь забыть дорогу, – бросил он поселянину напоследок.

Тот что-то пробубнил в ответ, но мы не расслышали.

– Испугалась? – спросил меня Курдаган, когда мы отъехали.

– Нет, все в порядке. Ты вовремя, иначе пришлось бы самой ему зубы пересчитать.

Здоровяк бросил на меня удивленный взгляд и не сдержал улыбки.

– А ты боевая, – с одобрением произнес он.

– А ты сомневался? – Я усмехнулась, но на сердце потеплело оттого, что этот мужчина беспокоился обо мне и пошел проверить, почему я задержалась.

– Подожди, я спешусь, – попросила я кузнеца.

После пережитого инцидента возникло желание послать лошадь в галоп и забыть происшедшее, но не оставлять же Курдагана. Поэтому решила лучше пройтись с ним рядом.

– Расскажи, что произошло у Минаха? – попросил он, помогая мне слезть с Лани.

– Опять спину потянул. Я зашла в дом, Даяны не было, а он лежит пластом и стонет. Ну, я и сделала ему массаж, чтобы боль отпустила. Потом влетела Даяна и начала обвинять меня во всех смертных грехах. Настолько с ума сошла, что и этого забулдыгу подослала.

– Так это она?! – недобро сощурился кузнец.

– А кто ж еще? Ринус же сам сказал, что ему Даяна о массаже отца доложила.

Курдаган о чем-то задумался, а потом произнес:

– Надо Минаху рассказать о том, что она вытворила. Негоже, чтобы девчонка твое имя трепала. Такая может быть хуже ядовитой змеи.

– Да поздно ее уже воспитывать, не послушается она отца. Я припугнула ее тем, что если начнет чернить меня, то Минаху придется на мне жениться, так как моя репутация пострадала по его вине. Думаю, для Даяны это страшнее всего будет, – рассмеялась я.

– Ты бы хотела выйти за старосту замуж?

– Если для того, чтобы самой заняться воспитанием его дочурки, – кровожадно произнесла я, но, увидев напряженный взгляд Курдагана, ответила уже серьезно: – Нет, конечно! У меня другие планы. Надо встретиться с подругой и узнать, есть ли шанс вернуться домой.

Дальше разговор перетек на тему моего «волшебного» появления в этом мире. Курдаган хотел знать подробности, и я не стала ничего скрывать.

Не задерживаясь у кузницы, мы сразу прошли к дому.

– Ну, где вы так долго? – с порога спросила Аглая. – Мы уже на стол накрываем.

В горнице действительно витали умопомрачительные запахи выпечки и жареного мяса. Только сейчас я поняла, насколько проголодалась.

– Давайте к столу, – произнесла Марьяна, одарив меня и внука внимательным взглядом.

Помыв руки, мы сели на лавки. Аглая чувствовала себя раскованно и щебетала без умолку. Да и Марьяна сегодня была намного приветливее, чем в прошлый раз.

Ужин прошел чудесно. Не сговариваясь, мы с Курдаганом умолчали об инциденте на дороге. Старушка обратила внимание на то, что слишком много народу зачастило в кузницу, и я не удержалась, чтобы не поддразнить по этому поводу ее внука.

– Готовьтесь, у меня уже спрашивали, не поила ли я его, – сообщила по секрету Марьяне.

– А ты поила? – тихо спросила она, бросив на меня острый взгляд.

– Да вы что?.. Третьего мне не простят, – хихикнула я и вкратце рассказала Марьяне на ушко, каким образом заполучила двух «женихов».

Выслушав, она прошептала:

– Ты не знала наших обычаев и сделала это без умысла.

Ура, первая женщина, которая меня поняла! Неужели лишь в преклонном возрасте мы становимся мудрыми? Ведь всех остальных интересовал лишь сам факт «испития», а не как это произошло.

Но следующий вопрос старушки поверг меня в ступор:

– Может, тебе стоит присмотреться и сделать уже осознанный выбор?

Это она о чем?.. Поить еще кого-нибудь я желания не имела. Пришлось ответить, что в моих ближайших планах лишь поездка в город и встреча с подругой.

Марьяна сразу сменила тему и начала расспрашивать, умею ли я читать, писать и какое образование получила. В итоге уровень моей подготовки ее удовлетворил, и я была награждена уважительным взглядом.

Мы с Аглаей помогли старушке убрать со стола. Кстати, пироги удались на славу. Марьяна еще отложила нам с собой, что оказалось очень кстати. Думаю, Кора хотела бы их попробовать, после моих-то восхищенных рассказов.

Затем Курдаган принес шахматы, и мы уселись за стол, а Марьяна устроилась с Аглаей на лавке с вышиванием.