Focsker – Сага об Антилохе. Возвышение «Гнилой шестерки»! (страница 9)

– Гильдмастер, – обратился я к Снорку, – а что собственно произошло?

Он хмыкнул, потряс здоровенной рукой, на которой теперь тоже виднелась свежая повязка, и с неприязнью поглядел на Тайгрис.

– Боролись на руках, – выдал он кротко. – Признаться, давно хотел померяться силой с Тараном Тайгрис, узнать, правдивы ли слухи о ней. А ещё мы поспорили: выиграю я – она возьмёт новичка под свою ответственность, а выиграет она…

– Наливай! – рявкнула Тайгрис на гильдмастера, – сегодня все пьют бесплатно за мою победу! – Она была весёлая, но зал, значительно опустевший после моего отбытия, ответил ей холодным молчанием. Так, начинаю понимать: она вывернула ГМ руку, а потом в соревновательном запале разнёсла тех, кто был справа, потребовав халявы…

– А с теми, которые с девушками были, что? – напомнил я Снорку о молодёжи, покинувшей заведение, и получил ещё одну недовольную реплику гильдмастера.

– Они оба были женаты, а спутницы, члены отряда, – их жёны. Молодые смутьянки очень огорчились, когда Тайгрис предложила их мужчинам попробовать настоящую женщину.

Я вздохнул с облегчением.

– Так это не она их отделала?

– Нет, это жёны – молодая Ведьма Крови и Волшебница Усиления, – ответил Снорк. – Они хоть и выглядят молодо, но каждой за сто семьдесят лет. Давно тут ошивались, искали себе молодых женихов и вот нашли. В дальнейшем советую держать ухо востро. Они те ещё актрисы.

Порывом страха мне аж яйца сжало. Сначала гильдия убийц, а теперь мы дорогу перешли каким-то старым ведьмам.

– Стой, а… а где их прошлые мужья? Ну, может это… я ничего против не имею, но «Ведьма Крови» звучит угрожающе, понимаешь? Вдруг они своих мужей, тех, убили, а после…

Он скрестил руки под грудью и грубо ответил:

– Антилох, её прозвали Ведьмой Крови, потому что она способна остановить тяжёлое кровотечение, а не за управление магией крови… И вообще, что это за магия которой ты испугался, как работает, где ты о такой слышал? – покосился на меня мужик. Блин, ну не скажу же, что из мультика, а то не поверят, хотя, может и поверят, но точно не поймут.

Короче, я ошибся в подозрениях и зря напрягся. Эта ведьма и волшебница – почётные авантюристки из соседнего города. Одна десять лет назад похоронила своего девяностопятилетнего мужа и, поскольку по её меркам ещё молода, пошла искать нового. Вторая – в разводе уже с семнадцатым мужем и никак не может найти любовь в мире. За ними, в отличие от Тарана Тайгрис, никаких косяков, кроме излишней любвеобильности, не замечено.

Корень всех наших проблем в том, что, закончив спарринг и получив гневные, ненавистные реплики от ведьм, тигрица жёстко напилась. За шесть минут влив в себя четыре литра дешёвого едкого пойла, еле стоя на ногах, отправилась к нам и, видимо, упав на кровать, ненадолго уснула. Затем, в башке у неё всё перемешалось, забыв меня и моё молчание, она очнулась, стала рассказывать, что её в очередной раз отшили, при этом забыв кто, как и при каких обстоятельствах. Более того, через минут десять после того, как мы спустились, ей стало плохо, я увёл её в уборную, держал волосы, помогал умываться, и уже через примерно двадцать минут Тайгрис была готова нажираться дальше! Чётко помня, что ГМ должен ей выпивку.

Мы вновь сели за стол. Кошка жаловалась на ублюдков мужиков, вечно ссущихся из-за того, что баба может дать сдачи, а я молчал, потягивая что-то вроде местного пива и вспоминая, как красивы были две пары обнажённых женских грудей, одновременно попавших в «объектив» моих любознательных глаз.

Время шло, стаканы наполнялись, заливаясь пенным до верха. Зал опустел, мы остались последними. Даже Снорк, провозгласив начало нового дня и завершение спора с Тайгрис, покинул своё место, уступив довольно молодой, стройной и плечистой даме место у стойки регистратора. Тайгрис всё пила, я, наблюдая за жизнью гильдии в ночное время, понемногу подпивал, водил подругу в туалет, сам после неё справлял свои нужды и, держа её под контролем, возвращался к нашему столу. Молодые десятилетние и двенадцатилетние сорванцы под тщательным присмотром нового администратора, используя магию воды и огня, грели воду и занимались влажной уборкой – физической и магической. К ним с запозданием присоединилась и она – Ирма, укротительница воздуха, женщина в слишком обтягивающих штанах с таким же обтягивающим гольфом из пышного чёрного меха, подчёркивающим прелести точенной фигуры.

Вышла она без повязки, поприветствовала сменщицу Снорка молчаливым взмахом руки, улыбнулась молодым работникам, дав каждому звучную «пятюню», выслушала, кто что где сделал, а затем, используя свою магию ветра, принялась задувать влажные поверхности, поднимать капли, буквально высасывать их из древесины и отправлять обратно в ведра маленьких тружеников. Такой способ использования магии ветра я даже в аниме не видел – всё аккуратно, осторожно, без разрушений, с позиции опытного уборщика, не раз выполнявшего одну и ту же работу. Ирма знала каждый уголок этого места. Подняв в воздух влажную тряпку, под радостные взгляды работников-детей, она прошла по потолкам, всем балкам, поддерживающим второй этаж, а затем, с помощью магии, вернула тряпку в ведро, обмыла, выжала и отдала детям с фразой:

– Можете менять воду.

Молодые работники, искренно выражая восхищение своей помощницей, благодарили Ирму, приглашали её с Деструксией на барбекю в надежде вновь попробовать идеально прожаренное мясо. С виду Ирма оставалась такой же безмятежной, радостно воспринимающей внимание сотрудников, хотя именно по наигранному, однотонному лицу я чувствовал, как ей некомфортно слышать о том, как ждут её «второе я». Девушка работала, мы пили, вскоре Тайгрис носом уткнулась в стол, и Ирма, только и ждавшая этого момента, тут же оказалась рядом. Проигрыш Снорка, эта пьянка и теперь появление рядом этой проблемы – что это, если не тщательно спланированный план?

– Возьми меня на задание, – просит Ирма, животом упершись в мой локоть. Я был достаточно пьян, уже икал и, опираясь руками о ноги, с трудом поддерживал голову, лишь бы не пасть так же низко, как моя собутыльница Тайгрис. Я всё ещё испытывал чувство надежды вернуться в кровать Эрлины.

– Нет, – ответил я.

– Я отдам тебе на ночь это тело, – опустив пышные груди на моё плечо, сказала ведьма. Пьяный мозг, испытав отвращение, скомандовал: «Фу, нах!»

– Это статья! – хуй знает почему, рявкнул я.

– Статья? – лишь на шаг отступив, Ирма положила руки мне на плечи. – Какая такая статья? Она готова…

– Дура! – подняв кисть, сбил её руки со своего плеча. В глазах всё плыло, местные работники уже открывали ставни окон, в них виднелись солнечные лучи, ведущие меня к новому, светлому дню. Дню, в котором я точно выебу кого-нибудь, но сделаю это по их собственному желанию!

– Да за кого ты меня держишь, блять?! – рявкнул я на Ирму, преисполненный уверенности. – У меня в отряде две супер-ахуенные, ик… Нет, как на вашем, чтоб поняла… самые лучшие в мире, ик… нет, слишком размывчато, ик… сука, да у меня топ-модели с самыми распиздатыми данными! Мне, блять, в рот не здалось твоё тело, и пусть у тебя там, меж ног, хоть райские кущи! Я скажу «нет»! Они!.. – меня шатнуло, Ирм передо мной стала вместо одной – три, так же и Тайгрис. – Они… они х… вот она! – указал пальцем на центральную, дрыхнущую на столе Тайгрис. – Она для меня стоит сотен тысяч баб!

– А эльфийка? – словно ожидая этого момента, спросила ведьма. – Скольких стоит она?

Меня тролили, говорить об этом стало мерзко, а ещё из-за внезапного подъёма очень заболела голова, появились рвотные позывы. Тайгрис, мразь ты вечно пьяная, набухала дрыща, и теперь, как и ей, мне тоже придётся страдать. Рукой придержал рот, ощутил колючее, кислотное движение в горле, и после отступившего позыва коротко ответил:

– Она бесценна.

Меня согнуло, думал блевану прямо себе под ноги, и тут же кто-то радушно толкнул под меня деревянное ведро. Было плохо, тяжело, слюни, сопли, слёзы, мысленные осуждения алкоголизма, обещания больше не пить, а после – туман в глазах, мягкая, чистая постель, а рядом – стена, кувшин с водой, кружка и открытые ставни с серым, видневшимся в них небом. Так, незаметно, наступил новый день.

Горло ополила кислота, я не чувствовал запахов, не ощущал вкуса хлеба, лежавшего рядом с кружкой, но очень хорошо, с наслаждением и благодатью, ощутил влившуюся в меня полулитровую кружку воды. Голова раскалывалась, мозг думал лишь о том, как выжить, а я смотрел в открытое окно, пытался вспомнить, что вчера произошло, периодически подливая себе воды. Вот блять, помню лишь, как мыл плечики эльфийки, как она поманила меня голой попкой и… стоп, Эрлина поманила меня голой попкой? Чуть ли не вырывая волосы на голове, осознаю, как жестко со мной с похмелья шутило сознание. Нет, такого быть не может! Она меня так жестко пиздила после появления Тайгрис, что подобное – ничто иное, как сон, созданный перевозбуждённым мозгом. В глазах расплылся силуэт сисек Эрлины и лежащей на кровати, ожидающей меня Тайгрис.

– Блять, на такой сон можно и вздрочнуть.

– Капитан, – едва рука моя потянулась к шевелящемуся под одеялом гиганту, послышался голос Ирмы. Хотя нет, это была другая её сторона… как же её…