Фонд А – Баба Люба. Вернуть СССР. Книга 4 (страница 6)

Я уже надеялась, что она быстренько рассеет свои семена и выпустит здесь всех долгоносиков, но увы, мои надежды не оправдались:

– Да вы что! Нельзя все яйца в одну корзину! – возмутилась Сиюткина. – Мы здесь только семена борщевика подсеем, да и то не все. В трёх точках, как минимум, надо.

– Но долгоносиков же мы всех тут выпустим? – с затаённой надеждой буркнул Пивоваров, который тоже явно утомился.

– Да вы что! Здесь же для минирующей моли естественных врагов полно! Мы её на водоразделе должны выпустить. А здесь только златку, но не в овраге, а повыше, на склоне. Видите, вооон там ясени растут? Прекрасная кормовая база. И водоём совсем рядом.

Пивоваров страдальчески вздохнул, златку он уже явно начал тихо ненавидеть.

А потом мы пошли искать новую кормовую базу для других каких-то долгоносиков, итить их!

– Не может со своими долгоносиками расстаться, – хмыкнул Комиссаров, глядя, как пожилая Сиюткина, словно адская гончая, резво носится промеж всяких оврагов и практически обнюхивает каждую кочку.

– Если бы мы также тщательно выбирали места для выращивания овощей и хлеба, Советский Союз никогда и не распался бы, – со вздохом прокомментировал Пивоваров.

Наконец, мы сделали это! Все долгоносики получили новое жилище с правильной кормовой базой, а все семена сорняков – именно те места, где ничто им не будет мешать расти и активно колоситься.

Теперь оставалось ждать.

– Ща как попрёт! – подытожил наше мероприятие Комиссаров.

И мы, счастливые, отправились домой.

По дороге Пивоваров меня тихо спросил:

– А зачем мы Комиссарова с собой брали?

– Во-первых, он самый молодой среди нас четверых, – ответила я, – а, во-вторых, вдруг там были бы какие-то коммуникации, система полива или ещё что-нибудь эдакое. Личный слесарь под рукой – половина всех проблем, считай, снята.

– Понятно, – уважительно кивнул Пивоваров.

Эх, в этот момент я даже не знала, насколько я была права.

Когда мы ещё только подходили к зданию гостиного дома, я уже поняла, что что-то там произошло.

– Что случилось? – нахмурился Пивоваров.

– Может, собрание какое-то? – прищурившись, попыталась присмотреться Сиюткина.

– Да вроде не должно, нас бы предупредили, – сказала я, всматриваясь за ажурные ворота.

– Там наши, – сказал Пивоваров, достав из нагрудного кармана вторые очки, – вроде разговаривают.

И правда, во дворе переругивались Рыбина и Белоконь. Причём, к моему удивлению, извечные соперницы, сейчас они были заодно, выступали, как говорится, единым фронтом, плечом к плечу. А ругались они с Авророй Илларионовной.

– Кто бы сомневался, – проворчал Пивоваров. Вредная и деятельная старуха успела уже всех достать до печёнок.

Когда мы подошли поближе, стало понятно: в общем, в комнате, которую занимала семья Ляховых, прорвало коммуникацию. И сейчас находиться там было невозможно. Что делать, Аврора Илларионовна не знала, так как её зять вместе с дочерью уже давно ушли в магазин и до сих пор не вернулись. Благообразный вместе с американцами и остальными членами из областной общины отправились в Дом молитв проверить что-то там к завтрашней проповеди, а наши помогать ей отказывались наотрез.

Я сначала удивилась. Обычно та же Ксюша или другие никогда не отказались бы прийти на помощь, тем более в такой ситуации. Но тут прямо что-то непонятное.

– Где вы ходите?! – увидев нас, заверещала Аврора Илларионовна. – У меня всё заливает! Весь санузел в дерьме плавает и уже в комнате!

Я не успела ничего сказать, как Пивоваров опередил:

– А это не ваше дело, Аврора Илларионовна. Где надо, там и ходим. Законом гулять не запрещено!

– Вы что, не слышите?! У меня канализация прорвала и всё в дерьме там!

– Я вам искренне сочувствую, – посочувствовал Пивоваров и вправду вполне искренне.

Я промолчала. Сочувствовать не стала.

– Что вы все стоите?! Помогите мне! – теряя терпение, вскипела Аврора Илларионовна.

– Чем мы можем помочь? – удивилась ранее молчавшая Ольга Ивановна.

– Как чем? Там же заливает всё дерьмом! Там мыть надо!

– Ну, так идите и мойте! – в голосе Сиюткиной лязгнул металл.

– Кто? Я?! – взвилась Аврора Илларионовна. – Вы предлагаете мне в дерьме ковыряться?

– Ну, так вашу же комнату заливает, – развела руками Сиюткина. – Или вы считаете, что это я должна вашу комнату от вашего же дерьма мыть?

Судя по выражению лица Авроры Илларионовны, именно так она и считала.

– Так вот же у вас сантехник! Я знаю! – некрасиво вытянув шею, Аврора Илларионовна ткнула указательным пальцем в сторону Комиссарова. – Пусть идёт и сделает всё.

– Никак не могу, – с тяжким вздохом ответил ей Комиссаров и от избытка чувств даже руку к сердцу приложил, – я своё место теперь знаю!

С этими словами он развернулся и пошел в свою комнату.

И тут я увидела его лицо: широкая довольная улыбка блуждала по его физиономии, глаза удовлетворённо светились, а грудь распирало от еле сдерживаемого смеха...

Глава 4

– Девочки, я предлагаю скинуться, – с непередаваемым выражением лица заявила Зинаида Петровна Рыбина, глядя на нас с Ольгой Ивановной.

Мы как раз сидели в вестибюле и смотрели какую-то их музыкальную передачу, когда она нас там настигла.

– На троих, – добавила она, и мы с Сиюткиной недоумённо переглянулись.

– Ну вот смотрите, – понизив голос до шепота, сказала Рыбина, воровато зыркнув на входную дверь, не слышит ли кто. – Нам выдают купоны на завтраки, обеды и ужины. В общем, я выяснила у администраторши, вместо купонов можно получить деньгами на эту сумму!

– В смысле? – недоумённо нахмурилась Сиюткина.

– В том смысле, если вы, к примеру, не хотите питаться здесь, – охотно пояснила та, – к примеру, рядом есть вегетарианский ресторанчик. И ещё какой-то… забыла, как называется… для евреев который.

– Кошерный, – на автомате подсказала я.

– Ага, точно! – обрадовалась та. – И администраторша говорит, что многие так делают. А молодежь в макдональдсы ходит. И ещё китайский тоже есть.

– А кто именно так делает? – удивилась Сиюткина. – Я вроде на обедах всех наших вижу.

– Ксюша и Анжелика позавчера завтрак и обед пропустили, – вспомнила я. – Просто их на экскурсию в университет возили. Но им сухой паёк с собой давали.

– Не из нашей делегации, – отмахнулась Рыбина, – из других. Которые раньше здесь были. Сюда же много гостей приезжает…

– Понятно, – сказала я, – и что вы предлагаете, Зинаида Петровна? Обедать в веганской столовой? Так я котлеты люблю. Мне и здесь нравится. Хорошо кормят.

– Ага, особенно сырники у них вкусные, – поддакнула Сияткина.

– Нет! Я предлагаю, брать деньгами! – возбуждённо зашептала Рыбина. – Это же доллары! Живые доллары, девочки! Наличка! Можно будет ещё раз на тот рынок съездить и докупиться. Я бы ещё джинсы взяла и кроссовки. А ещё говорят, где-то совсем рядом косметики можно набрать недорого…

– А как мы ещё полторы недели без еды будем? – задала логичный вопрос я. – Умрём же с голоду.

– Будем солнечной энергией питаться, – хихикнула Сиюткина, – как сине-зелёные водоросли.

– Я же серьёзно! – надулась Рыбина. – Давайте посидим немного на подножном корме. Ничего с нами не случится. Немного жопы и бока сдуются. У меня с собой есть банка тушенки и палка колбасы…

– А у меня домашний плавленный сыр и сало, – усмехнулась Сиюткина.

– И у меня сало есть, – сказала я, – только копченое. Отец из деревни передал. И пачка масла, и мятные пряники. И пачка чая. Правда он такой себе. Но пить можно.

– Ну вот и отлично! – расцвела Рыбина. – Мы можем на троих скооперироваться, хлеб будем покупать в магазине, здесь недорого, и подъедать свои продукты. А сэкономленные деньги потратим на нужные вещи.

– Я согласна! – Глаза Сиюткиной зажглись предвкушением добычи.