Франциска Вудворт – Принц Дома Ночи (СИ) (страница 21)

– Конечно, не бросишь, тебе нужны дети, и ты сделаешь все, чтобы их получить, – передернула плечами я, – но вел бы ты себя так же, если бы я не могла иметь детей? Дорожил бы ты мной лишь ради меня самой, а не ради того, что я должна тебе дать? – Я видела, что он меня не совсем понимает, но не знала, как донести до него свою мысль. Как человеку объяснить разницу между чувством и желанием?

– Скажи, твой отец любит свою шелани или жену? – поинтересовалась я.

Воран удивился, и было видно, что мой вопрос сбил его с толку.

– Он не понимает такого понятия, как любовь, да и я тоже. Мы дорожим и оберегаем наших шелани и уважаем жен. Мне кажется, это лишь еще одно определение желания, – осторожно ответил он, как видно, опасаясь моей реакции.

Для меня же все встало на свои места, все те нюансы его поведения, что я чувствовала, но не могла выразить словами.

– Мой отец очень сильно любил мою мать, – с гордостью ответила я. – Она не могла иметь детей и была из простой семьи, что с вашей точки зрения делало ее абсолютно бесполезной. Вот только для него существовала лишь она одна, и это выражалось в каждом его взгляде на нее. Он не бросил ее, не заменил на другую, которая бы нарожала ему кучу ребятишек. Они удочерили меня и любили всем сердцем, я счастлива и горжусь такими родителями! Увидев пример таких отношений, я не удовлетворюсь меньшим.

Уверена, что ты никогда не сможешь понять этого и его поведение для тебя абсолютно нелогично. Поэтому ты никогда не будешь в моем сердце, и я не приду добровольно в твою постель, – заключила я, вставая.

Он тоже поднялся.

– Ты забываешь, что у тебя нет выбора! – резко бросил он, прожигая меня взглядом.

– Ты слишком доходчиво мне это объяснил! – в том же тоне ответила я. – Зато выбор есть у тебя – или отпустить меня, или действительно насиловать каждую ночь. В таком случае мне остается надеяться лишь поскорее сойти ума! – выпалив это, я вышла из комнаты, больше не в силах находиться с ним рядом.

Глава 5

Чтобы избавиться от тяжелых мыслей, я занялась домашними делами, стараясь избегать Ворана. Прошло несколько часов, и мне удалось немного отвлечься, но в довершение всех бед мне позвонила Аманда. Выслушав ее тираду о моем распутном поведении – имелось в виду мое фото с Кристофером – она перешла к вопросу о том, действительно ли я являюсь шелани принца. Мне пришлось это подтвердить. Ситуация усугубилась еще и тем, что в дверях появился Воран и начал прислушиваться к разговору.

– Кристина, ты понимаешь, что это недопустимо?! – воскликнула она.

«Неужели она на моей стороне?» – удивленно подумала я, не ожидавшая такого от Аманды.

Но она продолжила, развеяв в прах все мои надежды.

– Может, на Зеймахе это и честь, – язвительно произнесла она, – но на Земле это значит быть любовницей. Такое положение аморально и недопустимо. Ты согласна со мной?

– Да, – выдавила я.

– Я рада, что ты сама все понимаешь, – радостно произнесла она. – Я подготовлю все документы по опеке над Эрин и пришлю их тебе. Рада, что ты понимаешь, что лучше для ребенка.

– О чем вы?! – не осознавая еще, к чему она ведет, воскликнула я.

– О том, что такая мать – плохой пример для подражания и не должна воспитывать ребенка. Признай, что у меня ей будет лучше!

«Ах ты сука!» – в бешенстве подумала я, и кровь отхлынула от моего лица.

– Должна вас разочаровать, Аманда, – сладким, как патока, голосом произнесла я, – но принц Воран сделал мне предложение, о чем будет объявлено сегодня вечером, и я приняла его. – При этих словах лицо Ворана просто вытянулось от изумления. – Я стану женой принца Ворана, а Эрин – принцессой Дома Ночи. Надеюсь, вы понимаете, что лучше для ребенка? – на том конце провода воцарилось молчание.

«Надеюсь, ты подавилась своим ядом, гадюка, – в ярости подумала я. Последнее ее заявление просто переполнило чашу моего терпения. – Да сколько же можно терпеть и мириться с ее пренебрежительным отношением!» – думала я. Все годы я к ней уважительно относилась, так как она была матерью Дэвида, и смиренно сносила все придирки, но теперь мое терпение лопнуло.

– Аманда, позовите Эрин, я хотела бы с ней поговорить и сказать об этом. Думаю, будет лучше обрадовать ее сейчас.

Впервые в жизни в разговоре со мной Аманда потеряла дар речи. Выдавив что-то непонятное, она позвала Эрин. Ожидая, пока дочь подойдет к трубке, я избегала взгляда Ворана. Мы с ним уже второй день спорили по поводу брака, да ему пришлось бы на аркане тащить меня к алтарю. Аманде же удалось вырвать мое согласие за пару минут.

– Мамочка, привет! – услышала я свою малышку. – Ты бросаешь меня?

– О чем ты?! – воскликнула я.

– Бабушка говорила, что теперь я буду жить с ней, – чуть ли не со слезами проговорила она.

– Бабушка ошиблась! – твердо сказала я, горя желанием в этот момент эту самую бабушку придушить.

– Ты помнишь принца Ворана? – спросила я. – Он сделал мне предложение. Как ты смотришь на это? – спросила я ее.

Радостные возгласы в ответ меня не удивили.

– Мама, а кто тот дядя, с которым ты в газетах? – спросила она, а я чертыхнулась, представив, чего она наслушалась.

– Это мой учитель танцев, муж Бренды, у которой я работаю, ты же ее знаешь, – постаралась спокойно объяснить я, вспомнив, что с Кристофером она еще не встречалась.

– А когда приедет Воран? – с нетерпением спросила она.

– Он здесь, рядом. Тебе дать трубку? – Я взглянула на Ворана, и он подошел.

Я отдала ему трубку и немного отошла, чтобы не стоять с ним рядом. Слушая звонкий, радостный голосок дочери, доносящийся из трубки, я не знала, радоваться мне или расстраиваться. То, что она привязалась к Ворану, было фактом.

Он немного с ней поговорил, подтверждая все сказанное мной, а потом вернул мне трубку. Я пообещала Эрин, что мы скоро ее заберем, и мы попрощались.

Воран пристально смотрел на меня, и я не могла прочитать выражение его лица.

– Хотел бы я познакомиться с женщиной, которая смогла так быстро тебя уговорить, – произнес он.

– Это моя свекровь. Она решила, раз я стала шелани, то недостойна воспитывать Эрин и должна отдать ее ей, – с горечью ответила я. – У вас с ней много общего – вы оба уверены, что знаете, как будет лучше, и решаете за меня. – При этих словах я заметила, как раздуваются крылья его великолепного носа. Он ничего не ответил, а я пошла к себе в комнату.

Удавка на моей шее затягивалась. Мне было о чем поразмышлять. Теперь я никуда не денусь и выйду замуж за Ворана. Если бы не Аманда со своими интригами… «Да что же это такое?! – в сердцах воскликнула я. – Тут Аманда считает, что я недостойна воспитывать свою дочь, на Зеймахе шелани тоже лишена этого права. Интересно, если Воран женится на мне здесь, значит ли это что-то на Зеймахе?» – с беспокойством подумала я. Мне было важно уточнить, буду ли я считаться супругой там. Не хотелось мне приближаться нему, но, не сдержав нетерпения, я вышла из комнаты и пошла к Ворану.

К моему удивлению, я нашла его на кухне с чашкой кофе и рассматривающего наш с Дэвидом свадебный альбом.

«Где он его нашел?» – пронеслось у меня в голове. Хотя Эрин любит пересматривать наши фотографии, возможно, это она оставила его в гостиной, а я просто не обратила внимания на него.

– Ты везде такая счастливая, – произнес задумчиво он, заметив меня. – У тебя здесь волосы лишь до плеч, – указал он на фотографию, где я была с распущенными волосами и стояла вместе с родителями.

– Дэвиду нравились длинные волосы, и я со временем их отрастила, – объяснила я.

Воран бросил взгляд на мои короткие волосы, и уголки его губ дрогнули. Я посмотрела на своих родителей, и на душе стало теплее.

– Это твои родители? – спросил он, внимательно рассматривая снимок, и я кивнула. Мне нравилась эта фотография – мы были такие веселые. Мэри с Гарри стояли обнявшись, и мы над чем-то смеялись.

– Я хочу у тебя кое-что уточнить, – сказала я, чем привлекла его внимание. – Если ты женишься на мне здесь, я и на Зеймахе буду считаться твоей супругой? Мне важно, буду ли я воспитывать Эрин, – пояснила я свой интерес.

– Эрин – твоя дочь, и право ее воспитывать у тебя никто не отнимет, – успокоил меня он, и я выдохнула, не чувствуя, что задерживала дыхание в ожидании ответа.

– Но ты так и не ответил, – вдруг поняла я.

Он молчал, и я начала подозревать, какой ответ услышу.

– На Зеймахе ты будешь моей шелани, – наконец признал он.

Ох, это меня все же задело. Не скажу, что я хотела за него замуж, видит Бог – нет, но уж если я должна была бы выйти за него, то ожидала все же стать супругой.

– Как это удобно, – уязвленно прокомментировала я, – стать моим мужем здесь и остаться свободным на Зеймахе.

– Я уж никак не свободен – мы связаны навсегда, – возразил он.

– Конечно, пока тебе не выберут новую жену или не вернут Айрин, и тогда я стану самым большим посмешищем на Земле, являясь женой здесь и любовницей там, – горько сказала я.

– Что ты хочешь от меня? – воскликнул он.

– Ничего, – ответила я и ушла. На душе было муторно. Представляю, как журналисты раздуют известие о нашей свадьбе сейчас и как будут с жалостью насмехаться надо мной потом, они умеют поднять до небес, а потом с легкостью втоптать в грязь.

Днем доставили багаж Ворана и приехал Робин. Я сдержанно с ним поздоровалась, в душе еще не простив ему Зеймах. В это время я как раз занималась готовкой обеда. Оставив их в гостиной, я вернулась на кухню. Нарезая салат, я порезала палец. Зашипев сквозь зубы от боли, я схватила бумажное полотенце и прижала к порезу. Аптечка была в ванной, и я пошла на второй этаж. До меня донесся разговор из гостиной, и я замерла на лестнице.