Focsker – Сага об Антилохе. Летопись золотых веков 2 (страница 12)

Оглянувшись на меня, Эрлина внезапно улыбнулась, и улыбка её наполнилась нежностью и добротой.

– Хватит на меня так пялиться, Антилох. – В очередной раз доказав, что имеет глаза на затылке и буквально, сука, читает мои мысли, словами сделала зиму чуточку теплее полукровка. Для неё я словно открытая книга, правда на английском языке…

Спустя полдня вышли ещё на одну деревню. Отряды разведки выдвигаются во фланги в поиске обходных путей. Всё как всегда, ровно до того момента, как в небе, жужжащим роем с запада, появились твари, очень напоминавшие гигантских ос. Маневрируя меж огромных стволов деревьев, крыльями сбивая снег с лапин и листьев, они целенаправленно двигались к деревне и вскоре, пикирующим роем, сея крик и панику, обрушились на селение.

– Шершни Санк-санр-Хасс, – говорит один из Манквай. – У них нюх как у собак. Они ударят и по нам!

С холма вижу, как в дом, вырубленный в сплетённом гигантском пне, забегают дети. Вижу, как не успевших за ними родителей подхватывают жалами, а после жвалами в воздухе разрывают на куски гигантские твари. Но это не конец: облепив пень, они начинают прогрызать его, стремясь вытащить и уничтожить всё, до чего способны дотянуться. Надо бы закрыть глаза, пройти мимо или попытаться спрятаться от них.

– Гнилые, за мной! – Кидаюсь вперёд, скользя по холму вниз. Вижу справа от себя Эрлину, слева – Каю, за нами новички, а впереди в небе полыхнули языки пламени. Картечью из фаерболов пролетела магия Деструксии, за ней, рассекая снежинки, – магия Ирмы.

– Вперёд, капитан! Тайгрис защитит магов! – поддерживает Кая, и мы врываемся в этот жужжащий хаос, в самый рой облепивший землю.

Свистят стрелы эльфийки, закрывая подходы к нам. Расплетаются косы серебристых магических нитей Каи. Облетая которые, сверху на нас налетают шершни, и в следующую секунду, разрубленные воздушными серпами, сыплются на нас отдельными кусками.

– Всем спрятать лица! – командую я. Каждый из моей группы накидывает капюшон, используя все доступные средства: кто повязкой, кто маской – скрывают лица. Толпой, от дома к дому, разбираемся с насекомыми, отвоёвываем пень, затем древесный ствол. Несколько метко брошенных копий пригвоздили шершней к деревьям, лишив меня возможности и дальше разбрасываться метательными снарядами, вынудив взяться за меч, которым хуй до кого дотянешься. Вся работа ложится на стрелков и мага поддержки, решившего кинуться за нами вниз. Другие S-ки, пошедшие вдоль, не торопились к нам на помощь, а мы, собственно, и не рассчитывая на это, успешно отражали налёты огромных бело-золотистых мохнатых существ, каждое из которых размером примерно метр сорок на полметра. Эрлина била точно – лишь колчан пустел. Поддерживали нас и маги сверху, оставляя нам редкие единичные экземпляры.

Один из шершней, пробив двери, ворвалась в тот самый пень, где прятались дети. Сука…

– Эрлина! – рявкнул я, указав рукой.

– Поняла! – Подсев, в сантиметрах от лица пропустив жало, проскочила под нитями Каи полукровка. Ловкая, быстрая и гибкая, закинув лук за спину, обнажив клинки, заскакивает в дом. Сквозь безумное, окружавшее нас жужжание доносятся звуки боя, лязг металла, детский крик, от которого у меня аж сердце сжалось. Существ вокруг становится всё больше. Мы медленно, отражая нападки разрозненных тварей, пятились к пню. И вскоре оттуда, с колчаном, полным стрел, и мелкой девчушкой, держащей в руках ещё один колчан, показываются Эрлина с «помощницей».

Стрела за стрелой, существо за существом – разя без промаха, наверняка, вошла в азарт ушастая. Помогая ей, из других, более человечных домов и лачуг, расстреливая из окон и крыш существ, выходят на помощь местные жители. Большая часть – с луками, кто-то с топором, кто-то со щитом, кто-то с дрыном. Они отбивались, забаррикадировавшись в своих домах и за их пределами. Самые отважные, выбежав на улицы, отбивали трупы сородичей, поедаемых шершнями.

Эти насекомые оказались упёртыми – в них не было страха. Они нападали, стремились убивать до тех пор, пока видели врага, пока последняя из жужжащих тварей не пала замертво, сражённая воздушным серпом поставившей точку Ирмы. Никто из S-ок так и не пришёл к нам на помощь, хотя мы видели их, видели, как они расставились вокруг деревни, наблюдали, ожидая и думая: «А надо ли это нам?»

Из минусов нашей вылазки – один из помощников, не сумевший увернуться от выплюнутого в него яда. Ему обожгло часть лица и плеча. Лицо защитила маска, а плечо моментально исцелила Алисия. Мы готовились убегать, оставив на местных разборки после случившегося, но сбежать не дали выбравшиеся с хвалебными одами в наш адрес местные жители. Вокруг трупы, а они радуются, машут нам, окружают, кричат что-то на неизвестном языке. Проверяю взглядом свою команду: маги ушли с холма, скрылись, ребята вокруг спрятали лица, по-прежнему с накинутыми на головы капюшонами. Всё так же молча, жестом руки велю им уйти в сторону холма. Кивком, сохраняя молчание, расталкивая жителей. Отвечать может только Эрлина, и на неё я оставляю общение, лишь толкнув в плечо, указывая на то, что надо уходить. Поторопиться, а то, как бы наши друзья не зачислили нас в предатели и не спросили потом за общение и спасение аборигенов.

Мы уходим. Полукровка успокоила местных на родном им языке, вызывая улыбки поверх слёз, слыша благодарности, получает в спину хвалебные оды. За которыми при встрече с капитанами нас едва не разъебали за самодеятельность. Спасли лишь Манквай, озвучившие, насколько сильным чутьём обладали эти шершни и что мы были бы следующими целями. Так же эльфийка отметила: наших лиц не видели, селение спасено, они поверили в то, что «мы силы самообороны леса», и в ближайшее время никто из их деревни и не подумает куда-либо бежать, звать на помощь, ведь они знают, что якобы Лес о них и их беде знает. Мы можем спокойно идти дальше, разбирая вопрос: откуда тут взялись эти самые шершни? Существа магические, легко берущиеся под контроль, и при этом с возможностью контролировать их на ограниченной дистанции. Деструксия с Ирмой из-за нашей импровизации забыли проверить «лётное» пространство на магию контроля. Это стало ошибкой, которую не только наши, но и маги других отрядов совершили совместно и дружно, каждый из которых за это получил нагоняй от своих капитанов. Слишком неожиданный налёт, слишком внезапное наше вмешательство. Все готовились помогать и спасать нас, а дальше… думать на шаг вперёд… В общем, ошибка. Не подумали ребятки, поставив нас в очень неудобную позицию. С одной стороны, если это случайность – то всё хорошо. С другой – это означало наличие в лесах сильного укротителя с запада. И исходя из наличия западных магов, мы могли прийти к выводу, который напрашивался сам собой: армия демонов с запада уже продвинулась настолько далеко, что, используя вот таких контролируемых существ, в дальнейшем могла совершать налёты на человеческие караваны и отряды снабжения. Продвигаясь дальше, обсуждая эти мысли с Шипом, с Эдгаром Райдфором, слышу одобрительные слова в сторону моих предположений. Всё сильнее они загорались целью разграбить эльфийскую сокровищницу раньше демонов, всё жарче пылал внутри них азарт, и всё быстрее мы шли к городу.

За спасённой деревней, в полу дне пути, наши разведчики, сделав небольшой круг, решили уточнить, только ли это селение подверглось нападению. Ещё на подступах, обнаружив остатки местных жителей, порубленных шершнями, они отказываются от плана подходить к другой деревне, и мы делаем крюк. Нет, не мы одни такие «счастливчики». И тем, кто остался в глубине леса без защиты войск и авантюристов, можно лишь посочувствовать. Силы запада всё ближе. И нам очень хочется обогнать их, втиснуться раньше, чем две армии сойдутся в битве, в которой мы окажемся между двух огней.

Проходят ещё сутки в пути. Селения лесные встречаются всё чаще. Жестокостью, военной необходимостью разведчики «Шипа» ловят и казнят спалившего наше перемещение охотника. Эльфы – чистокровная редкость, и тем печальней стало видеть труп с зайчиком, подвязанным к поясу Эрлине. Простой охотник. Кровь его на наших руках. Таков мир, таким его создали те, кто его населяет. Присев, срезал с пояса тушку, кинул нашим. Мясо есть мясо – мёртвому оно уже ни к чему.

Мы идём дальше. Эльфы не имели крупных городов. Роща священна. Гигантские деревья, как многоэтажки, на километры заснеженной зелени вокруг. Лишь изредка встречающиеся укрепления, обустроенные как раз вокруг таких гигантских деревьев. Именно укрепления отличают простое селение от форта, крепости, что так же пряталась в листве и прочных, толстых стенах, защищавших себя прочной корой древесных гигантов. Глядя на эту архитектуру, резьбу по живому стволу, уже представлял себе деревянную столицу эльфов, уходящие в небеса древесные стены, толпы красивых, златовласых эльфов и прекрасных эльфиек, защищающих одну из древнейших цитаделей, существующих тысячи лет на грешной земле.

Скорым поездом, с капитанами Авангарда во главе, врываемся на одну из стоянок отрядов эльфов. Там не пройти скрытно – последняя охраняемая черта на подступах к древнему городу. Использовав Эрлину для отвлечения внимания, видя, как деревянная кукла в её лице падает со стрелой в груди, через подкоп, который песчаные прорыли прямо к сторожевому древу, вырываемся из-под земли, вышибаем двери. Эдгар Райдфор щитом отбрасывает дежурного. За ним Шип, распустив волосы, блокирует спиральную лестницу внутри, пробивает четверых эльфов. А мне достаётся один – растерянный, уклонившийся от шипов, павший у первых ступенек. Виртуозно подсев под чёрным лесом, раскинутым Шипом, я метнул копьё из положения полулёжа прямо во врага. Быстро проскочив вперёд, поднял щит, застыл у лестницы, вырвал копьё из тела, дождался, когда стена из волос исчезнет, и на щит ожидаемо словил несколько стрел. Мальчишка – то ли из полу-оленей, то ли ещё кого, тот, из чьего брюха я вырвал копьё, не добитый, хватает меня за сапог, пытается задержать, подставить под лучников. И тут же получает безжалостный добивающий удар копьём от Алисии в голову. Череп раскололся на две части. Целительница стала рядом, за ней пара новичков, что кроют щитами нас сверху и черепахой, мы закрываем весь проход. Мы начинаем подъём. Щелчок за щелчком – стрелы бесполезны. Враг в растерянности что-то кричит, пытается понять, почему нет сигнала тревоги, почему не дуют в горн их товарищи. Идиоты.