Франк Тилье – Норфервилл (страница 54)

Манжематин покачал головой. Он выглядел искренним.

— Он потребовал, чтобы сотрудник, который должен был составить список, сообщил ему, как только он будет готов, — продолжил француз. — И на экземпляре, который я нашел в его ящике, он яростно вычеркнул одно имя. Джон Малкон...

Полицейский резко обернулся.

— Я не понимаю. Что вы мне хотите сказать?

— Что ваш начальник так или иначе причастен к этому. Что Никаму не покончил с собой, а дом Мешкена не загорелся случайно. Лейтенант Рок уже подозревала его. Но она пропала вчера вечером, а Лиотта сегодня якобы заболел. Эти события связаны между собой. Боюсь, что произойдет еще одна трагедия.

Два полицейских обменялись долгим молчаливым взглядом.

— Вы несете чушь, — возразил Милло.

Манжематин казался более нерешительным. Тедди увидел, как его челюсти сжались до висков. Как у человека, который внезапно столкнулся с правдой, которую он отказывался признавать. Он повернулся к своему коллеге.

— Мы проверим. Поторопись.

Часы на приборной панели показывали 8:32. Возможно, Малькон еще не ушел на работу. Пять минут спустя их автомобиль припарковался перед домом № 112 по улице Саутсайд. Рядом не было ни одной машины. В свете зарождающегося дня офицеры подбежали к дому с оружием в руках и постучали в дверь, но ответа не последовало.

— Здесь!

Криминалист звал их сзади. Он проследил следы по левой стене. Трое мужчин оказались перед разбитым окном.

— Я уверен, что она вошла отсюда. Надо пойти посмотреть.

Тедди был удивлен той решимостью, которая теперь жила в Манжематине. Возможно, он что-то знал. Возможно, в глубине души он всегда чувствовал, что с его начальником что-то не так. Войдя внутрь, они увидели разрушения. Несмотря на состояние комнат, хозяин не обратился в полицию, что не успокаивало француза.

Наверху Манжематен рассматривал охотничьи трофеи в кабинете, одновременно звоня по телефону. За его спиной Тедди все меньше и меньше надеялся. Многие молодые женщины уже исчезли. Этот человек умел избавляться от тел и продолжать жить, как ни в чем не бывало. Леони не было здесь. Ее больше не было здесь. Он представлял себе, как Малькон причиняет ей боль или хоронит ее где-то, когда Милло вошел в комнату и протянул ему бумагу.

— Это было на первом этаже, на журнальном столике...

Тедди прочитал документ, датированный предыдущим днем. Это были результаты анализа, проведенного по просьбе Леони Рок, книги под названием «Я проклятая дикарка. - По отпечаткам пальцев была установлена личность: Джон Малкон.

Проклятые дикарки... Леони рассказывала ему об этом: это была фраза, которую шепнул ей один из ее насильников двадцать лет назад. Француз не знал, откуда взялась эта книга, но он лучше понимал, что привело его напарницу в этот дом и что вызвало ее гнев. Очевидно, она наконец-то сумела найти того самого третьего человека. И она хотела с ним встретиться, несмотря на опасность, которую он представлял.

— Я позвонил в INC, — объявил Манжематин, повесив трубку. Малкон оставил сообщение рано утром, чтобы сообщить, что он тоже плохо себя чувствует и сегодня не выйдет на работу. Поехали сразу к сержанту. Я должен убедиться, что он там.

Все сложилось, как будто детали сложной машины внезапно соединились. В машине Тедди передал Манжематину документ, составленный техником из Бэ-Комо. Леони доверила ему секрет, но, возможно, единственный способ спасти ее — это раскрыть его. Тогда он рассказал о мучениях, которые она и Майя Никаму пережили в 1990-х годах, незадолго до закрытия шахты. Рассказал о зловещей традиции «географических исцелений, - которая в то время существовала в резервациях. И назвал имена трех предполагаемых насильников: Лиотта, Малькон и Лавинь.

Милло сгорбился в кресле. Вес этих откровений буквально давил на него. Манжематен сохранял суровый вид, но криминолог догадывался, что в его голове бушует буря. Их жизнь тоже могла быть перевернута в ближайшие дни.

— Эти мужчины — бывшие заключенные Норфера, они общаются между собой, — пояснил Манжематен, когда они достигли места назначения. Два-три раза в год они устраивают себе выходные с охотой и рыбалкой в лагере Ника Лавина. Обычно они уезжают в конце дня в пятницу, а возвращаются в понедельник утром.

Правый глаз Тедди загорелся. Пришла новая волна, которая смела все гипотезы, оставив только суровую правду. Он понял. Именно туда увозили девушек. Туда, где они исчезали навсегда. Он покачал головой, услышав хлопок дверцы, и посмотрел на Манжематина, который бросился к дому Лиотты. Автомобиль SQ был припаркован в аллее, но, судя по всему, никто не реагировал на приказы агента. Он вернулся, бежав, с телефоном, прижатым к уху.

— Недоступен, сразу включается автоответчик, — прошептал он, прежде чем устремить свой испуганный взгляд на Милло. Едем в Northern Adventures. Езжай так быстро, как можешь.

65

Первым запахом, который она почувствовала, был запах кожи. Леони проснулась, сжавшись на шкуре животного, потея под своим толстым пальто и перчатками. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы подняться, опираясь на обе руки. Голова кружилась, и ей казалось, что пол притягивает ее к себе.

Когда последние последствия наркотика прошли, она оглядела свое окружение. В углах комнаты, построенной из бревен и без окон, были установлены прожекторы, освещавшие оборудование, висящее на стенах. Кнуты, зажимы, всевозможные инструменты пыток, ножи, металлические инструменты странной формы, коробки с электрическими проводами... Над ее головой висели наручники, один из браслетов был прикреплен к балке. Ее заперли в кошмарном подземелье. Место отвратительное, где монстры могли без ограничений давать волю своим самым непристойным инстинктам. Полицейская без труда представила себе девушек, привязанных, обнаженных, избитых, преданных на откуп трем извращенцам, которые привели ее сюда. Изнасилованных, униженных, а затем убитых.

Инстинктивно она обыскала свои карманы. Телефона и пистолета не было. Она схватила большой нож и выставила его перед собой. Без надежды она опустила ручку двери. Она была открыта. Перед ней открылся длинный коридор из темного дерева и первые ступеньки лестницы в конце. Царила необычная, ненормальная тишина. Запах ловушки был явным. Леони поняла, что это часть игры. Для них, возможно, это был даже лучший момент: момент, когда добыча бросается в пасть волка. Предоставление ей оружия увеличивало ставки. Просто ожидая, эти ублюдки, наверное, уже получали удовольствие.

Она поднялась по короткой лестнице, прошла через еще одну тяжелую дверь и оказалась в новом коридоре, который вел в уютную гостиную. Затем она увидела три роскошные спальни. И, наконец, кухню, пропитанную запахом ели. На столе, стоящем в центре, лежала обычная белая бумага с надписью: Если ты не выйдешь до 9 часов, мы войдем и выпотрошим тебя. Леонии захотелось блевануть. Она посмотрела на часы. Было 8:50. Если она не предпримет никаких действий, через десять минут она будет мертва. Потому что одно было точно: она могла быть уверена, что они выполнят свою угрозу.

Она осторожно заглянула в окна, отодвинув пальцем занавески. Все ее поле зрения заполняло одно и то же зрелище: огромное замерзшее озеро, усеянное идиллическими островками. На каждом из них стоял маленький домик с красной крышей, покрытой солнечными батареями, причал с лодкой, великолепные хвойные деревья, покрытые снегом. Под голубым небом — райский уголок в самом сердце ада.

Леони сразу поняла, что она находилась в лагере на озере Венди, владельцем которого был Лавинь. Одно из тех мест для встреч, которые так любили квебекцы. Место в ста километрах от Норфервилля, куда на несколько дней приезжали опытные рыбаки и охотники, способные сами о себе позаботиться. Уголок мира, затерянный в самой красивой, самой нетронутой и, безусловно, самой враждебной природе. Доступный только по воздуху. И ужасающе пустынный в это время года.

Молодая женщина заметила следы на снегу у двери частного шале, в котором она находилась, и которое три чудовища явно приготовили для своих злодеяний. Следы быстро исчезали на замерзшей поверхности. Они, несомненно, были там, снаружи, притаившись, ожидая в полярном холоде. Укрывшись где-то вокруг ее острова, на противоположном берегу или в лесу, окаймляющем озеро. Она искала глазами гидросамолет, он должен был где-то приземлиться. Но территория была огромной и местами заросла густой растительностью. Тем не менее, самолет, обязательно оснащенный радиостанцией, был ее единственной надеждой. Ее единственной возможностью.

Ей пришлось бы бежать по этому катку, прежде чем она достигнет берега. Она изучила, в каком направлении лучше бежать. Увидев группу деревьев примерно в пятидесяти метрах от входной двери на противоположном берегу. Это было самое удаленное от нее место, и она, конечно, будет подвергаться опасности дольше, но она решила, что они не будут ждать ее там и не убьют, пока она будет на льду. В конце концов, речь шла об охоте, а не о стрельбе по голубям. Поэтому им пришлось разделиться, каждый занялся своим сектором, чтобы охватить как можно большую территорию. Если повезет, за ней будет охотиться только один.

Она сунула нож в карман. Она не хотела умирать. Не сейчас, не так. Она сдержала рыдание, вздохнула и бросилась в морозный воздух Крайнего Севера.