Франк Экстанази – Skyrim. История создания великой игры (страница 36)

Талмор, таинственная организация с весьма коварными методами, несомненно, является одной из главных тем серии, которая пройдет красной нитью по всем следующим играм. Единственными представителями эльфийской расы, которые получили развитие в сюжете, были данмеры из Морровинда, рассеянные в изгнании между Солстхеймом и несколькими убежищами в соседних провинциях. Альтмеры и босмеры, основатели Доминиона, мало изучены и описаны. В особенности это касается лесных эльфов, о которых вообще мало что известно. Каджиты и аргониане – это народы, которые эльфы и люди считают нижестоящими или вовсе вражескими в зависимости от политических и религиозных обстоятельств. Каджиты тесно связаны с альдмерами, чья ответственность за создание их расы всегда обсуждалась и тактично упоминалась во многих текстах игры, но их прямое влияние на Тамриэль все равно остается незначительным, если не сказать минимальным. Аргония и ее народ интересны с определенной точки зрения, особенно после повышения их значимости в сценарии после взрыва Красной горы. Их завоевание материковой части Морровинда и месть рабовладельцам-данмерам имеют региональный политический интерес, но опять же, общее влияние на Тамриэль остается слишком незаметным, чтобы занять главное место в нашей истории. Тем не менее есть шансы увидеть религиозную подоплеку аргониан – как их взрастили хисты. Это раса, существовавшая одновременно с эльнофей, что породила аргониан для общения с ними. Хисты в некотором роде являются последними живыми представителями рас, появившихся в эпоху Рассвета. Будучи тысячелетними старожилами, они дают богатый культурный фон – возможность рассказать о богах, вселенной и ее развитии.

Пределы возможного

Известно многое о провинциях предыдущих игр: мы их видели, имеются их описания и так далее. Но прежде чем дойти до финальной главы, определенной Землепадом Пятой эры, предстоит преодолеть еще долгий путь. Третья эра длилась всего 433 года, в то время как первая – тридцать столетий, а вторая – почти десять. Маловероятно, что следующий эпизод продвинет нас на несколько сотен лет вперед, потому что в контексте новых основ истории несколько вопросов остаются нерешенными. В первую очередь империя людей разделена больше чем когда-либо: отделение нескольких бывших провинций значительно ослабило ее, а остатки реальных владений уже не сравнимы с властью, которой обладал Тайбер Септим в начале своего великого завоевания. Если речь вновь будет идти об Империи Сиродила, возможно, что следующий эпизод наконец начнет движение истории с точки зрения эльфов и покажет нам многочисленные интриги Доминиона, а также политические и религиозные системы Саммерсета. Власть Талмора была построена на двуличии, принуждении и расовой чистоте, но в пределах этого изолированного континента все еще есть древние семьи, которые, конечно, не очень рады таким обстоятельствам. Очевидно, что для них и речи не идет о том, чтобы свергнуть Доминион и восстановить власть Империи, но в этот длительный период смуты их появление может показаться проблеском надежды в крайне мрачных обстоятельствах.

Одним из самых ожидаемых мест действия следующей игры для многих поклонников остается таинственный континент Акавир. Он всегда манил своими странными легендами о змеином народе, тигродраконах, снежных демонах и бетмерах, гигантских обезьянах. Эти народы, о которых мало что известно во вселенной серии, могут стать новым аутсайдером на сильно ослабленном различными войнами континенте. Главный интерес состоял бы в том, чтобы показать новые расы и противопоставить их культуры тамриэльским. Шок, подобного которому не было несколько столетий, но который предсказывался во многих писаниях, станет однажды реальностью. Важно помнить, что акавирцы уже несколько раз вторгались в Тамриэль, были Потентатами Империи – неофициальным эквивалентом императора – в течение первых веков Второй эры и оставили важный след в имперской культуре. Орден Клинков по-прежнему носит оружие и броню акавирцев, несмотря на тысячелетия, которые прошли с момента основания этой фракции. И хотя она в настоящее время официально расформирована, а ее члены преследуются, их связь с Акавиром никогда не была полностью исследована. Эти верные воины Империи, отверженные и преданные своим командованием, могли бы найти новую миссию после того, как исполнили свой долг помощи последнему Драконорожденному.

Все эти гипотезы, к сожалению, очень эфемерны перед лицом огромных возможностей лора предыдущих игр. Хотя Хаммерфелл и Хай Рок уже обсуждались, недавние (по игровым меркам) исторические события могут запросто открыть двери для мощного восстания редгардов и бретонцев, вслед за восстанием нордов. Редгарды, уроженцы архипелага Йокуда, единственные во всем Тамриэле, кому удалось изгнать силы Доминиона со своих земель после его массированного вторжения. Их отказ от Конкордата Белого Золота и сопротивление до 4Э 180 позволили им ратифицировать Второе Строс М’Кайское соглашение, подтверждающее их независимость от Империи и полный вывод войск Доминиона с их земель. В настоящее время это единственная страна, которая не должна подчиняться Империи или Талмору. Путешествие в землю Йокуда позволит узнать больше об этом народе неистовых воинов. Легенда гласит, что Йокуда почти полностью утонула из-за цунами, вызванного использованием Пути Меча Духа, чрезвычайно мощного и опасного боевого искусства. Если все это правда, то у редгардов будет преимущество перед Талмором и армиями Доминиона, которые властвуют над их соседями.

Несложно заблудиться в возможностях, предлагаемых различными культурами и странами Нирна, и чем больше кто-то будет стремиться найти связную схему, тем больше одна идея будет противоречить другой. Единственное, в чем мы можем быть уверены, так это в том, что Талмор какое-то время все еще будет врагом людей, а следующая The Elder Scrolls появится еще очень нескоро. По словам Тодда Говарда и других разработчиков, приоритетом студии является завершение и выпуск двух новых крупных франшиз и получение достаточных технологий, чтобы сделать игру в соответствии с их видением[44]. Эти две основные игры для студии, имеющие, безусловно, точные даты выхода и необходимость рекламной кампании, составляют некоторую конкуренцию другим играм бренда, так что возможный выпуск The Elder Scrolls VI нам не грозит до 2019 или, более вероятно, 2020 года[45]. Daggerfall и Morrowind разделяют семь лет, и этот временной отрезок оказался технологически выгоден. В этом промежутке вышли Battlespire и Redguard – самостоятельные эпизоды позволили студии по-новому моделировать историю, иначе подойти к построению сценариев и все крепче привязывать франшизу к жанру. Сегодня фанаты компенсируют отсутствие новой TES с помощью The Elder Scrolls Online, которая, несмотря на трудное начало и многие дальнейшие изменения, предлагает интересное путешествие в сердце Второй эры.

А как же механики?

Еще рано пытаться всерьез определить основы геймплея следующей игры, но на основе эволюции и выборов, сделанных для Fallout 4, можно набросать основные направления того, чем может стать TES VI. Fallout 4 многому научилась у Skyrim с точки зрения пассивного повествования и развила свою вселенную, чтобы передавать историю через созерцание. Детали уже обсуждались ранее, но следует также отметить разницу между двумя вселенными и их базами. Fallout представляет собой мир, лишенный цивилизации и отрезанный от ее культурных корней, в то время как TES строится на глубоких исторических и культурных основах[46]. Пассивное повествование разворачивается в обоих случаях по-разному, и трудно сменить позиции и сделать упор на пассивную вселенную в новой TES. Но если верить Тодду Говарду, то следующая игра серии будет проходить в полностью открытом мире, предлагающем игрокам гораздо больше места и свободы, чем одна провинция. Эта свобода, за которую так много лет выступали разработчики, пожалуй, не лучшая новость для очень консервативной серии, которая видела рождение Morrowind или Skyrim.

Исследование чрезмерно открытой вселенной, полной чудес, будет происходить за счет истории. Сценаристам придется постараться, чтобы держать игроков в напряжении и не оставить сюжет на заднем плане. Рассеивание внимания, безусловно, является одним из величайших зол нашего времени, и хрупкое равновесие между сценарием и пассивным повествованием может очень быстро нарушиться, если на ранних этапах создания сценария не будут установлены определенные рамки. Fallout 4 предлагает невероятную вселенную и великолепно изображает окрестности Бостона, но многочисленные сценарные упрощения, бессвязность и уменьшение возможных вариантов выбора оставили очень горький осадок у многих игроков и критиков. Если выбор в The Elder Scrolls менее важен, то качество историй не должно страдать от гонки к сверхреализму, который бы утопил повествование в потоке панорам, заставляя забыть об остальном.

Упрощенный в некоторых аспектах геймплей Skyrim разочаровал игроков, которые следовали за франшизой с самого начала. Успех игры неоспорим, но тем не менее ее хорошенько раскритиковали за явную удаленность от ролевых начал. Эти изменения были сделаны в пользу большей модульности и открытости для новых аудиторий, но они же огорчили многих любителей ролевых игр и специалистов в области статистической оптимизации, которые ценили строгость билдинга своего персонажа. Отказ от классов и возможность быть всеми сразу – основа Skyrim, но далеко не факт, что так все и останется в следующей игре. Драконорожденный был особенным персонажем серии из-за своих способностей и контекста. Вполне возможен и куда более приземленный подход, в котором новый герой будет гораздо более «смертным», чем его предшественник, и столкнется с несколько более сложными дилеммами. Таким образом, франшиза воссоединится с частью своей прежней аудитории без отчуждения игроков, которые открыли для себя СRPG со Skyrim. Этот подход также имел бы много последствий для реиграбельности и позволил бы углубить некоторые аспекты, которые могли считаться слишком легкими после той сложности, которой иногда грешили игры серии до появления Skyrim. Выбор класса также послужит предлогом для обновления древних гильдий Тамриэля. Да, они находятся на различных стадиях распада или реорганизации, но все еще остаются мощным инструментом власти и контроля над историей.