Франсис Карсак – Львы Эльдорадо (страница 42)
— Уверяю вас, отец никогда не говорил мне о подобных замыслах! Но если бы даже все обстояло и так, чем
Тераи усмехнулся.
— Вот этого я вам не скажу. Родственники, бывает, и мирятся. Своих планов я вам не открою!
— Послушайте, Тераи, давайте начистоту. Вы необычайный человек, я готова это признать, но не можете же вы бороться с целой планетой! В ваших словах есть доля правды, и я тоже сожалею об исчезновении примитивных культур, которые могли бы развиться в нечто прекрасное и доброе... или же уродливое и злое. Как знать, возможно, Земля действительно сбилась с пути? Но вы тут уже ничего не измените. Вы и сам — землянин. И если бы на Землю напала та раса, о возможном существовании которой вы говорили, вы первый встали бы на защиту родной планеты!
— Наверное, так оно бы и было. Все бы зависело от обстоятельств. Но оставим наши гипотезы: просто скажите Хендерсону, если вы его увидите, что я знаю или догадываюсь о его планах и что я пойду на все, чтобы их сорвать... Ладно, с этим покончено. Не знаю, на кого вы работаете — на ММБ или же на вашу газету, — да мне, в общем-то, на это и наплевать. Мне вы ничего не сделаете. Если хотите, чтобы я и дальше оставался вашим проводником на этой планете — что ж, тем лучше. Хотите сейчас же вернуться в Порт-Металл — я отправлю радиограмму, и завтра же вас заберет вертолет. Я сказал все, что хотел.
Он откинулся на спинку деревянного кресла, затрещавшего от его веса, и, полуприкрыв глаза, с насмешливой улыбкой на губах уставился на Стеллу.
— У меня нет выбора! — ответила она раздраженным тоном. — Мне платят за то, чтобы я написала репортаж.
— Прекрасно. Мы приглашены на завтрак к новому императору. Ему не терпится на вас взглянуть.
Прием подходил к концу. В длинном узком зале императорского дворца золотистые лучи падали из высоких окон, и пылинки кружились в них, как микроскопические галактики. Со своего места Стелла видела узкий стол из черного мрамора, на котором стояли разноцветные корзины с плодами, и смуглые лица склонившихся друг к другу гостей, переговаривавшихся между собой в общем гаме. К глубочайшей досаде Стеллы, ее посадили очень далеко от Тераи, сидевшего на центральном помосте вместе с другими знатными людьми империи. Ее сосед слева, молодой вождь, без конца расточал ей пьяные комплименты, которые, явно смягчая слишком откровенные выражения, Стелле переводила расположившаяся за ее спиной Сика. Сосед справа упорно ее игнорировал.
Стелла уже начинала скучать. Вначале варварская церемония трапезы развлекала ее, вкус незнакомых блюд восхищал или удивлял. Но поддерживать беседу с помощью переводчицы было утомительно, да и что, в сущности, она могла сказать своим соседям?
Тераи сидел напротив императора, маленького сухого мужчины с худощавым жестким лицом, и оживленно беседовал с неким почтенным старцем, которым, по словам Сики, являлся Обмии, верховный жрец религии Клона, бога-покровителя империи. Похоже, Лапрада и старика связывала настоящая дружба. Сидевший чуть дальше довольно-таки молодой еще человек аскетической наружности пристально наблюдал за ними. Это был Болор, верховный жрец богини Беельбы.
Император распрямился, и все разговоры прекратились, да столь внезапно, что наступившая вдруг тишина оглушила Стеллу, будто раскат грома. Все гости поднялись и склонили головы. Через минуту, когда приглашенные снова зашевелились, Стелла увидела, что император уже исчез. Тераи еще какое-то время поговорил с Обмии, затем простился и подошел к Стелле.
— Вы понравились его императорскому величеству Ойготану, — сказал Лапрад.
— Но ведь он видел меня только издали!
— Что, возможно, и к лучшему! Ни одна женщина не смеет к нему приближаться, кроме его фавориток. Вы все сумели заснять?
— Да. Что будем делать дальше?
— Вернемся к себе, и как можно скорее! У меня важные новости. Позовите Сику и следуйте за мной.
Стелла направилась к двери, где ее терпеливо дожидалась юная кеноитка. Какой-то человек слегка задел ее по дороге; она узнала Болора, хотя он стоял, склонив голову и надвинув капюшон до бровей. Он выронил свой посох, наклонился за ним, и Стелла почувствовала, как он что-то сунул в голенище ее правого сапога. В тот же миг жрец выпрямился и быстро ушел. Она взглянула вниз и увидела выглядывающий из кожаного сапога белый клочок бумаги. Она уже хотела было нагнуться, чтобы его вытащить, но вовремя одумалась: если Болор прибегнул к такому маневру, значит, у него были на то серьезные причины и он желал, чтобы она одна прочла эту записку. Умерив любопытство, Стелла позвала служанку, и они покинули дворец.
Тераи быстро шел впереди них, зорко и настороженно вглядываясь в лица встречных.
Он не был вооружен — на территории дворца носить оружие разрешалось только императорской страже — и выглядел встревоженным. Стелла услышала, как он облегченно вздохнул, когда дежурный капитан за воротами вернул ему револьвер и охотничий нож. Прежде чем вложить револьвер в кобуру, Тераи тщательно проверил барабан.
— Вы чего-то опасаетесь?
— Поговорим позднее! Прибавьте шагу! Необходимо как можно скорее добраться до дому!
Жертвоприношение Беельбе
Они спустились с холма по авеню принцессы Теобы, затем свернули на улицу Вечной Победы. Тераи шагал посередине мостовой и женщинам приказал идти так же, подальше от домов. Но никто их не задержал, и они дошли до дома без малейших препятствий. Стелла извинилась и, заявив, что ей нужно переодеться, отослала Сику. Оставшись в спальне одна, она тотчас же запустила пальцы в сапог и вытащила записку. Это был сложенный вчетверо листок туземной бумаги из размельченной древесной коры. Развернув его, она прочла несколько слов, написанных по-английски:
За буквой «X» стояло пять точек: две сверху, три снизу. Стелла была поражена: откуда этот жрец чужой планеты узнал тайный знак, которым они со старшим братом пользовались еще в своих детских играх? Выходит, он как-то связан с ММБ? И что означает это предупреждение? Какие интриги плетет ее отец вместе со жрецами Беельбы? Что общего у него с этими фанатиками, приносящими в жертву туземной богине людей? Неужели Тераи действительно разгадал замыслы ММБ? Следует ли ей предупредить его? Да, он противник ММБ, но Стелла чувствовала, что теперь она не хочет, чтобы с ним случилось несчастье. С другой стороны, предупредить Тераи означало бы предать отца...
— Вы тут, Стелла? Мне нужно с вами поговорить.
— Да-да, сейчас открою!
Спрятав записку под матрас, она подбежала к двери.
— Еще не переоделись? Хорошо, я подожду.
— О, это не так уж и необходимо, если у вас важное дело.
— Дело действительно важное. Пойдемте.
Она последовала за Тераи в комнату, которая служила ему кабинетом. Окно выходило на великолепный парк, и Тераи на миг задержался у него, задумчиво глядя на гигантские деревья. Затем он обернулся, и Стеллу поразило его искаженное тревогой лицо.
— Что случилось, Тераи? — воскликнула она, называя его по имени.
— Что случилось? Под нашими ногами ад, и он может разверзнуться в любую минуту. Кретин! Идиот! И зачем только я привел сюда вас и Лаэле? Охеми был прав. Мне следовало взять с собой настоящий эскорт, а не каких-то жалких пять воинов!
— Но чего вы опасаетесь?
— Всего! Пусть это и не самое главное, но адептов Беельбы в Кинтане уже тысячи! Обмии не стал от меня скрывать, что император подумывает сменить бога-покровителя города и переметнуться в другой лагерь. Бедняга Обмии! Он видит, как с каждым днем тает число его приверженцев. Но попробуйте бороться с соперниками, которые практикуют левитацию, совершают чудесные исцеления, мечут молнии в своем храме и за несколько минут выращивают густую траву на голом месте! Что могут против всего этого его собственные жалкие фокусы с зеркалами?
— Но нам-то чем все это грозит?
— Возможно, непосредственной опасности и нет. Но я друг ихамбэ, которые поклоняются Клону и считают Россе Мозелли своей священной горой. Следовательно, я уже априори — враг Беельбы. Если завтра Болор натравит на меня... и тех, кто со мной, своих фанатиков, нам в Кинтане придется жарко! По словам Офти-Тики, значительная часть армейских офицеров уже перешла на сторону беельбаистов. До сих пор эта армия была миролюбивой, но если ее заразить фанатизмом... Впрочем, гораздо больше меня беспокоят все эти чудеса.
— Полноте, это всего лишь какие-нибудь фокусы!
— Вы так думаете?
Он начал перечислять, загибая пальцы:
— Первое — левитация: это возможно с помощью анти-гравитатора Леви-Томсона, модель №4, который есть на любом звездолете. Его легко скрыть под широкой одеждой, например под мантией жреца. Второе — чудесные исцеления: антибиотики и биогенетическое облучение. Больных помещают под «око богини». Третье — молнии: проще простого, генератор Ван де Граафа или любого другого типа. Четвертое — мгновенное выращивание трав: активированные стимуляторы и «Вильямсония пышная», магическая трава с планеты Бехенор IV. Сложив первое, второе, третье и четвертое, мы получаем вмешательство землян! Как видите, я был прав. И Обмии предупредил меня, что назавтра что-то готовится. Поэтому я категорически запрещаю выходить в город вам, Лаэле, Сике и вообще всем женщинам. Ах, да, забыл сказать: жертвоприношение богине Беельбе заключается в изъятии — с живого тела — яичников одной или нескольких женщин.