Франц Бенгтссон – Драконы моря (страница 34)

Ильва весело рассмеялась и сказала, что он не должен быть чересчур уверен в этом.

— Ибо, как тебе известно, у меня причудливый нрав, — сказала она, — и мне трудно угодить. Дочери королей становятся более прихотливыми, чем простые женщины, когда выходят замуж и оставляют отцовский дом. Ты слышал о том, что много лет назад случилось с Агни, королём Швеции, когда он взял в жёны дочь короля страны Финнов, которая не хотела ложиться с ним в одну постель? В первую ночь он возлёг с ней в шатре, над которым было высокое дерево. Когда Агни заснул, она взяла толстую верёвку и привязала к его ожерелью на шее, её люди опустили шесты палатки, закинули верёвки на ветви дерева и потянули так, что король повис под самыми ветвями. Итак, тщательно обдумай всё, прежде чем свататься за меня.

Она наклонилась, погладила его по лбу, ущипнула за ухо и, улыбаясь, так посмотрела на него, что Орм почувствовал себя лучше, чем за все предыдущие дни.

Но затем она вдруг сделалась серьёзной и задумчивой и сказала, что не стоит говорить об этом, не зная мнения её отца. Она думает, что будет нелегко добиться его согласия, если Орм не превосходит других людей имуществом, стадами овец и золотом.

— Он непрестанно сетует на то, что многие его дочери не замужем, — сказала она, — но никогда не признает, что тот или иной человек достаточно богат, знатен и достоин руки его дочери. Не такое уж это счастье быть королевской дочерью, как многим это кажется, ибо многие дерзкие юнцы украдкой подмигивают нам и хватают нас за подол юбки, когда их никто не видит, но немногие осмеливаются свататься за нас, а те, кто осмеливается, совсем падают духом при встрече с моим отцом. Жаль, что он чересчур старается подыскать знатного, богатого и достойного жениха, хотя поистине бедный человек мне в мужья не годится. Но человек, который дарит такое ожерелье и в жилах которого течёт кровь Ивара Широкие Объятья, несомненно, должен быть одним из самых богатых и знатных в Сконе.

Орм ответил, что он надеется уговорить короля Харальда дать согласие, поскольку знает, что находится в большом почёте у короля за то, что привёз ему в дар колокол, и за то, что одолел Сигтрюга.

— Но я не знаю, — продолжал он, — что за добро ожидает меня в Сконе, ибо прошло уже семь лет, как я оставил дом, и я не могу сказать, как обстоят дела с моей семьёй. Может быть, она сильно уменьшилась с тех пор, как я видел её в последний раз, и тогда возросло моё наследство. Но как бы там ни было, я, помимо ожерелья, привёз много золота с юга, так что даже если бы у меня ничего больше не оставалось, никто бы не мог назвать меня бедняком. И я могу добыть ещё больше золота тем же способом, каким я добыл это.

Ильва с сомнением покачала головой и сказала, что ей это не кажется многообещающим, так как её отец очень суров и требователен. Токи, который во время беседы подошёл к ним, согласился с Ильвой и заметил, что это как раз тот случай, когда надо всё хорошенько обдумать, прежде чем решиться на что-либо.

— Случилось так, — добавил он, — что я могу поведать вам, как лучше всего заполучить в жёны достойную женщину знатного рода при условии, что она согласна, а её отец против этой женитьбы. Отца моей матери звали Тинд Нос. Он торговал со смоландцами. У него был небольшой хутор, двенадцать коров и большой запас ума. Однажды он уехал в Вэренд по делам и там увидел девушку по имени Гюда, которая была дочерью одного знатного человека. Он решил взять её в жёны, отчасти из-за славы, которую бы она ему принесла, а отчасти потому, что она ему приглянулась. Но её отец, который звался Глум, был очень высокомерен и сказал, что Тинд недостаточно хорош для того, чтобы быть его зятем, хотя сама девушка думала иначе. Гюда и Тинд не стали терять времени на то, чтобы бранить старого дурака, а, быстренько всё обдумав, договорились встретиться в лесу, где она со служанками собирала орехи. Кончилась эта встреча тем, что он её обрюхатил, и ему пришлось дважды сражаться с её братьями, после чего они до конца своих дней ходили мечеными. В должное время она принесла двойню, и старик решил, что более не имеет смысла сопротивляться. Итак, они поженились, жили друг с другом в мире и согласии, и у них родилось ещё семеро детей, так что люди в тех краях восхваляли мудрость и большую удачу моего деда, и его слава сильно возросла, особенно когда умер старый Глум и оставил ему большое наследство. Если бы мой дед не поступил так мудро, я бы не сидел здесь и не давал бы вам советы, ибо моя мать — одна из тех двойняшек, что были зачаты под ореховым кустом.

— Если добиться женитьбы можно, лишь произведя на свет близнецов, — заметила Ильва, — то такой совет легче дать, чем ему последовать. Кроме того, существует большая разница между бондом из Вэренда, каковым был её отец, и дочерью короля данов.

Орм сказал, что не будет ничего решать, пока не встанет на ноги и не узнает мнения короля Харальда.

Это заняло какое-то время. Наконец Орму стало лучше, рана затянулась, и силы вернулись к нему. Зима к этому времени уже почти кончилась. Король Харальд тоже оправился от празднования йоля, пребывал в бодром расположении духа и был занят тем, что наблюдал за подготовкой своих боевых кораблей к походу, ибо он собирался отплыть в Сканюр, дабы собрать налог на сельдь, а заодно и переправить корабли, которые он обещал Стирбьёрну. Орм пришёл к нему и поведал всё, что он задумал. Король Харальд выслушал его дружелюбно, не выказал неудовольствия, но сразу осведомился, знатен ли Орм. Орм подробно рассказал ему свою родословную и назвал своих предков, перечислил имущество своего отца, не забыв прибавить к нему то, что везёт домой, возвращаясь из своего путешествия.

— В придачу к этому, — заключил он, — в Геинге есть много земли, которую моя мать должна была получить по наследству, но я не знаю, перешло ли это уже в её владение. Также я не знаю, кто из моих родичей и домочадцев ещё жив и как обстоят их дела. Многое могло случиться в Сконе за те семь лет, которых меня там не было.

— Ты поднёс моей дочери царственный дар, — промолвил король Харальд, — и ты оказал мне услуги, о которых я не забыл. Но взять в жёны дочь короля — это самое большее, на что может надеяться человек, и никто не сватался за моих дочерей, не предложив мне гораздо больше, чем ты владеешь. Кроме того, у тебя есть брат, который мешает прямой передаче отцовского наследства. Представь себе, что он жив и у него есть дети, как ты тогда прокормишь мою дочь? Я начал стареть с годами, хотя люди и не замечают этого, и я бы хотел хорошо выдать моих дочерей замуж. Ибо я не думаю, что Свейн будет ломать над этим голову, когда меня не станет.

Орм был вынужден признать, что он немного может дать за такую женщину, как Ильва.

— Но может случиться так, — прибавил он, — что, когда я вернусь домой, всё наследство будет принадлежать мне. Мой отец был уже довольно стар, когда я ушёл в поход, а мой брат проводит всё лето в Ирландии, и у него нет особого желания оставаться дома. Я слышал, что последние несколько лет викингам в Ирландии приходится туго с тех пор, как к власти там пришёл король Бриан.

Король Харальд кивнул и сказал, что король Бриан был причиной смерти многих данов в Ирландии и многих мореплавателей, находившихся в её прибрежных водах. Но, с другой стороны, случившееся было на руку королю Харальду, ибо среди них было много его врагов, а также и тех людей, которые были объявлены вне закона в их собственной стране.

— Но этот Бриан, король Мюнстера, — добавил он, — зашёл слишком далеко. Он собирает дань не только с моего хорошего друга короля Корка Олафа, но и с моего родича Сигтрюга Шелковистобородого в Дублине. Подобная самоуверенность не доведёт его до добра, и в ближайшее время я собираюсь послать корабли на этот остров, дабы поумерить его пыл. Было бы хорошо привезти его сюда и держать на привязи у дверей в мои покои не только для того, чтобы посмешить моих людей, когда они пьют пиво, но и для того, чтобы преподать им пример христианского смирения и предостеречь других королей. Ибо я всегда придерживался мнения, что король данов должен почитаться всеми правителями.

— Я верю, господин, — сказал Орм, — в то, что вы самый могущественный из королей. Даже среди андалузийцев и синих[17] людей есть воины, которым известно ваше имя и великие подвиги, которые вы совершили.

— Ты хорошо подбираешь слова, — промолвил король Харальд, — но ты выказал недостаток скромности, сватаясь к самой красивой из моих дочерей, не будучи обеспеченным ни наследством, ни владениями. Но я не осуждаю тебя за это, ибо ты молод и безрассуден. Я не исполню твоей просьбы, но и не откажу тебе. Таково моё решение. Приезжай ко мне опять осенью, когда я вернусь из похода, и сообщи мне о своём имуществе и владениях. Если их будет достаточно, я отдам её тебе в жёны в знак дружбы, которая завязалась между нами. Если же добра окажется недостаточно, для тебя всегда найдётся место среди моих телохранителей.

Когда Орм рассказал Ильве о своей встрече с королём Харальдом, та впала в неистовство. Слёзы появились у неё на глазах, и она крикнула, что выщиплет бороду этому старику, дабы покарать его за упрямство, а потом, не теряя времени, последует совету Токи. Но, придя в себя, она подумала и изменила свой замысел.