Франсис Карсак – Робинзоны космоса. Бегство Земли. Романы. Рассказы (страница 13)

— Это ложь! Я никогда не видел этих людей. И я ни в чем не участвовал. Просто был там в гостях!

— Вот же наглец! Врет как сивый мерин! — не выдержал один из парней, стоявших на карауле у дверей. — Я собственными глазами видел его у центрального пулемета, того самого, из которого убили Салавена и Робера. Трижды я брал этого сукиного сына на мушку, да всякий раз упускал возможность его снять!

Многие из присутствовавших в зале гвардейцев, явившихся в качестве зрителей, поддержали сделавшего это заявление парня. Журналист пытался протестовать, но его выволокли наружу.

— Введите мадемуазель Дюше.

Несмотря на обилие косметики, выглядела девушка неважно. Она казалась испуганной и растерянной.

— Мадлен Дюше, двадцать восемь лет, актриса. Но я ничего не сделала!

— Вы ведь были любовницей папаши Оннеге́ра, не так ли?

— Да обоих сразу! — выкрикнул кто-то из зрителей. Зал содрогнулся от хохота.

— Неправда! — выкрикнула мадемуазель Дюше. — О, это ужасно! Выслушивать такие оскорбления!

— Хорошо, хорошо. Тишина в зале! Это мы проверим. Следующая.

— Ида Оннеге́р, девятнадцать лет, студентка.

Несмотря на заплаканные глаза, выглядела девушка куда лучше актрисы.

— И что изучали?

— Право.

— Боюсь, здесь вам это не очень-то пригодится. Мы знаем, что вы сделали все, что могли, чтобы предотвратить эту драму. Жаль, что вам это не удалось. Тем не менее вы старались облегчить страдания трех захваченных в плен девушек. Вы можете предоставить нам какую-либо информацию об остальных подсудимых?

— Большинство из них я вообще не знаю. Бирон не был плохим человеком, да и Анри Бельтер заслуживает вашего снисхождения. Он сказал мне, что не стрелял, и я ему верю. Правда, он дружил с моим братом... — она подавила рыдания. — Мой отец и брат тоже, в глубине души, не были злодеями, просто они были вспыльчивы и тщеславны. Когда я только родилась, мы были очень бедными. Богатство пришло внезапно и вскружило им голову. О! Во всем виноват этот человек, этот Леврен! Это он подсунул Ницше моему бедному отцу, и тот вообразил себя сверхчеловеком. Это он подсказал ему безумный план завоевания планеты! Он способен на все! О! Я его ненавижу!

Она разрыдалась.

— Садитесь, мадемуазель, — мягко проговорил мой дядя. — Мы посовещаемся, но опасаться вам нечего. Мы рассматриваем вас скорее как свидетеля, нежели как обвиняемую.

Члены Совета, а также вошедшие вместе с ними в состав трибунала влиятельные граждане, удалились за занавес. Обсуждение было долгим. Луи и крестьяне настаивали на самых суровых наказаниях. Мишель, мой дядя, кюре и я сам стояли за более мягкие, — людей и так не хватало, да и вообще было очевидно, что обвиняемые, мало что понимая в происходящем, просто-напросто последовали за своими главарями. Наконец мы пришли к согласию. Обвиняемых ввели, и мой дядя зачитал им вердикт.

— Жюль Леврен. Вы признаны виновным в предумышленном убийстве, грабеже и насилии и приговорены к смертной казни через повешение. Приговор будет приведен в исполнение незамедлительно.

Бандит сохранил самообладание, разве что ужасно побледнел. По рядам подсудимых пробежал ропот.

— Анри Бельтер. Вы ничего не сделали во вред обществу и признаны невиновным. Но поскольку вы ничего не сделали и для того, чтобы предупредить нас ...

— Я не мог.

— Тишина! Повторяю: поскольку вы ничего не сделали и для того, чтобы предупредить нас, вы лишаетесь избирательных прав и будете считаться гражданином низшего ранга до тех пор, пока не искупите свою вину.

— Стало быть, я свободен?

— Да, так же свободны, как и все мы. Но если вы хотите остаться в деревне, вам придется работать.

— О! Лучшего я и не желаю!

— Ида Оннеге́р. Вы признаны невиновной, но на десять лет лишаетесь возможности быть куда-либо избранной. Мадлен Дюше. За вами не установлено никаких проступков, за исключением сомнительной нравственности и, скажем так, сентиментальной привязанности, — в зале послышались смешки, — к главным преступникам... Тишина! Вы лишаетесь всех избирательных прав и получаете назначение на работу на кухне. Все остальные! Вы приговариваетесь к принудительным работам на срок не свыше пяти земных лет, который вы сможете сократить своим примерным поведением. Также вы пожизненно лишаетесь всех политических прав, но они будут возвращены тому, кто этого заслужит, совершив героический подвиг во имя общества.

По рядам осужденных, судя по всему, опасавшихся гораздо более тяжкого наказания, волной прокатился радостный ропот.

— Да вы, оказывается, классные парни! — прокричал нам Бирон.

— Заседание окончено. Уведите осужденных!

Кюре подошел к пожелавшему исповедаться Леврену. Зрители — одни довольные приговором, другие, напротив, разъяренные — разошлись. Спустившись с помоста, я направился к Бельтеру. Юноша утешал Иду.

— Ну вот, — бросил я мимоходом дяде. — Теперь понятно, почему они так защищали друг друга!

Я подошел к молодым людям.

— Где собираетесь поселиться? Дюше придется жить при кухне, хочет она того или нет, с вами же все обстоит иначе. О том, чтобы вернуться в наполовину разрушенный замок, куда в любой момент могут прилететь гидры, не может идти и речи. Здесь у нас тоже полно разрушений, и потому тесновато. Да и потом, вам нужно подыскать себе работу. Леность и ничегонеделание теперь запрещены законом!

— А где он прописан, этот закон? — спросила Ида. — Мы хотим быть честными гражданами, но для этого нам нужно его знать.

— Увы, мадемуазель, закон еще не составлен. У нас есть лишь набор разрозненных текстов, принятых на заседаниях Совета. Кстати, вы же учились на юриста?

— Как раз оканчивала второй курс.

— Вот и для вас нашлось дело! Займетесь составлением нашего Кодекса. Я поговорю об этом в Совете. Что касается вас, — сказал я Бельтеру, — то вас я возьму к себе. Поможете мне в моей работе министра геологии. С вашей научной подготовкой вы быстро станете приличным изыскателем. Жалованье: питание в столовой и крыша над головой, всё, как у меня самого.

К нам присоединился Мишель.

— Если ты хотел ангажировать Бельтера, — сказал ему я, — то, увы, опоздал. Я с ним уже договорился.

— Тем хуже для меня! Придется взять сестру. Астрономия подождет. Кстати, она и Менар сейчас здесь — специально спустились из обсерватории. Вечером он должен ознакомить нас со своими теориями.

Я взглянул на Гелиос — тот стоял высоко в небе.

— Ну, до вечера еще навалом времени! А скажи-ка, Мишель, твою сестру не слишком стеснит, если эта девушка поживет у нее, пока мы ей что-нибудь подыщем?

— Да вот и она! Можешь спросить у нее самой.

— Я был бы тебе признателен, если ты сделал это за меня. Она меня немного смущает, твоя сестра-астроном!

— Тут ты не прав! Она отличная девушка, да и к тебе относится с большой симпатией.

— Тебе-то откуда это известно?

— Да она сама то и дело мне об этом твердит!

И, посмеиваясь, он удалился.

Глава 2. Организация

После полудня в школьном зале собралась Академия наук Теллуса — Менару предстояло выступить с докладом. Присутствовали Мишель и Мартина, Массакр, Вандаль, Бреффор, мой дядя, инженеры, кюре, учитель, Анри и Ида, Луи, мой брат, сам я и несколько любознательных жителей деревни. Менар поднялся на кафедру.

— Я хочу изложить результаты своих расчетов и наблюдений. Как вы уже знаете, мы оказались на другой планете — будем называть ее Теллус, поскольку это имя за ней утвердилось. Ее окружность по экватору составляет примерно 50000 километров; сила тяготения на поверхности — около 0,9 земного тяготения. У Теллуса есть три спутника; расстояние до них вычислено мной пока очень приблизительно: до Феба, самого маленького, но который нам кажется самым большим, — около 100 000 километров; до Селены, превосходящей по величине нашу старую Луну, — около 530 000 километров; до Артемиды, которая больше Луны раза в три, — около 780 000 километров. Сначала я полагал, что наша планетная система принадлежит к числу систем с двумя солнцами. Но я ошибся. В действительности Соль, маленькое красное солнце, всего лишь очень большая, еще не остывшая планета на внешней от нас орбите. У Соля оказалось одиннадцать спутников. Гораздо дальше Соля есть другие планеты; они все вращаются вокруг Гелиоса. Сейчас период противостояния: когда заходит Гелиос, восходит Соль. Но некоторое время спустя, примерно через четверть теллусийского года, начнется период, когда мы будем одновременно видеть два солнца, потом — только одно, а иногда — ни одного, что будет гораздо удобнее для астрономических наблюдений, — добавил он с явным удовлетворением.

— Длительность дней и ночей была и остается одинаковой. Следовательно, мы на планете, ось которой имеет очень малый наклон к плоскости орбиты. Умеренная температура позволяет предполагать, что мы находимся где-то на сорок пятом градусе северной широты. Если принять склонение за нулевое, широта обсерватории будет равна сорока пяти градусам двенадцати минутам.

А сейчас я изложу вам единственную более или менее разумную гипотезу катастрофы, гипотезу, которую мне удалось разработать. Она пришла мне в голову сразу же после того, как мы оказались на Теллусе.

Вы, несомненно, знаете, что некоторые астрономы рассматривают Вселенную как некую гиперсферу или, точнее, как некий гиперсфероид с четырьмя измерениями, округленный в четвертом измерении и имеющий в этом измерении толщину в одну молекулу. Такой сфероид парит в гиперпространстве, которое мы можем представить лишь очень смутно, по аналогии. Большинство теоретиков утверждало даже, во всяком случае, последнее время, что помимо континуума пространство-время ничего не существует, даже пустоты, ибо пустота — это пространство. Мне эта теория всегда казалась несовершенной, и теперь я, кажется, смогу ее опровергнуть. Согласно моей гипотезе, в гиперпространстве существует множество гиперсфер-вселенных, плавающих в нем, как, скажем, могло бы летать в этом зале множество детских воздушных шаров. Возьмем два таких шара. Один — это наша старая Вселенная, и там наша солнечная система, затерянная где-то в необъятности галактики. Второй — это вселенная, в галактике которой заключен Теллус. По неизвестным причинам две вселенные соприкоснулись. Произошло частичное взаимопроникновение двух миров, во время которого Земля и Теллус очутились в одном месте, где взаимодействовали два Пространства-Времени! По столь же неизвестным причинам кусок Земли был переброшен в иную вселенную; возможно, что и Теллус потерял в этой встрече часть своей массы, и тогда наши земляки, должно быть, охотятся сейчас на гидр где-нибудь в долине Роны. Ясно только, что обе вселенные двигались почти с одинаковой скоростью и в одном направлении и что скорости обращения Земли и Теллуса на орбитах также почти совпали, ибо иначе мы с вами вряд ли смогли бы уцелеть. Этим же объясняется и тот факт, что межпланетная экспедиция, в которой участвовал кузен присутствующего здесь Жана Бурна́, отметила признаки катастрофы вблизи Нептуна, но обогнала ее и успела вернуться на Землю. Возможно, что некоторые дальние планеты нашей солнечной системы тоже «вылетели» в другую вселенную — представляю, в каком смешном положении оказались бы тогда мои земные коллеги! Впрочем, я в это не верю.