Франсис Карсак – Львы Эльдорадо (страница 2)
Как Франсуа Борд останется знаменитостью научного мира, так и Франсис Карсак останется памятником французской научной фантастики, венчающим конец этого века.
Сегодня Человек-Гора нас покинул.
Он жил так, как сам пожелал жить, и умер, даже не сняв сапоги, в своем доме в аризонской пустыне Сонора, которую он так любил; в согласии с самим собой и с собственным мифом. Сможет ли он обрести там, вдали от родины, блаженство какого-нибудь...
Все мы, любители научной фантастики и я сам, просим его супругу, госпожу Денизу де Сонвиль-Борд, их детей и близких родственников, принять наши искренние соболезнования.
В ГОРАХ СУДЬБЫ
(Пролог 1 к роману «Львы Эльдорадо»)
В контрольной башне астропорта Джонсвиль, на Офире II, вспыхнула красная лампочка и зазвонил звонок. К планете приближался звездолет. Бенгт Андерсон аккуратно положил на стол книгу, которую бесцельно листал — торопиться было некуда, — и повернулся вместе с креслом к пульту управления.
— Подъем, парни, за работу!
Джон Кларк оторвал голову от шахматной доски и, не выпуская из пальцев ладьи, ответил:
— Да полно еще времени! Дай хоть закончить.
Но Чунг уже встал и уселся справа от Андерсона.
— Закончим потом. В любом случае — тебе мат в три хода!
Кларк пронзил маленького корейца испепеляющим взглядом, потом пожал плечами и тоже занял свое место у пульта. На загоревшемся экране возникло лицо капитана звездолета.
— Говорит универсальный грузовоз «Денеб» Компании межпланетных перевозок. Прошу разрешения на приземление для высадки двух пассажиров. Точнее полутора.
— Что это значит?
— Сами увидите. Какой квадрат вы мне даете?
— Да любой на ваш выбор. Астропорт пуст. Впрочем, какой у вас тоннаж?
— 12 600 тонн.
— Тогда садитесь в девятом. Мы вас поведем.
— Тише, Лео! Полежи еще. Не очень-то я верю в надежность инертонов этой старой калоши! А я поднимусь на мостик. Капитан оказал мне честь — пригласил к себе перед посадкой.
Паралев повернул к Тераи Лапраду свою огромную голову, наполовину прикрыл желтые глаза и зевнул.
— И это все, что ты мне на это скажешь? Что ж, до скорого!
Тераи был вынужден нагнуться и боком протиснуться в узкую дверь кабины, не предусмотренную для его 1 м 99 см и широкоплечей фигуры атлета. Затем ему пришлось скорчиться еще и в лифте, поднявшем его в кабину управления.
— А, это вы, Лапрад, садитесь! Места здесь хватает с тех пор, как эти господа из компании решили, что на лоханках класса «Звезда» вполне можно обходиться без третьего пилота и штурмана! Прибываем через пять минут. Уже видно астропорт и передатчик материи. Когда двадцать лет назад они изобрели эту штуковину, я думал, что останусь без работы. К счастью, все, что в нее попадает, выходит в виде мельчайшей пыли. Минералам — хоть бы хны, но есть же еще товары, машины... Что до людей, так от них даже на пару сосисок мяса не остается — ха-ха! Видать, не обойтись им пока без нас и без наших кораблей, дружище!
И пузо откинувшегося на спинку кресла капитана Латтропа заходило ходуном от поразившего его приступа смеха.
Тераи посмотрел на трех человек, которые, вместе с находившимся сейчас в машинном отделении механиком, были его спутниками на протяжении трех долгих недель перелета. Латтроп, Макниш, Ямамото, Бэйл. Не интеллектуалы, конечно, хотя их познаниям в области астрономии и математики позавидовали бы многие профессора Земли. Но веселые собутыльники и грозные противники за покерным столом! Скоро они исчезнут из его жизни, как исчезло уже столько друзей, оставшихся за миллиарды километров позади или же и вовсе канувших в небытие. Как его отец и мать. Он снова, в который уже раз, увидел, как высокие языки пламени пожирают лабораторию, закиданную фанатиками-фундаменталистами зажигательными гранатами. Он долго тогда искал родителей в дыму, но так, увы, и не нашел. Два ассистента заживо сгорели в заблокированном лифте, Лео, совсем еще маленький львенок, запрыгнул ему на руки, один из поджигателей чуть замешкался, и Тераи, случайно наткнувшись на него, сломал ему шею — впрочем, как тот погиб, никто и не разбирался, а потом обрушилась крыша, и они спаслись только чудом. К черту ее, эту Землю, со всеми ее сумасшедшими!
Ведомый направленным лучом, «Денеб» плавно опустился на гравитронах на бетонную поверхность посадочной площадки.
— Что ж, Лапрад, удачи. Даже не представляю, что такой достойный молодой человек, как вы, будет делать в этой глуши... О, я знаю, что это ваше личное дело. Как знать, быть может, когда-нибудь еще увидимся. Мир тесен, это вам говорю я, капитан Латтроп, избороздивший вдоль и поперек добрую половину Вселенной! Сейчас выгрузим ваш багаж и отчалим. И так из-за этого крюка потеряли немало времени, а это ведь — деньги Компании, разве нет?
Тераи пожал протянутые руки — Макниша, Ямамото (спасибо за уроки каратэ), капитана. Бэйл, механик, ожидал его у двери каюты, не осмеливаясь войти из-за Лео.
— Ваши вещи уже в тендере. Я об этом позаботился. До свидания, Лапрад! Хотелось бы мне, чтобы все пассажиры, которых мы время от времени перевозим, были такими, как вы!
— Пойдем, Лео, дай-ка я надену на тебя ошейник! Понимаю, тебе это не нравится, но не все ведь знают, что ты — паралев, а не зверь, сбежавший из цирка! Вдруг кто с перепугу откроет пальбу, если увидит тебя на свободе? О, я его, конечно, уложу, но жизнь тебе это не вернет.
С недовольным видом лев позволил надеть на себя ошейник, покорно последовал за Тераи в пассажирский лифт, и они вместе вышли на трап. В тот же миг служащий 2-го класса Луиджи Таччини, сидевший в здании астропорта, поднял голову от телетайпа и невольно воскликнул:
— Эй, дядя! Догадайся-ка, кто к нам прибыл на «Денебе»? Лапрад, олимпийский чемпион и трехкратный рекордсмен мира!
— Не неси ты чушь, парень! Этих Лапрадов во Франции, наверное, пруд пруди, — ответил его дядя, начальник астропорта.
— Именно
— Вот как! Тогда, быть может, это действительно он. Но что он здесь забыл?
— По документам проходит как геолог. Годовой контракт с Межпланетным металлургическим бюро. И с ним еще некий Лео.
— Лео — а дальше?
— Просто Лео! Больше на него тут ничего нет. А вот, кстати, и они!
С трапа сошел высокий мужчина, за которым следовал лев.
— Подумать только: сейчас я его увижу, возможно, даже перекинусь с ним парочкой слов!
С дрожащим от волнения голосом Луиджи распрямил плечи, стараясь придать как можно более авантажный вид своей высокой, но худощавой фигуре.
— Хо! Должно быть, он такой же человек, как и все.
—
— В любом случае, будь осторожен с его другом Лео!
Зазвонил телефон. Таччини-старший взял трубку.
— Говорит Старджон, региональный директор Международного металлургического бюро. Один из наших геологов, господин Лапрад, должен прибыть на «Денебе». Немедленно направьте его ко мне и не досаждайте ему всеми этими вашими формальностями. Я ясно выразился?
— Да, господин Старджон. Будет исполнено, господин Старджон.
Трубку на том конце уже положили.
— Луиджи, вот твой шанс познакомиться с этим Лапрадом! Отвезешь его в город. А сейчас я должен устроить все так, чтобы ему никто не докучал. Слышал, что сказал господин Старджон? Здесь, Луиджи, если хочешь чего-то добиться, ты должен помнить, что вся эта планета с потрохами принадлежит ММБ!
В открытом аэроглиссере Луиджи почувствовал на затылке горячее дыхание и, обернувшись, едва не уткнулся лицом в огромную морду Лео.
— Мсье Лапрад, скажите вашему зверю не дышать мне в шею! Мне от этого немного не по себе.
— Нет нужды ему повторять. Он уже понял, мсье?..
— Таччини. Луиджи Таччини.
— Так вот, Луиджи, Лео — лев не простой. Это паралев, или, как говорят журналисты,
Лео издал несколько ритмичных, полувнятных рыков.
— Это он так с вами поздоровался.
— Поразительно! Кто же сотворил такую диковину?
— Мой отец и один из его друзей. Из-за этого они и погибли, так же, как и моя мать, которая была с ними в тот день.
— Что же, эти... паральвы взбунтовались?
— О нет. Какие-то безумцы забросали лабораторию зажигательными гранатами. Выжили только я и Лео.
— Но что их на это подвигло?
— Кто знает, что творится в головах некоторых так называемых людей? Вероятно, обыкновенный страх, Луиджи. Но Лео нервничает. Он не любит, когда об этом говорят, да и я тоже.
— Извините, мсье Лапрад. Скажите, а какой ваш лучший результат на полуторке?