Филиппа Грегори – Хозяйка Дома Риверсов (страница 41)

– Ах! Madame la duchesse![38] – воскликнула она по-французски и крепко расцеловала меня, словно мы были старинными подругами. – Я очень рада, что вы навестили меня!

Я склонилась в реверансе.

– Я тоже очень рада с вами познакомиться, ваша милость.

– А это моя мама. Я так обрадовалась, когда мне сообщили, что вы приедете вместе с графом Саффолком меня забирать! Я сразу подумала: уж вы-то сумеете мне объяснить, как мне нужно вести себя и все такое. Ведь вы вышли замуж за герцога Бедфорда почти такой же, как я, не намного старше, верно? Но вообще-то, по-моему, в пятнадцать лет выходить замуж слишком рано, вам не кажется?

Слушая ее нервную трескотню, я улыбнулась.

– Успокойся, Маргарет, – велела ей мать. – Герцогиня сочтет тебя настоящей болтушкой.

– Дело в том, что к нам теперь приходит столько англичан, и все желают со мной познакомиться, – продолжала принцесса. – Но я просто не в силах запомнить их имена. Мне и выговорить-то их толком не удается!

Рассмеявшись, я ответила:

– А я сначала даже название своего дома не могла произнести. Английский язык не так-то просто выучить, но я не сомневаюсь, что вы справитесь. И потом, почти все здесь владеют французским, и очень многие хотели бы не только познакомиться с вами, но и стать вашими друзьями. Мы все желаем вам счастья.

Нижняя губка Маргариты задрожала, но она быстро взяла себя в руки и храбро заявила:

– О да! И я уже начала со всеми знакомиться! Я могу даже выговорить «граф Саффолк» и «кардинал Буффе».

– Буффе? – переспросила я.

– А что, неправильно?

– Ах, Бофор! – догадалась я. – Англичане произносят это как «Боу-фо».

Маргарита засмеялась и развела руками.

– Вот видите! Вы ведь научите меня, как правильно все это произносить? Вы научите меня одеваться как английские дамы? Господи, неужели мне все время придется там носить сапоги?

– Сапоги, ваша милость?

– Ну да. Из-за грязи.

Я снова улыбнулась.

– Ах, это над вами просто кто-то подшутил! В Англии и правда бывает очень грязно, особенно зимой, но в целом погода не хуже, чем, допустим, в Париже. Я даже предпочитаю Лондон Парижу и сейчас очень счастлива в Англии.

Она тихонько просунула руку мне под локоть.

– Вы ведь не покинете меня? Вы всегда будете рядом со мной? Вы будете мне подсказывать, как кого зовут? И как нужно правильно говорить?

– Останусь и все вам обязательно объясню, – пообещала я и почувствовала, как она благодарно сжала мне руку.

Потом она повернулась к матери со словами:

– А теперь пусть они все вместе сюда войдут. Уж лучше мне сразу со всеми познакомиться.

Она была очаровательна, эта милая маленькая принцесса, и для любого была бы идеальной невестой, если не считать того, что ее отец, пусть его и называли королем, так и не смог отвоевать свои утраченные королевства, да и никогда не сможет. Приданого у нее почти не было, хоть она и утверждала, что принесет в качестве приданого острова Минорку и Майорку; всем было ясно, что никакого наследства она не получит. Все, что ей требовалось для приготовления к свадьбе и путешествию, было оплачено из английской казны, которая и без того пустовала. Правда, Маргарита Анжуйская была изысканно красива, но мало ли вокруг красивых юных девушек, тем более в пятнадцать-то лет. Было известно, что при французском дворе ее все просто обожали; она считалась любимицей своего дяди короля Карла VII, однако принцессой-то она была не из Дома Валуа, а всего лишь из Дома Анжу. Да французский король и не предлагал выдать замуж за английского короля Генриха одну из своих дочерей, а предложил ему только свою племянницу. В общем, большая часть англичан, приехавших забирать невесту, полагала, что нас обвели вокруг пальца, причем во всех отношениях: и при заключении мирного договора, и при решении вопроса о приданом, да и в том, что касалось самой маленькой принцессы. Вряд ли это можно было считать добрым началом для столь ответственного брака.

Маргарите Анжуйской предстояло выйти замуж в Туре, в часовне Св. Георгия. Граф Саффолк должен был, представляя английского короля, подвести ее к алтарю, а вручить ему принцессу должны были ее отец и ее дядя, король Франции. Одновременно с ней выходила замуж и ее сестра Иоланда. Я понимала, что Маргарита нервничает, но все же удивилась, когда меня позвали в ее покои за какие-то два часа до венчания. Я прошла к ней в спальню, и оказалось, что там нет никого, кроме нас. Маргарита была в подвенечном платье из белого атласа с вышитыми на нем серебряной и золотой нитью маргаритками, однако волосы ее были по-прежнему заплетены в косы, и она была босиком.

– Моя мать сказала, что у вас есть некий дар. – Она сразу, без всяких предисловий, заговорила быстро и по-французски. – Она уверяет, что у всех женщин в вашем роду есть дар предвидения.

Храня бдительность, я сделала реверанс и ответила:

– Так многие считают, ваша милость, но сама я все свои надежды и страхи поверяю лишь духовнику да Господу Богу. Вряд ли простым смертным вообще дано знать будущее. И тем более нам, женщинам.

Она воскликнула что-то непонятное и взлетела на кровать, совершенно не заботясь о своем роскошном наряде.

– Пожалуйста, раскиньте для меня карты. Мне интересно, что таит мое будущее.

И она похлопала ладошкой по постели, приглашая меня присесть с ней рядом. Разумеется, на этот жест я никак не прореагировала, только промолвила:

– Надеюсь, не ваша матушка дала вам подобный совет?

– О нет, мама ничего не знает! Это я сама придумала. Идите же сюда, сядьте со мной.

– Я не могу удовлетворить ваше желание, – возразила я, не двигаясь с места. – В Англии отнюдь не в чести пророчества и гороскопы. Наш суд вряд ли одобрил бы даже гадание на обыкновенных картах.

– Ваш суд никогда ничего не узнает! – отрезала она. – Это будет нашей с вами маленькой тайной.

– Нет, – покачала я головой, – я не смею нарушить закон.

На ее лице появилось строптивое выражение.

– Если я прикажу, вам придется это сделать! Вы – моя фрейлина, вы обязаны мне подчиняться!

Я колебалась. Если Уильям де ла Поль выяснит, что я огорчила французскую принцессу, у меня могут возникнуть серьезные неприятности.

– Конечно, я от всей души хотела бы вам подчиниться, ваша милость. Но вы просите меня об одолжении, которое, безусловно, не понравилось бы вашему будущему мужу и нашему королю. Вы должны понимать, что подобные просьбы ставят меня в весьма сложное положение. Как же мне в таких случаях поступать?

– О, в таких случаях вы должны поступать так, как велю я, – заявила она, запросто решив эту проблему. – Потому что ни король, ни кто-либо другой никогда ничего не узнает. К тому же я все равно сделаю так, как хочу. Я ведь могу и настоять. И я настаиваю!

В душе проклиная эту избалованную, испорченную девчонку, я опустилась на колени и склонила голову.

– Ваша милость, простите, но я никак не могу.

Некоторое время она молчала, потом произнесла:

– Ну что ж, хорошо. Раз так, то свадьба не состоится. Можете выйти и объявить всем, что вы отказываетесь готовить меня к венчанию, а потому никакого венчания не будет. Так что вопрос о свадьбе закрыт.

Я, улыбаясь, смотрела на нее, но она, судя по всему, была настроена вполне серьезно.

– Можете не сомневаться, я действительно не стану выходить замуж! – тряхнула она головой. – Так что либо вы погадаете мне, либо замуж за вашего короля я не пойду. Я настаиваю на своем: мне необходимо знать, что сейчас я поступаю правильно. И я не двинусь с места, не увидев, что именно готовит мне судьба.

– Но у меня и карт никаких нет, – заметила я, сдаваясь.

Она тут же с улыбкой приподняла подушку, вытащила оттуда колоду чудесно раскрашенных карт и сунула мне.

– Вот. Гадайте. Я приказываю вам!

Я слегка перемешала колоду. «Интересно, – думала я, – что будет, если она вытащит плохую карту? Неужели эта дурочка действительно настолько упряма, что решится отменить свадьбу?» Я мысленно перебрала всю колоду. А что, если спрятать от нее те карты, которые указывают на неприятные перспективы?

– А если выпадет неудачная карта? – осведомилась я. – Что будет тогда?

Маргарита накрыла мою ладонь своей маленькой ручкой.

– Не тревожьтесь. Свадьба состоится, и я никогда и никому не скажу, что вы гадали мне. Зато, если мне грозит опасность, мне заранее будет об этом известно. И я, зная, какова эта опасность, всегда буду начеку. Но мне непременно нужно выяснить, что ждет меня впереди. Я хочу знать, не умру ли я через год в родах, не пойдут ли друг на друга войной мой отец и мой муж, не разорвут ли друг друга на куски английские лорды, которые, кажется, ни о чем не могут договориться.

– Хорошо, – согласилась я; собственно, у меня и не было иного выхода. – Но это будет не полное гадание. – Я старалась максимально уменьшить риск пессимистичного прогноза. – Я вытащу только одну карту. А теперь возьмите колоду и перемешайте.

Она, с трудом удерживая толстую колоду, старательно перетасовала карты.

– Теперь снимите, – велела я.

Принцесса сняла часть карт и подложила их под остальную колоду. После чего я веером раскинула перед нею карты, и их красиво расписанные «рубашки» так и засверкали на шерстяном одеяле.

– Выберите одну карту, – продолжала я. – Она достаточно много сообщит нам.

Золотисто-рыжие волосы Маргариты упали ей на глаза, так низко она наклонилась над разложенными картами; ее хорошенькое личико посуровело. Она долго водила пальчиком в воздухе, пока не выбрала одну, которую тут же прижала к сердцу, опасаясь на нее взглянуть.