FORTHRIGHT – Амаранты. Порабощенный лис (страница 34)

Все детство Цумико было пронизано Священным Писанием, и она ощутила всплеск любопытства.

– Ты был в Эдеме?

– Не лично. – Он придвинулся ближе, положил руки ей на колени. – Хватит обмениваться старыми историями, вернись к своим молитвам.

– Почему?

– Потому что я тут командую.

Поведение Арджента настораживало. Что притягивало его к ней? Ему сейчас не требовалась кормежка, но он, похоже, был готов умолять.

Лис помедлил еще немного, прежде чем тихо признаться:

– Ты сияешь. Как Сориэль из «Рассвета», как Ауриэль из «Золотого Семени». Как героиня любой сказки о Сородичах, Сломленных и Благословенных, ты сияешь.

– Кто они?

– Небесные гости и герои прошлого. – Он прижался грудью к ее коленям, и сквозь благоговение прорвались первые нотки нетерпения. – Еще одни старые истории, которые могут подождать.

Неужели амарантов посещали ангелы? Имелись ли у тех священные книги, заветы и пророчества, которыми они руководствовались в своей жизни?

– У вас есть книги? – спросила она. – Можно их одолжить?

– Очень мало, – пробормотал Арджент.

Цумико мягко коснулась его руки:

– Это сейчас действительно так отличалось от того, что обычно происходит, когда я ухаживаю за тобой?

Не сводя с нее глаз, он кивнул.

– Молитва – это не представление. Вряд ли я смогу повторить такое по команде, – призналась Цумико.

Арджент сделал медленный вдох, склонил голову и не стал развивать тему.

– Вместо того чтобы присоединиться к толпе бездельников, может, сходим на могилы Персиваля и Эими? Участок семьи Смайт – на местном кладбище.

– Да, пожалуйста.

Он накинул ей на плечи отороченный мехом плащ и вывел через боковую дверь. Обнаружив, что тропа к кладбищенскому участку занесена снегом, лис понес госпожу, жалея ее обутые в сандалии ноги. За часовней, под поникшими ветвями древних кедров и раскидистыми кизилами, под мраморными надгробиями спали поколения Смайтов. Арджент опустил Цумико на землю и отступил с погрустневшим лицом.

Он впервые оказался на могиле тети Эими? И стоял тут с пустыми руками.

– Какие цветы она любила? – спросила Цумико.

– Незабудки.

– Если сможем найти их, давай сюда принесем.

– Уместный жест. Ты молишься за своих предков?

Ему стало любопытно? Или он просто снова хотел посмотреть на молитву?

– Нет, но я чту их память, – ответила Цумико. – А ты? Как амарант встречает смерть?

– Редко. – Он слегка нахмурился, глядя на могилу своей бывшей госпожи. – Гипотетически.

– Ты… не умрешь?

– Я знаю, что это возможно. – Его взгляд обратился к тенистым ветвям над головой. – И я чувствовал приближение конца.

Цумико полностью повернулась к нему лицом:

– Арджент, какова средняя продолжительность жизни таких, как ты?

Голос лиса стал певучим:

– Когда звезды были молоды, а горы нетронуты и целые леса стояли пустыми, нас выбрали. Когда людей было мало и землю разделили и птицы и звери нуждались в нашей силе, мы плодились и размножались.

Знакомые фразы привлекли ее внимание.

– Намекаешь на заветы Ноя? Сколько же тебе лет?

– Я не был ни в Эдеме, ни в ковчеге. Но ты уже ближе к истине, – дразняще прибавил Арджент.

Глава 36

Хозяйка дома

На следующее утро Цумико проснулась очень рано. Она еще не приноровилась к смене часовых поясов, зато получила прекрасную возможность связаться с братом.

Я в порядке? А ты?

Мы с Суузу тоже.

Собираемся на зимние каникулы.

Акира прислал ей снимок кровати, едва видной под стопками идеально сложенных вещей.

Тебе разрешили побывать у него в гостях?

Ага.

Увижу тропики.

Здорово.

А у тебя как? Сплошные туманы?

Пасмурно. Снег. У нас будет белое Рождество.

Хорошее место?

Дом прямо как из сказки.

И соседний городок просто очаровательный.

Это вот вчера было.

Цумико отправила брату селфи, которое сделала в часовне.

Э? А ты почему так одета?

Правда мне идет?

Сестра, ты чего?

Котята?

Она сфотографировала свою комнату, по которой были разложены и развешены кимоно.

Все лучше и лучше. Или хуже.

Это все Арджент придумал.

Чтобы меня уберечь.

От чего?

От предложений руки и сердца.