Филипп Краснов – Денетория. Хроники Драконьего клинка (страница 3)
Поскольку, как говорится в одной рукописи, в среднем у богов рождалось пять детей, сложно сказать, сколько всего их было. Не считая всех вышеназванных богов, которые, несомненно, являются главами пантеона и входят в великий совет, имеется ещё сонм других богов-детей, о которых нам совершенно ничего не известно.
Касаемо смерти богов. Боги, как и демоны, по своей сути бессмертны, но их можно убить. После смерти боги также как и прочие живые существа, попадают на суд Лона, где им выносится приговор. Но по большей части, конечно, боги отправляются либо в Валонорд, либо на небеса. Известен лишь один случай, после которого богиня Меган отправилась в бездну. С демонами же всё просто, суд приговаривает их на вечное прозябание в Тартаре.
Вина одного
Когда идёт война, время замедляется. Секунды кажутся минутами, дни – вечностью. Старый мир сгорает в огне, новый, построенный на костях и крови невинных, поднимается и крепнет…
Уже почти две тысячи лет продолжается ужасная война между богами и демонами. Две тысячи лет бесконечных страданий и боли. Тысячи, десятки тысяч смертей во имя одной единственной великой цели – мира. Цели, которой добиваются боги, и цели, которую любыми средствами пытаются втоптать в грязь демоны. Мерзкие, злобные отродья Повелителя тьмы не знают, что такое прощение, не ведают ни счастья, ни любви. В их чёрных душах изначально заложено лишь одно желание – уничтожать. И они не успокоятся, пока всё, что с таким трудом создавали боги, драконы, эльфы, люди и гномы, не предастся забвению.
После того как две тысячи лет назад демоны были выбиты из Аратаса, они вернулись в свою исконную обитель – на землю. Каково же было их удивление, когда вместо знакомых тёмных земель их глазам предстали зелёные равнины, высокие горы, глубокие и чистые реки, густые леса. Мало того, Денетория теперь была заселена иными существами – детьми богов, что несли ей покой и процветание.
Увидев всё это, демоны, с ещё большей силой выплеснули свою ярость наружу. Питаясь неуёмным гневом своего владыки, они пошли войной на свободные народы Денетории. И первая схватка для детей богов едва не стала последней. Обычная сталь не могла пробить чёрные доспехи демонов, а магия драконов была тогда ещё настолько слаба, что почти не могла помочь им в битве. Потери их были огромны. Людям, эльфам и драконам после столь ужасного поражения пришлось отступить под землю, туда, где обитали гномы, любимые дети одного из богов Великой Триады – Орогона.
Боги, после возвращения себе Аратаса охваченные слепой радостью, не сразу услышали стенания и плач своих детей. Первой его средь сонма иных звуков распознала Катия – великая богиня исцеления. В то же время она обратила свой взор на Денеторию и ужаснулась. Немедленно она рассказала обо всём, что увидела, своему мужу Гортанту, и могучий бог, собрав всех воинственных богов вместе, ринулся на землю. Гром пролетел по чёрному небу, и тёмные тучи в страхе разбежались от его крика. Самонадеянные демоны выстроили свои войска против богов, но на этот раз праведный гнев светлых пересилил злость тёмных. Демоны были разбиты и в страхе бежали на юг.
Боги вошли в подземелья и выпустили своих детей на свободу. Отныне началась великая война. Под предводительством богов люди и драконы начали вооружаться. Сын Орогона могучий Гергон создал в подземельях особую броню, способную выдерживать удары чёрных мечей демонов, а Галадорикс вместе с другими старейшинами драконов выковал клинки, позже названные клинками из Драконьей стали. Название это пошло от того, что лезвия этих мечей имели красный цвет. Такой цвет получался благодаря тому, что драконы закаляли сталь своим огнём. Только такие клинки могли пробить броню демонов, они даже могли нанести раны Повелителю тьмы, правда, чаще всего человек, вооружённый таким оружием, каким бы он ни был храбрым, не мог пробиться к владыке тёмных.
Покуда люди и драконы вооружались, эльфы и гномы неустанно трудились на благо Денетории. Эльфы под водительством Катии и Нинаи устраняли ущерб, принесенный земле и её малым обитателям демонами. Гномы не покладая рук трудились в своих пещерах, создавая оружие и доспехи. Поскольку могучий Орогон восстанавливал Аратас, начальствовал над ними его старший сын Гергон. Младший же сын бога кузнеца, Децим, на первых порах вместе со своим отрядом гномов возводил могучие крепости на поверхности Денетории. Однако два сына никогда не смогут пойти по стопам отца, и поэтому, когда строительство на земле особо крупных замков было завершено, Децим сменил молот на меч и вступил в ряды войска богов.
Войско это было сформировано следующим образом. Люди были собраны в отряды по четыреста человек. Десять таких отрядов составляли ленгу. Каждая ленга возглавлялась богом, и к ней был представлен десяток драконов. А десять-двенадцать ленг формировали общее войско. Впрочем, крупные сражения, требующие применения всей армии, за всё время войны случались редко, в основном же боевые столкновения с врагом вели отдельные ленги.
Все две тысячи лет чаша весов склонялась то к одной, то к другой стороне, однако сильного перевеса судьба никогда не давала ни богам, ни демонам. Но и вечности порой приходит срок…
Галадорикс внимательно осматривал укрепления Бейгерона. Крепкие массивные стены твердыни демонов казались золотому дракону совершенно неприступными. Однако он знал, что любой камень, даже и созданный тёмными силами, можно разрушить.
Крепости, построенные демонами, сильно отличались от твердынь богов и их детей. За крепкими стенами демоны обычно строили лишь несколько небольших зданий, служащих оружейными. Основное же пространство за стенами было заполнено порванными холщовыми палатками. Демоны не любили ни чистоту, ни комфорт, все, что для богов было благом, ими считалось самым настоящим злом. Крепость для них служила в первую очередь укреплённым пунктом, основным средством защиты определённой территории.
– Смотря на эти стены, о чём ты думаешь, Галадорикс?
Мягко улыбнувшись, золотой дракон обернулся и учтиво поклонился стоявшему позади него Гортанту. Бог ответил на приветствие лёгким кивком.
– Я думаю о силе и могуществе тьмы. Иной раз мне кажется, что мы никогда не сможем окончательно сразить её…
– Мне знакомы эти мысли, ведь как бы мы ни старались, в наших душах всегда есть толика зла. Ложь, злость, гнев – боги подвержены этим чувствам, также как и вы, наши дети. Мы захватываем их крепости, уничтожаем их лидеров, однако основная битва ведётся не на поле боя. Она ведётся в головах. Чтобы победить тьму, каждый из нас должен сразиться с самим собой. Этот бой самый тяжёлый, но только так можно победить зло.
– Но ведь это возможно? – Галадорикс с трепетом взглянул в глаза Гортанту. – Мы ведь сможем их победить?
– Да, мой сын, Повелитель тьмы очень силён, однако сила его – его же и слабость. Он получает тёмную энергию от любых злодеяний, но очень скоро силы его иссякнут. Я уже вижу, что эта великая война близка к своему завершению.
Мысли Гортанта были подкреплены фактами. В последнее время демоны только и делали что отступали. Бейгерон был последней твердыней тёмных сил в Центральных землях Денетории. Четыре других крепости – Тимарган, Миван, Горанур и Лир, – бывшие костяком обороны демонов в этих землях, одна за другой покорились силе оружия богов. Захватив Бейгерон, войско светлых могло беспрепятственно начать поход на юг, туда, где располагался последний оплот армий Повелителя тьмы. Однако мыслить об этом было ещё рано. Бейгерон был самой сильной цитаделью врага в Центральных землях. Первые два штурма демоны отбили без особого труда, люди же, боги и драконы понесли весьма ощутимые потери.
– А я ещё раз повторяю, что нам нужно открыть ворота! Надо, чтобы драконы перебросили на своих спинах несколько десятков людей за стены, я уверен, они успеют поднять решётку…
– Это самоубийство, Рохас, мы подвергнем всех драконов и людей смертельной опасности. У демонов за стенами есть чёрные стрелы, а пускают они их очень метко. Стоит нам только поднять в воздух драконов – и тут же большинство из них замертво падёт на землю. Если кому-то и удастся добраться до врат, сесть они всё равно не смогут.
– Но что ты тогда предлагаешь, Юмой?
– Лучше всего попытаться ещё раз взять приступом стены…
– О, да, в третий раз это сделать точно получится!
Саркастичный тон бога войны Рохаса неимоверно разозлил Юмоя – бога огня и засухи. Если бы не своевременное появление Гортанта и Галадорикса, два бога, скорее всего, вцепились бы друг другу в глотки. Гортант же мигом остудил их пыл. Чуть позже, приведя всех в чувство, он сказал:
– Исходя из нашего горького опыта, мы не можем повторно бросить наши силы на стены. Это действо будет подобно атаке воды на прибрежные скалы. Да, вода точит камень, но на это ей требуется очень много времени. Если же мы позволим себе завязнуть возле этого замка надолго, то Повелитель тьмы восстановит свои силы и обрушит на нас удар, отразить который мы, возможно, не сможем.
Юмой нахмурился, Рохас же злорадно усмехнулся, ухмылка, впрочем, на его лице продержалась недолго. Следующие слова Гортанта смахнули её моментально.
– Посылать драконов за стены мы тоже не станем, ибо не нужно здесь быть великим Ратотом – богом мудрости и знаний, для того чтобы предвидеть бессмысленную гибель как драконов, так и людей. Я, несомненно, хочу захватить эту крепость, но не ценой стольких жизней. За две тысячи лет этой войны мы и так потеряли бесконечное множество своих детей. Сейчас, когда победа так близка, мы должны особенно тщательно оберегать их и не поступать необдуманно.