FORTHRIGHT – Амаранты. Порабощенный лис (страница 83)

– Это символ клана или альянса?

Майкл отложил лом:

– Глинтраббл – это организация, которая специализируется на добыче и обработке камней, усиливающих способности наблюдателей. В сообщество входят лошади, кролики и летучие мыши. И сами наблюдатели, конечно.

– А лавандовый где, Первый среди стражей? – окликнул Лапис.

Дракон развалился в углу, в основном наблюдая за процессом, поскольку руки у него были заняты Кирие. С тех пор как Цумико отдала дракону малыша, она почти его не видела. Кирие дни напролет учился повторять вокализации Лаписа, а ночами растягивался поверх пламени Арджента, убаюканный тихим урчанием лиса.

– Я оставлю это тебе и Ардженту, если вы не против, – сказал Майкл. – Цумико и сенсей заберут меня ненадолго.

Лапис пошевелил пальцами в знак того, что отпускает стража.

– Меттлбрайт более чем в состоянии справиться с поставленной задачей, но не медлите. Все почти готово, и он от нетерпения становится раздражительным.

Цумико вопросительно оглянулась на Арджента, но он лишь покачал головой и махнул рукой.

Майкл провел их в ту же маленькую гостиную, где заботился о Дисе, и сел на их обычное место, небрежно похлопав по подушкам с обеих сторон.

– Моя новая техника пользуется большим спросом. Но будьте посдержаннее со мной, сенсей. Возможно, с вами мне не справиться.

– Думаю, это и так очевидно. – Хисока уселся на диван и взъерошил волосы своего бывшего ученика. – Только моя мать все еще питает иллюзии, будто мной можно управлять.

Цумико устроилась с другой стороны, пока Хисока расспрашивал Майкла о подробностях. Описания стража были отрывочными и основывались больше на догадках, чем на точных данных, но кот, похоже, был заинтригован. Они бы так и ушли с головой в теории и обсуждение возможностей применения, если бы она не накрыла ладонь Майкла своей.

– Ой, точно! – Он протянул ей руку, переплетая их пальцы. – Легче показать, чем рассказать. Готовы, сенсей?

В комнате воцарилась тишина. Сначала ничего не произошло, но Цумико и не удивилась. В прошлый раз, с Дисом, осознание тоже приходило медленно, словно она постепенно пробудилась ото сна и обнаружила, что у постели сидит какой-то хороший человек. Поэтому она ждала, когда спокойствие будет нарушено хотя бы малейшим намеком на чужое присутствие.

– Вам двоим нечего стесняться. Путь проложен, – пробормотал Майкл.

Цумико медленно покачала головой. По-прежнему ничего. Конечно, это не была совсем пустая пустота. В ее пространстве ощущалось тепло. Оставалось лишь дождаться, когда сила Хисоки зашевелится на краю сознания. Может быть, связь все-таки не работала?

– Сенсей, – упрекнул Майкл. – Ты тянешь время назло Лапису? Или в тебе вдруг проснулась застенчивость?

– У меня нет желания тревожить мисс Хадзимэ.

– Если бы я не сдерживал ее, ты бы сам встревожился. – В веселости Майкла угадывалась какая-то напряженность. – Не стоит недооценивать хозяйку этого дома.

– С чего кому-то меня бояться? – спросила Цумико.

– Таков инстинкт, – ответил Майкл. – Но дело не в классе или статусе, а в самой связи. Пусть сейчас речь не идет о кормлении, но доверие необходимо.

– И его нельзя торопить, – подхватил Хисока.

– Верно. – Майкл пихнул лидера амарантийского мира локтем. – Но его не получить и не потерять, если не дать ему шанса.

– Хитрый мальчик. Цитируешь мои собственные слова, чтобы загнать меня в угол?

– Ничего подобного, сенсей. Я держу тебя за хвост. – Майкл закрыл глаза и улыбнулся. – Но обещаю не тянуть.

И вот наконец оно пришло – мягкое давление другой личности, отличной от нее самой, потому что Цумико вдруг ощутила привязанность Хисоки Твайншафта к Майклу. Их яркая, непоколебимая и безграничная дружба вибрировала в тишине. Только тогда Цумико наконец поняла. Она ждала, что Хисока выйдет из тепла и покажет себя. Но он и не прятался. Хисоки не было вместе с ней в спокойствии. Он был самим спокойствием.

Арджент поправил кусок аквамарина, который и без того стоял на месте. Вернул его обратно. Если бы не полный дом гостей, лис, возможно, занялся бы вытиранием пыли. Или даже стал полировать серебро. Не то чтобы он скучал по своим домашним обязанностям. Но ожидание истощило его терпение до предела.

– Бесишься? – Лапис подошел проверить кристалл. – Ты не доверяешь нашему кошачьему повелителю?

– А должен?

Лапис лишь тихо рассмеялся. В коридоре раздались голоса, и в комнату ворвался Гинкго. Он успел сделать всего несколько шагов, прежде чем Нару-со догнал его и заключил в объятия, которые больше походили на братскую потасовку, чем на выражение привязанности.

– Ру-ни! – прорычал парень. – Хватит уже! Я видел тебя вчера!

– И оставить товарища по стае без внимания? Ты для моего брата как брат и дорог мне, я тебя обожаю! – Нару-со потерся щекой о щеку Гинкго, игриво, как ребенок. – Где твой обычный энтузиазм?

Рычание Гинкго стало громче, но боролся он примерно так же серьезно, как и его мучитель, учитывая, что оба виляли хвостами. Затем в комнату вошел Майкл с Цумико, за ними следовал Хисока, и Арджент несколько расслабился. Похоже, воцарился мир. Должно быть, она решила полностью довериться Твайншафту. Необходимый шаг, если они собирались разрушить узы, сделавшие его жизнь несчастной, и при этом сохранить ту, с которой он собирался разделить оставшиеся века. Арджент не желал рисковать. Майкл осмотрел комнату.

– Все готово?

– Давно уже. Ох уж эти коты и их забавы, – насмешливо сказал Лапис.

Хисока оставался невозмутим:

– Разве ветер может пронестись чужим путем?

В ответ на драконью пословицу Лапис поклонился в сторону Цумико. Арджент все еще пытался решить, не было ли это оскорблением, когда в комнату вошла Адуна-со.

– Где Хармониус? – спросил Хисока.

Теперь не хватало только пса.

– А он вообще нужен? – протянул Лапис.

Хисока мягко улыбнулся:

– Не груби.

Нару-со подошел к ближайшему окну и поднял створку, впустив поток холодного воздуха. Парень издал пронзительный свист, и в ответ раздался веселый лай. Поймав взгляд Арджента, Гинкго медленно принялся считать секунды на пальцах. На седьмой в комнату влетел пахнущий зимой и соснами Стармарк и рассыпался в извинениях.

Достойная скорость. Достойный парень.

Арджент невольно насторожился, когда Хисока подошел к нему. Если кот и заметил, то из вежливости не подал виду.

– Как прошел маленький эксперимент Майкла? – спросил Арджент.

– У вашей госпожи четкое понимание себя. – Взгляд Хисоки на несколько мгновений расфокусировался. Когда кот снова сосредоточился, на его лице читалось задумчивое выражение. – Она – прекрасный сюрприз.

– Уже вплетаешь ее в свои планы?

Хисока покачал головой:

– Мое видение будущего было нечетким, и оно изменилось. Ее планы хороши. Я поддержу их. И тебя.

– Тц. Если все получится.

Кот легко дотронулся до запястья Арджента и повысил голос:

– Начнем?

Нару-со забрал Кирие у Лаписа и присоединился к Гинкго у очага, в то время как Четверо торжественно заняли свои позиции. Барьеры, которыми каждый амарант обычно сдерживал свою мощь, пали, наполнив комнату мрачной дикостью. Сам воздух, казалось, рычал, хлестал и пел. И на этот раз… да, на этот раз Арджент осмелился надеяться на успех.

Цумико заняла свое место в центре комнаты, и лис быстро присоединился к ней. По обоюдному согласию, она не говорила. Одно лишнее слово, одна неудачная фраза… Арджент вздрогнул.

Кончики холодных пальцев коснулись его лица, и лис встретил умоляющий взгляд Цумико. Арджент встревожился. Наклонившись, чтобы прижаться к ее щеке, он произнес:

– Не бойся. Это не неразрешимая тайна. Просто символ – мощный, но тем не менее рукотворный. А то, что было сделано, можно разрушить. Если этот томный дракон первым не разгадает загадку, кот обязательно ударит лапой, и проклятая конструкция рухнет, оставив только наши добровольные узы.

Он почувствовал, как она кивнула. А потом их разъединили. Стармарк и Адуна-со встали по бокам от Цумико, и она теперь казалась совсем маленькой. Но их молчаливое присутствие понравилось Ардженту. Волчица выглядела как мать со своим детенышем, готовая бросить вызов любому, кто желал причинить вред, даже самой луне. И Хармониус позабыл про игривость, обнажив саму свою суть. Он был псом войны.

Их сила станет щитом Цумико.

– Томный? – повторил Лапис, вставая у локтя лиса. – Может, показать тебе свой истинный пыл?

– Придерживайся плана, повелитель драконов. – В словах Хисоки звенела сталь. – Мы начнем, когда ты будешь готов, Майкл.

А затем Арджента будто разорвали на части, вскрыли и перебрали, как настройщик перебирает струны арфы. Лис достаточно хорошо отреагировал на знакомую энергию Майкла. Их доверие было глубоким. Необычным – и в то же время необычайно убедительным – оказалось непринужденное господство Хисоки. Словно он проснулся от мурлыканья кошки.

Лапис действовал с быстротой, которая не вязалась с его обычной медлительностью. Он был далеко не самым могущественным из Четверых, но при нынешних обстоятельствах проявил себя как самый сострадательный. Нет, не совсем так. Пусть Лапис и сам еще не осознавал свой потенциал, но продемонстрировал поразительные способности. Будь у него такая возможность, он наверняка стал бы самым любящим отцом.