Филис Кристина Каст – Меченая (ЛП) (страница 23)

– Что ты вообще тут делаешь?

Я помахала ей щеткой.

– А на что похоже, Стиви Рэй? На педикюр?

– Прекращай тут шататься. Церемония Полнолуния начнется через две минуты.

– Вот черт! – Я еще раз погладила Персефону и поспешила из стойла в сбруйную.

– Ты совсем забыла о нем, не так ли? – спросила Стиви Рэй, держа меня за руку, чтобы помочь мне удержать равновесие, пока я вытаскивала ноги из сапог и надевала свои милые маленькие балеточки.

– Нет, – солгала я.

Потом я поняла, что я также забыла про последующий ритуал Темных Дочерей.

– Вот черт!

Глава 15

Где-то на полпути к храму Никс я поняла, что Стиви Рэй необычайно молчалива. Я искоса взглянула на нее. Она выглядела бледной. У меня появилось то жутковатое чувство, про которое говорят «пройти по своей могиле».

– Стиви Рэй, что-то не так?

– Ага, как-то грустно и страшно.

– В чем дело? В Церемонии Полнолуния? – У меня начал болеть живот.

– Нет, она тебе понравится! По крайней мере, эта. – Я знала, что она намекает на ритуал Темных Дочерей, на который мне придется пойти после, но я не хотела об этом говорить. Следующие слова Стиви Рэй превратили всю проблему Темных Дочерей во что-то незначительное, второстепенное. – Одна девушка умерла час назад.

– Что?! Как?

– Как все и умирают. Она не прошла через Изменение, и ее тело просто… – Стиви Рэй замолчала, дрожа. – Это произошло к концу занятия по тхэквондо. Она кашляла, словно ей не хватало дыхания в начале разогревающих упражнений. Я ни о чем таком не подумала. Или, может, подумала, но выкинула из головы.

Стиви Рэй слабо и грустно улыбнулась мне, словно стыдилась себя.

– А есть способ спасти ученика? После того, как он начнет… – Я замолчала и неловко махнула рукой.

– Нет. Тебя нельзя спасти, если твое тело начинает отвергать Изменение.

– Тогда не расстраивайся из-за того, что не хотела думать о кашле той девушки. Ты все равно ничего бы не смогла поделать.

– Знаю. Просто… это было ужасно. И Элизабет была такой милой.

Я почувствовала резкий укол где-то в теле.

– Элизабет Без Фамилии? Это она умерла?

Стиви Рэй кивнула, отчаянно моргая и, очевидно, стараясь не заплакать.

– Это ужасно, – сказала я таким слабым голосом, что он больше походил на шепот. Я вспомнила, как тактично она говорила о моей Метке, как заметила взгляд Эрика на мне. – Но я только что видела ее на уроке театрального искусства. Она была в порядке.

– Вот так все и происходит. Одну секунду человек сидит рядом с тобой и выглядит совершенно нормально. А в следующую… – Стиви Рэй снова поежилась.

– И жизнь продолжится, словно все нормально? Даже если кто-то в школе только что умер? – Я вспомнила прошлый год, когда компания десятиклассников из старшей школы Брокен Эрроу попала в аварию на выходных, и двое из них погибли. В понедельник в школу были вызваны дополнительные психологи, и все спортивные мероприятия той недели были отменены.

– Все продолжается как обычно. Нам надо привыкать к мысли, что это может случиться с каждым. Ты увидишь. Все будут вести себя, словно ничего не произошло, особенно старшекурсники. Только третий курс и близкие друзья Элизабет, вроде ее соседки, хоть как-то отреагируют. Третьекурсникам – то есть нам – полагается правильно вести себя и пережить это. Соседка Элизабет и ее лучшие друзья будут, скорее всего, держаться подальше пару дней, но потом и они возьмут себя в руки. – Она понизила голос. – Если честно, не думаю, что вампиры считают кого-то из нас настоящими, пока мы не пройдем через Изменение.

Я думала об этом. Неферет вроде не обращалась со мной как с чем-то временным. Она даже сказала, что моя закрашенная Метка – отличный знак, хотя я не была так уверена в своем будущем, как она. Но я уж точно не собиралась рассказывать о том, что Неферет относится ко мне по-особенному. Мне не хотелось выделяться. Мне просто хотелось быть подругой Стиви Рэй и занять свое место в новой компании.

– Это действительно ужасно, – только и сказала я.

– Ага, но, по крайней мере, когда это происходит, то происходит быстро.

Часть меня хотела узнать подробности, а другая часть была слишком напугана, чтобы задавать вопросы.

К счастью, Шони прервала нас, прежде чем я успела заставить себя спросить о том, что боялась узнать.

– Ну что вас так задержало? – позвала Шони с передних ступенек храма. – Эрин и Дэмьен уже внутри, занимают место в кругу для нас, но вы же знаете, как только ритуал начнется, никого не будут впускать внутрь. Поторопитесь!

Мы побежали по ступенькам, Шони впереди нас, и поспешили в храм. Сладкий, дымчатый фимиам поглотил меня, как только я вошла под арку темного холла храма Никс. Я сразу же заколебалась. Стиви Рэй и Шони повернулись ко мне.

– Все нормально. Нет причин нервничать или бояться. – Стиви Рэй встретилась со мной глазами и добавила: – По крайней мере здесь.

– Церемония Полнолуния прекрасна. Тебе понравится. И еще вампиры рисуют пентаграммы на твоем лбу и говорят «Будь благословенна», а тебе всего лишь нужно сказать в ответ то же самое, – объяснила Шони. – Потом следуй за нами на наше место в круге. – Она подбадривающе улыбнулась мне и поспешила вперед в тускло освещенную внутреннюю залу.

– Стой, – схватила я Стиви Рэй за рукав. – Не хочу показаться глупой, но разве пентаграмма не знак зла или типа того?

– Я тоже так думала, пока не попала сюда. Но все это зло – чушь, в которой Люди Веры пытаются тебя убедить, чтобы… черт, – сказала она, пожимая плечами, – я даже не знаю, почему они так хотят, чтобы все – люди то есть – думали, что это знак зла. Правда в том, что миллионы лет пентаграмма была знаком мудрости, защиты, совершенства. Вот таких хороших вещей. Это всего лишь пятиконечная звезда. Четыре конца означают элементы. Пятый, тот, что направлен вверх, – дух. Вот и все. Никаких бугименов.

– Контроль, – пробормотала я, радуясь, что у нас есть причина перестать говорить об Элизабет и смерти.

– Что?

– Люди Веры хотят все контролировать, и часть этого контроля в том, чтобы все верили в одно и то же. Вот почему они хотят, чтобы люди считали пентаграмму плохой. – Меня передернуло от отвращения. – Не обращай внимания. Пойдем. Я готова больше, чем думала. Давай зайдем.

Мы прошли дальше в фойе и услышали журчание воды. Миновали красивый фонтан, и потом коридор плавно свернул налево. Под массивной каменной аркой входа стояла неизвестная мне вампирша. Она была одета во все черное: длинная юбка и шелковая блузка с рукавами-колокольчиками. Единственным украшением была серебряная вышивка фигуры богини на груди. У нее были длинные волосы пшеничного цвета. Сапфировые спирали расходились от ее татуировки полумесяца и ползли вниз по безупречному лицу.

– Это Анастасия. Она ведет урок по заклинаниям и ритуалам. А также она жена Дракона, – быстро прошептала Стиви Рэй, прежде чем подойти к вампиру и уважительно прижать кулак к груди над сердцем.

Анастасия улыбнулась и погрузила палец в каменную чашу, которую держала в руках. Потом она нарисовала пятиконечную звезду на лбу Стиви Рэй.

– Будь благословенна, Стиви Рэй, – сказала она.

– Будь благословенна, – ответила Стиви Рэй. Она подбадривающе взглянула на меня, прежде чем исчезнуть в сумрачном зале впереди.

Я сделала глубокий вдох и приняла осознанное решение выкинуть мысли об Элизабет, смерти и «что, если» из головы – по крайней мере на время церемонии. Я уверенно встала перед Анастасией. Повторяя за Стиви Рэй, я прижала кулак к груди над сердцем.

Вампирша опустила палец в то, что оказалось маслом.

– Рада встрече, Зои Редберд, добро пожаловать в Обитель Ночи и новую жизнь, – сказала она, рисуя пальцем пентаграмму на моем лбу поверх Метки. – И будь благословенна.

– Будь благословенна, – пробормотала я, удивившись электрическому покалыванию, пробежавшему по моему телу, когда влажная звезда обрела форму на моем лбу.

– Заходи и присоединяйся к друзьям, – с теплом сказала она. – Нет причин нервничать, думаю, богиня уже присматривает за тобой.

– С-спасибо, – ответила я и поспешила внутрь. Повсюду были свечи. Большие белые свисали с потолка в железных люстрах. В огромных подсвечниках, стоящих вдоль стен, их было еще больше. В храме масло не горело робко, как в лампах в остальной школе. Здесь факелы были настоящие. Я знала, что это место было церковью Людей Веры, посвященной святому Августину, но оно ничем не походило на виденные мной храмы. В помещении, озаренном лишь пламенем свечей, отсутствовали скамейки. (И кстати, мне серьезно не нравятся скамейки – сложно представить нечто менее удобное.) Вообще-то единственной мебелью в большей комнате был древний деревянный стол, расположенный в центре и похожий на такой же в обеденном зале, только этот не был заставлен едой, вином и прочим. На нем тоже стояла мраморная статуя богини с поднятыми руками, очень похожая на вышитый узор на одеяниях вампиров. Рядом был огромный канделябр. В нем ярко горели толстые белые свечи и курились несколько палочек благовоний.

Потом мой взгляд привлекло открытое пламя, пылающее в нише в каменном полу. Огонь безумно мерцал, его желтое пламя было почти по пояс. Это выглядело красиво – контролируемая опасность, и казалось, что она меня притягивает. К счастью, Стиви Рэй замахала руками и привлекла мое внимание до того, как я поддалась порыву подойти к пламени. Гадая, как этого не произошло сразу, я заметила, что в комнате было полно учеников и взрослых вампиров, стоящих огромным кругом вдоль стен. Я так нервничала и трепетала от восхищения, что еле заставила свои ноги двигаться, чтобы занять место в кругу рядом со Стиви Рэй.