Франсис Карсак – Львы Эльдорадо (страница 8)

— А, это вы, Тераи! Для уроков иухи уже нет времени. Сегодня тот самый день и почти уже тот самый час! Я не знал, зайдете ли вы, голос предсказал только мою судьбу, но, похоже, в конечном счете она так или иначе связана с вашей. Быть может, и вы тоже сегодня умрете? Но раз уж вы здесь, выпейте со мной. Вижу, вы куда-то собрались. Но вы ведь дождетесь конца? Мне бы хотелось, чтобы именно вы занялись моими похоронами, а не какой-нибудь равнодушный придурок.

— По правде сказать, Мак, я и забыл о ваших мрачных предсказаниях. Не знаю, грозит ли вам что-либо, но знаю, что уж моя-то жизнь точно в опасности. Как по-вашему, что мне делать?

В нескольких словах он рассказал старику все, что знал о заговоре.

— Хм, полагаю, вы мудро поступите, скрывшись на какое-то время. Убийцы, вероятно, последуют за вами, но в чаще, против вас и вашего...

Внезапно он вскочил, вытянул руку и резко оттолкнул Тераи, а сам упал поперек стола с черной дыркой во лбу. На другом конце комнаты вспыхнула деревянная перегородка. С револьвером в руке, Тераи подскочил к окну, выглянул наружу. Какой-то человек, согнувшись вдвое, бежал к зарослям кустарника. Тераи дважды выстрелил и с удовлетворением увидел, что человек подскочил и покатился в траву, словно заяц, услышал дикий крик ужаса, а затем триумфальный рев Лео. Плеснув воды из ведра, Тераи потушил пожар. Одного взгляда на Мака оказалось достаточно, чтобы убедиться: старый инженер может подождать, перед ним теперь — вся вечность. Выбежав наружу, Тераи быстро отыскал бездыханное тело убийцы: одна из пуль попала ему в спину, другая — в затылок. Это был высокий брюнет, описанный Энн. В нескольких шагах от него валялся лазерный пистолет.

— Лео?

В ответ он услышал рычание, и вскоре нашел паральва за кустами: Лео вылизывал свою шерсть, а рядом лежал второй труп — блондина, все еще сжимавшего в правой руке лазер. Голова его представляла собой окровавленную лепешку — последствие удара львиной лапы.

Тераи нагнулся, подобрал лазер, сунул в карман, затем обыскал труп: нашел запасные батареи и тоже забрал себе. На поясе у блондина обнаружился и обыкновенный пистолет: вполне сойдет в качестве «оружия, найденного на трупе». Лео уже «рассказывал», тихо порыкивая в определенном ритме.

— Значит, ты их увидел, бросился следом, — проговорил Тераи. — Тот, кто стрелял в меня, был слишком далеко, и ты начал с другого. Правильно? Ты молодец, Лео, все верно сделал! Они убили Мака, но их целью был я. Я и ты тоже!

Уже отовсюду сбегались люди, привлеченные выстрелами. Тераи посмотрел на часы: было восемь двадцать семь. Старый Мак умер минуты две назад.

— Отнесите трупы на площадь и положите перед конторой директора, — сказал он прибежавшим изыскателям. — Они пытались убить меня, но попали в Мака.

По толпе прокатился ропот: все в Джонсвиле любили старика Мака.

— Идите за мной, нужно поговорить с господином директором!

Старджон, уже кем-то предупрежденный, ожидал их у входа в контору.

— Итак, Лапрад, вы застрелили еще двоих! Похоже, убивать — это ваше призвание!.. А вы все что стоите — хватайте его!

— Простите, господин директор, — возразил ему только что прибежавший Жюль Тибо. — Похоже, вас ввели в заблуждение. Это они — убийцы! Они убили Макгрегора, а Лапрад лишь защищался.

— И это еще не все, — вмешался Тераи. — У одного из этих парней был при себе лазер...

— Только у одного?

— Что вы хотите этим сказать, господин директор? — сыронизировал Тераи. — Это ведь уже странно, вы не находите, что у них был лазер, пусть и один? Должно быть, у них высокопоставленные сообщники или же сами они принадлежат к весьма влиятельной банде. Хотя, может, вы и правы. Может, и у того, которого убил Лео, тоже был лазер — просто закатился в траву. Пошлите кого-нибудь, пусть поищут!

— Если только вы его не подобрали сами.

— Я? — воскликнул Тераи с видом оскорбленной невинности. — И зачем он мне? Разве я не доказал только что, что вполне могу обойтись и без лазера?

Несколько человек рассмеялись. Однако Старджон не отступал.

— Вы снаряжены для похода. Куда это вы собрались?

— На разведку. Вы сами сказали, что я могу вести изыскания по своему собственному усмотрению.

— На разведку? Один?

— С Лео. Это надежный друг!

— И куда же?

— В горы Судьбы.

— Я вам запрещаю!

— И почему же? Впрочем, могу обойтись и без вашего разрешения.

— Вы не получите вертолета!

— Да он мне и не нужен. Если понадобится помощь — вызову по радиосвязи. Жюля Либо или кого-нибудь еще из тех, кому я доверяю. И пусть за мной никто не идет! Лео после этого случая весь на нервах, да и я тоже. Но перед уходом мы похороним Макгрегора. Вашего предшественника, господин директор!

Вот уже два дня Тераи и Лео исследовали горы Судьбы. Жюль Тибо довез их на своем старом вездеходе до края плато Вира. Они уже преодолели первые отроги и теперь находились перед Барьером. Это была цепь гор высотой, вероятно, не более трех тысяч метров, но очень крутая, сложенная из сверкающих сланцев, покоящихся на гранитном основании. Тераи в бинокль пытался отыскать проход.

— Ключ к тайне лежит где-то по ту сторону Барьера, Лео. Именно туда ходил старый Мак, именно туда ходят молодые иухи. Но где, черт возьми, они пробираются? Уж точно не через верховья Бероэ; мы знаем, что долина там заканчивается непроходимым тупиком. И уж, конечно, не через север. Остается юг. Что ж, последуем вдоль Барьера на юг — может, и проход отыщем?

В высоких предгорьях, где они находились, вся растительность ограничивалась редкой травой между бесформенными валунами, остатками древних ледников. С севера на юг, вдоль основания Барьера, тянулась безводная долина (видимо, старое русло Бероэ, подумал Лапрад), которая чуть дальше прорезала холмы и уходила прямиком на восток. Они спустились в эту долину. Там кое-где росли деревца с перистой листвой, типичные для этих высот. Встречалось еще довольно-таки много животных, травоядных, чем-то напоминавших земных горных баранов и серн, хищников типа «горных волков» и других, которые прежде не попадались Тераи на глаза, но ни одного такого, который мог бы представлять опасность для него и Лео. После вываривания и добавления витаминизированных пилюль мясо оказалось вполне съедобным и даже вкусным, хотя долго им питаться и не следовало — по той причине, что оно содержало довольно-таки много тяжелых элементов. Но пока свежее мясо приятно разнообразило пищу из обезвоженных продуктов.

Они шли на юг уже несколько дней, когда Лео, державшийся в авангарде, остановился и призывно зарычал. Тераи бросился к нему и увидел отчетливо различимую тропинку, бежавшую с востока и упиравшуюся прямо в скалу. Они последовали по тропинке и вскоре очутились у входа в пещеру. В этом месте горная гряда представляла собой известняковый обрыв, пронизанный множеством гротов. Вход в ту из пещер, перед которой они находились, скрывал огромный выступ; на площадке перед ним сохранились следы многочисленных костров, а также сломанные каменные инструменты.

— Ну что, старина Лео, вот мы и нашли лагерь молодых иухи. Здесь они останавливаются перед своим знаменитым паломничеством. Нам остается лишь пойти по их следам, и они нас выведут туда, куда нам и нужно, — к разгадке тайны. Что ты на это скажешь?

Коротким рыком лев выразил свое неодобрение.

— И что это значит?

Но он и сам уже понял: к гроту тропинка действительно подходила, вот только тут она и заканчивалась.

— Стало быть, они возвращаются потом по своим же следам, чтобы где-то свернуть в сторону. Сюда же они приходят только для того, чтобы с удобствами переночевать... Опять не то?

Лев принюхался и, ничего не ответив, двинулся в глубь пещеры. Тераи последовал за ним и вскоре обнаружил в одной из расселин несколько факелов и целую кучу тех свечей из растительного воска, коими иухи освещали в деревне свои хижины.

— Что ж, вероятно, это означает, что снаружи никакого прохода через Барьер нет, и что его, этот проход, нужно искать здесь, внутри! Надеюсь, нам удастся по нему пробраться. Эти тонкокостные иухи — прирожденные спелеологи, в отличие от нас!

Он вытащил из мешка атомный фонарь, и, так и не захватив с собой ни единого факела или свечи, они двинулись в глубь пещеры. Вначале идти было легко: перед ними открывалась длинная сухая галерея с мертвыми беловатыми сталактитами. Затем начались трудности, и Тераи пришлось дважды воспользоваться своим молекулярным портативным буром, чтобы расширить проход. Наконец они очутились в просторном зале со спокойным подземным озерцом, где и заночевали. И тут они не были первыми: мусор и сгоревшие факелы указывали на то, что паломники также останавливались в этом месте. Дальше им уже не попадалось по-настоящему трудных проходов: узкие щели давным-давно уже были расширены металлическими кирками, следы которых еще проступали из-под известковых налетов; об особо опасных местах заранее, еще за пару десятков метров, предупреждали красные знаки на стенах, а вдоль пропастей тянулись примитивные поручни. В одном месте им пришлось даже пройти по небольшому мостику, совсем недавно укрепленному стволами деревьев. Все говорило о том, что иухи регулярно проходят по этой дороге и стараются содержать ее в порядке. К вечеру второго дня они снова увидели свет: над какой-то долиной, лесистой и болотистой, заходило солнце. На противоположном берегу ленивой реки деревья карабкались на склоны третьей цепи гор, гораздо более низкой, нежели Барьер.