Филипп Боксо – Разговор с трупом. О самых изощренных убийствах, замаскированных под несчастные случаи (страница 20)

Тем временем я изучил узел. Дело в том, что, когда мы отрезаем веревку, чтобы снять тело жертвы, мы всегда делаем это на некотором расстоянии от самого узла, чтобы сохранить его целостность. А узел этот оказался очень своеобразным – мне никогда раньше не приходилось видеть ничего подобного. Признаться, даже когда я был скаутом, у меня были проблемы с узлами – я совсем в них не разбирался.

С разрешения судьи я отправил фотографию узла по WhatsApp одному моему другу, который, напротив, многое знал по этой теме, так как увлекался парусным спортом. Он сразу же ответил, что речь шла о профессиональном морском узле, используемом в судоходстве (название его я, к сожалению, забыл). Однако Филипп не был как-либо связан с этой сферой. Нет, он, конечно, любил смотреть на проходящие мимо суда, но у него не было никакого опыта в морском деле. Следовательно, он не мог завязать такой узел.

Я провел вскрытие, результаты которого подтвердили мое предположение – Филипп был жив в момент повешения. К тому же он ел прямо перед смертью: пищевой комок все еще находился в желудке и почти не переварился – до такой степени, что можно было бы составить полное меню его ужина. Вскрытие также доказало отсутствие какого бы то ни было насилия по отношению к нему. Иначе говоря, он не оказывал сопротивления перед повешением. Впрочем, скорее всего, в этот момент он находился без сознания, раз уж пришлось поднимать его бесчувственное тело на веревке. Единственный логичый вывод – его предварительно усыпили. Я сделал забор крови и мочи, а также взял для анализа фрагменты печени, почек и содержимого желудка, после чего отправил все биоматериалы в химико-токсикологическую лабораторию. В зале для вскрытий я исследовал мочу с помощью иммуноферментного метода и выявил наличие бензодиазепинов, используемых в качестве снотворного средства. Но я еще не знал дозировку – пришлось дождаться результатов токсикологического анализа, которые подтвердили наличие снотворного средства. Речь шла о лорметазепаме в огромном количестве – этого явно было достаточно, чтобы усыпить человека с весом, как у Филиппа. Поскольку снотворное было обнаружено в содержимом желудка, вывод напрашивался сам собой: бензодиазепины попали в организм Филиппа через еду.

Итак, не дожидаясь результатов расследования, я сумел прийти к заключению, что Филиппа усыпили с помощью бензодиазепинов во время еды, затем осторожно перенесли в подвал, просунули его голову в петлю, перекинули веревку через трубу отопления и потянули тело вверх, что и вызвало следы трения на шее. С учетом всех этих обстоятельств Натали просто не могла быть непричастной к совершению преступления – у нее должен был быть сообщник, который помогал ей поднимать, нести и вешать тело Филиппа. Он же должен был разбираться в морских узлах. А раз напротив дома находится канал, по которому ходят баржи…

Вскоре следователи установили, что у Натали был любовник, матрос с баржи – он и помог ей избавиться от мужа. Классический, даже банальный мотив для совершения преступления, в котором замешаны любовь и корысть. В общем, обычная история. Как известно, любовь и голод правят миром.

Случай с Филиппом – один из многих подобных. Нужно только внимательно изучать обстоятельства подозрительных смертей и предоставлять судмедэксперту возможность спокойно делать свою работу. Заметьте: если бы судмедэксперта не вызвали, убийство так и осталось бы нераскрытым.

Я видел очень много повесившихся людей. Одни из них вешались, желая донести что-то до общества, как это было с молодым человеком, который повесился в женском платье на балконе, выходящим на оживленную улицу. Тем самым он выразил протест: родственники заставляли его скрывать свою настоящую сексуальную ориентацию и даже принуждали лечиться у психиатра – считали его сумасшедшим и не позволяли ему быть не таким, как все.

Еще мне запомнился молодой человек, повесившийся в доме, который они с его девушкой едва купили. Они собирались пожениться. Он знал, когда она возвращается домой, и приготовил ей ужин. Когда она пришла, стол был накрыт, блюдо стояло на плите, а парень…. висел прямо рядом со столом. Что он хотел этим сказать – неясно. Но нет никаких сомнений в том, что девушка знала об этом гораздо больше нас.

Каждый день с жизнью сводят счеты множество несчастных людей.

Среди них есть те, кто очень организованно подходит к роковой черте. Они заботятся обо всем. Например, аккуратно раскладывают документы на столе: паспорт, завещание, свидетельство о праве собственности на дом, договор об оказании ритуальных услуг с уже оплаченными похоронами. Такая решительность всегда производит сильное впечатление. Я даже знал одного человека, который заказал себе цветы – их должны были принести сразу после его смерти. Так он был уверен в том, что его могила будет украшена в день погребения.

Некоторые самоубийцы извиняются перед близкими за то, что причинили им страдания, но это не мешает им считать, что жизнь для них невозможна, поскольку приносит им только боль.

Также бывает, что к самоубийству приводят нервные срывы, панические атаки и желание закончить что-либо как можно быстрее. Бывает, что люди совершают самоубийства внезапно и неожиданно для всех, не оставляя никаких записок, иногда – проснувшись среди ночи. Часто они либо вешаются, либо выбрасываются из окна, либо застреливаются.

Бывают также и неудачные самоубийства. Один мужчина решил одновременно повеситься и пустить себе пулю в голову. Он жил в многоэтажном доме и выбрал для повешения потолок балкона: встал на стул, прикрепил веревку к потолку, но она оказалась слишком короткой. Тогда он достал свой карабин 22 LR (калибр около 6 мм), приставил его ко рту и выстрелил.

К несчастью, он не сумел дотянуться до спускового курка, и ему пришлось сместить карабин немного в сторону. В таком положении вылетевшая из дула пуля пробила не череп, а левую щеку, а затем попала в веревку и перебила ее. Мужчина потерял равновесие и рухнул со стула, ударившись головой о пол – и удар был столь сильным, что он проломил себе череп, что и стало причиной смерти.

Каминная топка

22:30. Двери центрального комиссариата полиции неожиданно раскрылись, и в помещение вошел взъерошенный мужчина с маленьким чемоданом в руке. Его звали Мариус. Он не отличался особой любовью к чистоте и опрятности, но на этот раз надел свою самую красивую одежду – спортивный костюм белого цвета с синими полосами. Однако Мариус почти не заботился о себе с тех пор, как стал наркоманом, то есть уже 25 лет. Он подошел к окошку приемного отделения, где его ждал дежурный. «Какой черт принес его сюда так поздно?» – задумался дежурный. Он был не очень расположен к любезности из-за внешнего вида мужчины.

– Я пришел к вам, потому что убил свою жену.

– Ну и где же она тогда?

– Я сжег ее.

– Ого. А где вы ее сожгли?

– В саду. Два года назад.

«Что взять с сумасшедшего? – сказал себе дежурный. – Не стоит устраивать из-за него переполох в столь поздний час. Если я разбужу дежурного комиссара, то мне за это может и влететь».

– Послушайте, уже поздно. В комиссариате никого нет. Приходите завтра утром, и мы обо всем поговорим.

– Как хотите. Тем лучше!

Мариус ушел немного раздосадованным. Ему было совершенно понятно, что полицейский не поверил его словам и принял его за сумасшедшего, а потому решил пройти пешком через весь город и сдаться в жандармерию. Идти туда было долго, особенно когда в руках у тебя чемодан, но ничто не было способно его остановить: Мариус был намерен признаться во всем, а потому должен был обязательно найти кого-нибудь, кто его выслушает.

В здании жандармерии царил уже совсем другой дух: пришлось пройти через 2 автоматически закрывающихся на ключ двери, чтобы оказаться прямо напротив дежурного жандарма. Он поприветствовал Мариуса не так, как это сделали в полиции:

– Добрый вечер. Чем могу помочь?

Мариус оказался сильно впечатлен такой разницей.

– Два года назад я убил свою жену и сжег ее тело в саду.

– Заживо?

– Нет, нет. Сначала я ее задушил.

– Ну что ж, садитесь. Сейчас мы оформим ваши показания.

Мариус сел на стул.

Минут через 5 пришел другой жандарм.

– Добрый вечер. Мне поручили записать ваши показания в связи со смертью вашей супруги. Пожалуйста, следуйте за мной.

Мариус встал со стула и пошел за жандармом, чтобы произнести самые важные слова в своей жизни. Это больше чем показания – это момент расплаты. Мариус объяснил все, не упустив ни одной детали, и ответил на все вопросы жандарма, которые тот вежливо ему задавал. Допрос закончился в 5 часов утра. Мариус все рассказал, почувствовал облегчение, и на его лице появилась искренняя улыбка. Жандарм сначала позвонил дежурному судье, а потом очередь дошла и до меня.

– Алло, Филипп? Я тебя разбудил?

5:30 утра. Ну и вопрос! Конечно же разбудил! Но во время дежурства сон не очень глубокий: подсознательно ждешь, что тебя могут вызвать в любую минуту, и поэтому включается режим «тревожного сна». Судья ввел меня в курс дела. Чтобы сжечь жену в саду, Мариус пустил в ход почти всю мебель в доме. По его словам, соседи ничего не заметили, потому как в этом полузаброшенном районе с многочисленными ночлежками полно домов без хозяев. Что касалось его жены, то у нее была та же пагубная привычка, что и у него – сильная зависимость от наркотиков.