Франс Вааль – Разные. Мужское и женское глазами приматолога (страница 64)

Молодым самкам есть чему научиться еще до родов — на первом опыте с малышами или их имитациями. Тогда как у молодых самцов есть буйные игры и драки, которые готовят их к жизни в условиях борьбы за статус, молодые самки заняты тем, что вырабатывают материнские навыки. Я осознаю, как стереотипно это звучит, но у меня также есть ощущение, что этим термином слишком легко разбрасываются. Толковый словарь Мерриам-Вебстер определяет «стереотипный» так: «соответствующий определенному или общему паттерну или типу, особенно если имеет упрощающий или продиктованный предрассудками характер». Характеризовать таким образом детские игры — значит иметь в виду, что они все соответствуют некоему социальному идеалу. Тем не менее биологическая реальность такова, что представители разных полов размножаются по-разному и что детеныши готовятся к будущему. Это работает у всех животных одинаково. Именно поэтому козлята целыми днями играют, бодая друг друга, именно поэтому самки собак таскают за собой мягкие игрушки по всему дому, словно щенков, именно поэтому самцы птиц из семейства ткачиковых сооружают игрушечные гнезда, а крысята играют, садясь друг на друга. Все это делается ради веселья, но однажды такое поведение определит, кто получит право распространять свои гены. Детские игры всегда проходят по одному сценарию.

Если бы интерес девочек к детям и куклам был обусловлен исключительно культурой, он бы отличался в разных точках земного шара и в разные эпохи. Но это не так. Этот интерес известен как минимум с античных времен. Наблюдения, проведенные в десяти разных культурах, показали, что девочки более склонны к опеке и вовлечены в работу по дому, в то время как мальчики чаще играют вдали от дома. Большая часть этих исследований была проведена в 1950-е гг. (то есть до того, как западное телевидение и кинофильмы захватили мир) в самых разных странах — Кении, Мексике, Филиппинах и Индии. Американская женщина-психолог Кэролин Эдвардс пришла к выводу, что, «очевидно, девочки больше заботятся о младенцах и больше занимаются детьми, чем мальчики, и так происходит во многих сообществах, которые основаны на натуральном обмене и в которых матерям требуется помощь старших детей». Даже в культурах, где мужчины глубоко вовлечены в домашнее хозяйство, девочки опекают малышей больше, чем мальчики[401].

Эдвардс объясняет это самосоциализацией. Социализация не всегда навязывается обществом — она может исходить и от самого ребенка. Поскольку и мальчики, и девочки предпочитают компанию представителей своего пола, девочки проводят больше времени с женщинами. В сочетании с интересом к младенцам это автоматически вовлекает их в заботу о детях. Но это еще не все, поскольку Эдвардс отмечает очевидное удовольствие девочек при выполнении задач, связанных с младенцами. Они сами вызываются помогать с такими делами. Интерес к подобным задачам — одно из самых предсказуемых различий между гендерами в разных культурах.

Молодые самки приматов также одержимы младенцами, как и человеческие девочки, в то время как интерес самцов к детенышам отражает скорее обычное любопытство, а не склонность к воспитанию. Молодые самцы шимпанзе часто переносят детенышей странным образом, не давая тем ухватиться за их тело, как это любят делать шимпанзята. Я с ужасом наблюдал, как молодые самцы изучают маленького детеныша, растягивая его ноги и руки до предела, засовывают пальцы ему в горло или дерутся за него со сверстниками. Несмотря на шумный протест малыша, они уклоняются от отчаянных попыток матери забрать шимпанзенка назад. Ясное дело, большинство матерей и у приматов стараются не позволять самцу уйти с их детенышем, если только он не доказал, что будет осторожен и что ему не наплевать. Такие самцы существуют, но они, как правило, немного старше и более опытны. Отдавая детеныша молодым самкам, мать по крайней мере может быть уверена, что с ее ребенком будут обращаться бережно, за ним будут присматривать и вернут его к моменту кормления.

Уже более полувека мы знаем об этой разнице между полами. Молодые самки приматов любят возиться с «чем-нибудь извивающимся», как выразился один исследователь обезьян в дикой природе. В своей работе 1971 г. американский приматолог Джейн Ланкастер описала диких зеленых мартышек в Замбии: «К тому времени как детеныш достигает шести или семи недель, он начинает проводить большую часть своего бодрствования в компании неполовозрелых самок. Матери мартышек часто пользуются этим и уходят на поиски еды для себя». Ланкастер сравнивает эту реакцию с реакцией самцов: «Никогда не видели, чтобы какой-то самец, любого возраста, вел себя с новорожденным малышом так, как мать, — так же обнимал бы его, носил или ухаживал за ним»[402].

При изучении нечеловекообразных обезьян было обнаружено, что неполовозрелые самки взаимодействуют с детенышами в три, а иногда и в пять раз чаще, чем неполовозрелые самцы. Самки, которые ведут себя таким образом (заботятся о чужих детенышах), называются аллопарентами, или самками-помощницами. Это помогает им развить навыки материнства. Приматолог Линн Фэрбенкс исследовала это явление у зеленых мартышек. Она наблюдала за большой группой особей, которые впервые стали матерями и чью историю знала с рождения. Фэрбэнкс хотела выяснить процент выживших детенышей. Помогли ли им в молодости часы, проведенные в заботе о потомстве других мартышек? Еще как. У матерей, которые занимались этим в детстве, смертность потомства была ниже, чем у тех, кто не имел такого раннего опыта[403].

Нечеловекообразные обезьяны, которые выросли отдельно от матерей с детенышами, пренебрегают своими первыми сыновьями и дочерьми. Они не представляют, что с ними делать, и даже не берут их на руки. То же самое происходит, как правило, у человекообразных обезьян в зоопарках: им не хватает знаний обо всем, что касается материнства. Чтобы показать самкам, как обращаться с детенышем, они должны иметь перед глазами материнский опыт[404]. Это так же работает и у многих млекопитающих: можно вспомнить повсеместно встречающихся «тетушек», которые выступают няньками для малышей у слонов, дельфинов и китов. И хотя мы склонны думать, что материнское поведение грызунов должно быть врожденным, у них также материнство порождает материнство.

Установив камеру в мышиной норе, мы обнаружили, что опытные матери стараются держать своих юных дочерей поблизости. Если одна из них сбежит из норы, мать погонится за ней и вернет. Она учит ее, как относить мышат обратно в гнездо: выпускает мышонка и затем снова берет его за шкирку на глазах у дочери. Или сажает мышонка перед молодой самкой, как бы подталкивая ее самостоятельно его поднять. Молодые мыши, у которых имелась такая тренировка, научаются обращаться с мышатами быстрее, чем те, у которых ее не было[405].

Поэтому пора перестать называть стереотипным пристрастие девочек к младенцам и куклам. Человеческое поведение, наблюдаемое по всему миру и встречающееся у многих других млекопитающих, нельзя объяснить предрассудками и гендерными ожиданиями, даже если и то и другое вносит в него свой вклад. Это поведение глубже. Оно не случайно связано с биологией. Поскольку материнские навыки слишком сложны, чтобы полагаться на инстинкт, эволюция позаботилась о том, чтобы представительницы гендера, которому они особенно нужны, сами стремились подготовиться к материнству.

Тенденция, которая функционально связана с древним способом размножения, не стереотипна, а архетипична.

Эдиповы тамарины — обезьяны из Южной Америки размером с белку, проявляющие высокую степень отцовской заботы. Если самка этой обезьяны рожает близнецов, отец переносит их с места на место чаще, чем мать

Теперь вернемся к тому, что самцы приматов, даже у видов с очень малой долей или полным отсутствием отцовской заботы, далеко не равнодушны к детенышам. При определенных обстоятельствах самцы готовы обнимать и растить их, проявляя впечатляющий воспитательный потенциал. Более того, этот потенциал не ограничивается приматами. Например, самцы крыс не славятся заботой о крысятах, и все же они делают это, если их надолго оставить с детенышами наедине. То же самое наблюдается и у петухов, что отмечал в своем дневнике еще Чарльз Дарвин. Он утверждает, что каплун (кастированный петух) «насиживает яйца не хуже, а часто и лучше самки». Дарвин предполагал, что «латентный инстинкт» к воспитанию таится внутри мозга самца[406].

Этот инстинкт в полной мере проявляется у многих птиц-отцов, которые нежно заботятся о своем потомстве и яростно его оберегают, а также у некоторых приматов, таких как игрунки и тамарины. Самцы этих маленьких обезьян из Южной Америки активно разделяют обязанности по переноске близнецов, которых родили самки, и заботу о них. Американский приматолог Чарльз Сноудон изучал эдиповых тамаринов на протяжении всей своей карьеры. Я часто навещал его колонию недалеко от Висконсинского центра приматов. Сноудон выяснил, что отцы тамаринов могут быть весьма умелыми и заботливыми. Они так выкладываются, что теряют в весе, когда переносят детенышей на спине. Основная материнская лепта у этих обезьян сводится к беременности и лактации. Мать переносит детенышей только во время грудного вскармливания, предоставляя отцу все остальное время. Он щедро делится твердой едой с близнецами, чтобы подготовить их к тому моменту, когда придется самим добывать пропитание. Уже во время беременности партнерши будущий отец претерпевает гормональные изменения. У него повышается уровень типично женских гормонов, стимулирующих социальные связи, таких как эстроген и окситоцин. Кроме того, он толстеет, чтобы компенсировать ожидающую его потерю веса[407].